Не голосом. По-другому. А сами ничего не знаете.
– Допустим. Ладно. Я жду. Что я должен узнать такое особенное?
– Сейчас расскажу. Вы только кошку отпустите. Она же у вас совсем задушится!
– Сейчас проверим! – Антон встряхнул пленницу. Та вскинулась, напряглась и снова обвисла. – Видишь, живехонькая. Пусть еще повисит. А ты, Калинина, излагай. Я весь внимание!
– Ну, в общем, фея Фиолетта прислала с той стороны гонцов – рассказать, что у них там беда. Ледомира дала Фиолетте обманное зелье. «Звездная пыль» называется. Фея его применила, думая, что оно безопасное. А на деле ее сестра Сияна ослепла, и наступила вечная ночь. Фиолетта просит, чтобы мы всем нашим литкружком пришли и почитали Сияне стихи про природу. Есть вероятность, что она снова станет видеть.
– Да-а… Круто дело завернулось. Просто киносюжет. Не ожидал, Калинина, не ожидал. Думал, ты решила перед друзьями хвост распушить. А тут такое…
– Вы ведь нам поможете, да? – Катя попыталась уцепиться за руку Антона. Тот отодвинулся и показал глазами на кошку. – Ведь это все очень-очень важно, правда же? Мы потихоньку сходим за границу и все там уладим. Обещаю, больше никто ничего не узнает. Хорошо?
– А родители что?
– Ничего. Мы потусторонний заговор прочитали. Наврали, конечно. Но иначе кто нас отпустит? Я для мамы с папой в походе. Наверное, и остальные тоже.
– Почему ж задержались? Я подошел, смотрю, ссоритесь.
– Ой, Антон, тут я вообще ничего не пойму. Портал всегда работал, и вдруг из всех наших только одного Ника пропустил. Ну, еще Карину и Мари, но они и так с той стороны…
– Занятно. Говоришь, только Ник прошел?
– Ага! Антон, помоги! Мы ничего не можем придумать. Вон Марк даже на четвереньках пробовал – и никакого результата.
– Ладно. Обмозгуем… Проблема только в переходе? Вы из-за этого ссорились?
– Да какая разница…
– Ты на вопрос отвечай. В том деле, за которое вы взялись, все может зависеть от самой маленькой малости.
– Ну… вообще-то мы сейчас все время ссоримся. Такого никогда не было. Между нами будто кошка пробежала…
– Кошка… понятно. Ты, Калинина, мыслишь в правильную сторону. А эта красавица давно с вами? – Антон подергал пленницу за шкирку.
– Она от Ромашкино шла. А что, разве животное может проболтаться? Мы на нее и внимания не обращали.
– Кошка кошке рознь… Все, Калинина, возвращаемся. Я хочу одну версию проверить. Если это то, о чем я думаю, портал вас пропустит.
Встретив взгляд десяти встревоженных глаз, Катя показала на Антона:
– Он нам поможет. Я все рассказала. Только дома об этом – никому! А то Антона со службы прогонят. И папу моего тоже. Не проболтаетесь?
– Калинина, мы – рыбы! – ответил за всех Ник.
Антон удовлетворенно кивнул, спросил:
– Прежде всего, скажите-ка мне, что у каждого из вас в последние дни произошло такое, о чем не хочется ни говорить, ни вспоминать? Не разочаровались ли вы в лучших друзьях? Я только к здешним ребятам обращаюсь.
Головы опустились, взгляды уперлись в землю. Ответил один Ник – невнятно, с паузами:
– Да ничего не было… Как дружили, так и дружим…
Катя резко вскинула голову, пристально посмотрела на Антона. Тот прищурил глаза.
– Уловила, Калинина? Включила свои аналитические способности? Ответ на мысль не наводит?
– На-вооо-дит, – протянула Катя. Потом выпалила: – Еще как наводит!
И замолчала. Потому что сообразила, что сейчас ей придется прилюдно выложить все: и о Настиной записке, и о своем отношении к Марку.
Представляете, задачка! Просто попробуйте примерить подобную ситуацию на себя. Вот так встать перед классом и провозгласить: «Я прочитала любовную записку, которую написала моя лучшая подруга моему любимому мальчику. В ней она меня еще и дурой обозвала». Вот-вот, прочувствовали, да?
И снова Кате пришлось делать непростой выбор между долгом и собственной тайной. Сопоставив уязвленное самолюбие с бедой Сияны, она закрыла глаза и скороговоркой выпалила:
– Я прочитала любовную записку, которую Настя написала Марку Великому. Она меня там обзывает. Плохо обзывает.
– Чего? – взревела Настя. – Какую записку?! Ты обалдела? Или совсем дура?
– Вот и в записке было про дуру! – крикнула Катя.
– Это я Великому написала? Да ты сама в него втрескалась! Чего мне-то писать?
Марк покраснел. Ник тоже.
Далее, по всем законам, должен был прийти черед абсолютно недипломатичных доводов, но холодный командный голос Антона остановил пошедшую вразнос реакцию:
– Стоп! Катя, ты умница! Не побоялась рассказать о том, чего стыдилась. Настя, пожалуйста, сделай то же самое. Это очень важно. Поверь, очень!
Настя насупилась:
– Ой, да ладно вам! Калинина сказала, что я бездарь. И что у меня идиотские стихи!
– Про меня она вообще стишок сочинила. Будто я на свинью похож, – натянуто хихикнул Марк.
Слушая все это, Катя едва успевала хватать ртом воздух. Обрывки слов не складывались в связные фразы. Голос пропал.
– А ты, Никифор, что плохого узнал о себе? – обратился Антон к удивленному, растерянному Нику.
– Ничего.
– И к тебе никто не подходил с какой-нибудь неприятной тайной?
– Да говорю же: нет!
– Тогда вопрос ко всем, кроме Головина: от кого вы получили такие ценные сведения?
– Я рядом с домом нашел Катину тетрадь с шаржами, – сообщил Марк.
– Никогда не сочиняла шаржей, – просипела Катя. – А записку мне Влада Веревкина принесла.
– Я про себя от Карины узнала, – сказала Настя, затем помялась и нерешительно добавила: – Только сначала я Карину за Владу приняла…
В этот момент кошка, провисевшая столько времени совершенно безучастно, вдруг дернулась. Уставшие пальцы Антона не выдержали рывка и разжались. Кошка упала к ногам Карины. Та в ужасе завизжала, замахала руками, отскочила в сторону. Раздался треск, как при грозе. Поляну озарила ярчайшая вспышка. В глазах у всех потемнело. Когда зрение вернулось, вместо кошки на поляне стояла Влада Веревкина.
– Ух! Ничего себе! – восторженно пробормотал Ник и, желая убедиться в реальности происходящего, потянулся указательным пальцем к «привидению».
– Руки убери! – зашипела Влада.
Ее лицо начало стремительно взрослеть, волосы зашевелились. Катя, чтобы не завизжать, закрыла руками рот. Через несколько секунд перед ней стоял совершенно другой человек – ведьма Ледомира.
Запоздало заголосила Мари. Антон ругнулся и, скрещивая разжавшиеся пальцы, резко толкнул Ледомиру в спину. Не ожидая толчка, ведьма грохнулась в траву. Ее тут же сверху припечатал успевший сориентироваться Головин.
– Держите тетку! Я долго не смогу! – крикнул он, стараясь прижать к земле ведьмины руки.
Антон снова, словно кошку, ухватил ведьму за шею.
– Чуть не упустили! Молодец, парень!
– А пальцы вы таким способом специально держите, да? Это заклятие? – не удержался от вопроса Ник.
– Конечно! Я же не сумасшедший, чтобы просто так дули крутить, – раздраженно ответил Антон и повернулся к Нику боком. – Залезь в мой левый карман. Аккуратненько! Там должен быть перочинный нож. Достань. Хорошо. Теперь открывай.
– Открыл.
– Отлично. Бери с собой Марка и вместе дуйте искать осины. Молодые, чтобы нож справился. Срежете – тащите сюда. Четыре штуки.
– Зачем? – спросила Настя.
– Ведьму в «клетку» посадим. Она тяжеленная, долго одной рукой не удержать.
Минут через пятнадцать у ног Антона лежали четыре молоденькие
