Тот маг Земли сказал, что видел ее, но не уточнил, где именно. Ее унесли через территорию Земли? Или ее забрали ко двору для встречи с королевой? Я не знала, и вряд ли знал Родес. Но мы были настороже.
— Думаешь, мы скоро найдем Розамонд? — тихо спросила я.
Родес провел костяшками по моей щеке и вздохнул.
— Было бы проще, если бы да. Но просто не было, да?
— Ты не врешь. Нам нужно поискать вещи для сна? — я кашлянула, и Родес рассмеялся.
— Да, потому что пока у нас есть два матраца, и они тонкие. Хотя вряд ли Люкен намекал на то, что вы с твоей подругой подумали. Я видел, как вы краснели.
Я невольно покраснела.
— Где нам найти это?
Родес указал на пару прилавков в другом конце ряда.
— Думаю, там. Должны быть и одеяла, потому что за границей будет холоднее.
— Я не знаю, почему, но я думала, что на территории Огня станет жарче.
— В некоторых местах так и есть, но местами жар будто вырвали из одной части для другой. Так и на территории Земли. Ты заметила? Некоторые части зеленее других, а есть те, которые более коричневые? Климат на территории Огня должен быть теплее, но это идет от самой магии. Так будет не всегда, и на границе все смешивается. Там бывает холодно, — Родес подмигнул мне, как Брэлинн делала до этого. — Но не переживай. Я тебя согрею.
Я закатила глаза.
— Мило. Ты научился этому в мире людей? Или все маги учат такие строки?
Родес рассмеялся, откинув голову. Я еще не видела его таким красивым. Может, это было связано с тем, что он сейчас был счастливым. Выглядело так, словно на его плечах не было тысячи ответов и вопросов. У него было много обязанностей, и хоть он был старше меня по годам, мы были схожего возраста, если сравнить опыт мира мейсонов и людей.
Мы вместе взяли пару одеял и пару матрацев. Мы легко прицепили их к сумкам, и они остались легкими, не давили на спину. Я хорошо бегала, но была не в той форме, которая была нужна. Но за пару недель тут мои мышцы стали сильнее, крепче. Моя выносливость тоже стала выше, хоть я крепко спала каждую ночь.
Но у меня не было сновидений.
У меня не было ни одного кошмара в этом мире. Я не видела теней, не чувствовала, как кто-то следил за мной.
Может, потому что я была тут? Может, потому что что-то ждало меня в конце пути?
Я не знала, но я плохо спала годами. Может, дело было в усталости. Не важно. Мне просто нужно было найти способ заставить новую часть себя работать.
Мы прошли к краю рынка, где были прилавки, и встретились с Брэлинн и Люкеном. Мы проверили сумки отправились дальше к границе вместе. Я почему-то думала, что будет что-то важное, как переход от территории Духа к Земле. Но вместо чар был простой барьер, будто нарисованный на песке. Я ощущала магию на своей коже, пока мы шли по новой части границы. Я знала, что там что-то было, но это было другим. Казалось, это были две части одного королевства, и их стража должна была отличаться, ведь тут были смешаны две территории.
Может, я просто устала и плохо соображала. Я себя знала, это было последнее.
Мы шли два часа, болтали о пустяках, когда наткнулись на кактус с цветком. Я не видела до этого растений, и кактус удивил меня. Но мы были будто в пустыне, так что в этом был смысл. Я опустила взгляд, глаза расширились от вида красного цветка на зеленом растении. Красный был насыщенным, как кровь, но с розовыми краями. Родес коснулся моего плеча, и я посмотрела на него.
— Это красиво. Я еще не видела такой цвет.
— Смотри дальше, — прошептал Родес. Он махнул рукой, и я снова посмотрела на цветок.
Он раскрылся, и я резко вдохнула. Это был уже не цветок, это был огонь. Огонь раскрылся, как цветок, и кружился. Маленькие вспышки плясали на краях цветка, а потом весь цветок стал огнем.
Я такого еще не видела. Это было прекрасно.
Я всегда любила огонь в детстве. Я любила костры в походе и играть со спичками. Я всегда оставалась целой, хотя знала, что делала это неправильно.
Но я всегда любила огонь.
Глядя, как огонь пляшет на цветке, и каждый лепесток становится вспышкой, я знала, что никогда не увижу что-нибудь такое красивое снова. Но я не сказала это Родесу, когда две его стихии были против того, что я сейчас видела.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Однажды я смогу управлять тем, что сейчас видела. Вряд ли этот день скоро наступит. Я не знала, что случится, когда я открою эту часть себя, но когда тот день настанет, я надеялась, что Родес поймет, что у меня будут две стихии, которые были его врагами.
Мне не нравились эти мысли, и я отогнала их. Жрица Духа ведь должна всех объединить? Да?
Я отвлеклась на цветы. Я покачала головой.
— Это красиво, — повторила я. — Идем дальше? — вряд ли кто-то слышал эту часть, все смотрели на цветки кактусов.
Брэлинн прошла ко мне.
— Ты права, Лирика. Это красиво. Хотя я не знаю, что с таким можно делать? — она смотрела на цветы перед нами, и я улыбнулась подруге. Она задавала вопросы, которые я не могла, потому что боялась того, что подумает Родес. Это раздражало, и мне нужно было прекратить делать это.
Люкен ответил:
— Маги Огня порой их используют. Потому что порой они не могут создать Огонь из ничего. Другие могут только играть с огнем, заставлять его танцевать. Они не могут создавать его.
Родес кивнул.
— И те, кто не может его создавать, используют такое. Это как маги Воздуха порой используют воздух вокруг них в ветреный день. И некоторые маги Воды могут использовать воду, только если у них с собой фляга или рядом — источник воды. Все зависит от типа магии, — объяснение Родеса было логичным, и я кивнула. Мы пошли дальше.
И тут появились нэги.
Волоски на моей шее встали дыбом, желчь подступила к горлу, пока я озиралась. Тени мелькали по бокам, а потом перестали быть только тенями. Они были монстрами из моих кошмаров.
Длинные клыки, красные глаза, и они выглядели так, словно прибыли из глубин ада.
Их было больше одного, больше трех, больше пяти.
Я считала их, пока они выходили из тумана. Их было семнадцать.
Семнадцать против нас, четверых.
Брэлинн подняла кинжал, а Люкен — меч. Я вытянула руки, я лучше управляла Воздухом, чем клинком. Родес тоже вытянул руки и встал передо мной. Это меня немного злило, но я понимала. Он защищал меня. Он считал, что такой была его роль.
Мне нужно было научиться защищать его.
А потом нэги напали. Они бросились на Брэлинн и Люкена, раскрыв пасти, слюна капала оттуда, но когда попадала на землю, она шипела, как кислота, мои глаза расширились. Это отличалось от тех, что были в мире людей. Они были тут опаснее, чем в мире, где магия была подавлена.
Два нэга напали на Родеса, и он отскочил и оттолкнул меня. Я рухнула на землю, ладони жгло от земли, впившейся в кожу. Я хотела на него кричать за это, но не могла. Он выполнял свою работу.
Я откатилась, встала на четвереньки и оттолкнулась ладонями. Я потянула за магию Воздуха во мне и толкнула.
Воздух пролетел по мне, по пальцам и из кончиков пальцев. Нэг передо мной отлетел на двадцать футов, крутясь, и рухнул на землю. Нэг рядом с ним прыгнул, и я взмахнула левой рукой, отбросила того нэга в другого.
Тренировки с Родесом и Люкеном помогли, а еще лучше стало, когда я научилась сосредотачиваться.
Нэгов было все больше, и я знала, что мы проиграем, если не найдем способ остановить их. Люкен пронзал одного за другим. Он как-то бросил одного, чтобы Брэлинн добила его кинжалом. Я не знала, учились ли они делать это, но была благодарна, что Брэлинн не была одна, не была беззащитна. Я отвернулась от Родеса и надеялась, что мы сможем работать командой, но это не работало.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Больше нэгов шло к нам, больше, чем я осмеливалась думать.
Они просто шли, их когти впивались в землю. Родес убрал одного, другого, еще двоих. Я бросила одного на землю с такой силой, что он не встал.
Но моих сил было не так много, как должно быть. Мне нужно было сосредотачиваться сильнее, чем Родесу, и мне это не нравилось. Я знала, что боролась лучше, чем в первый раз, но этого все еще было мало. Но скоро я буду готова.
