Читаем без скачивания Блицкриг Берии. СССР наносит ответный удар - Анатолий Логинов

Ёсуке Мацуока начал слегка срывающимся голосом зачитывать требования русского ультиматума. Советы требовали капитуляции Квантунской армии, увольнения лиц, виновных в агрессии, и подписания мирного договора на русских условиях. В число этих условий входило признание Сахалина и Курил территорией СССР, сдача Порт-Артура вместе с тяжелым вооружением Квантунской армии, вывод японских войск из Китая под наблюдением советских войск. При этом русские предлагали заключение договора о мире и торговых соглашениях, по которым обещали поставить необходимые империи нефтепродукты и ресурсы в обмен на рис и запасы продовольствия, накопленные в Маньчжурии. В случае заключения договора эти условия могли быть обговорены на дополнительных переговорах.

Продолжительное обсуждение русских предложений закончилось принятием половинчатого решения. Было решено снова отправить Мацуоку в Москву для прямых переговоров с Советским правительством. Ему давался карт-бланш на переговоры с русскими и подписание мирного договора. При этом он должен выторговать у русских как можно больше уступок по Китаю и Маньчжурии. Вместо капитуляции Квантунской армии предлагалось всего лишь прекращение боевых действий и последующая ее эвакуация в Корею и Японию.

На следующий день самолет с послом СССР Сметаниным и министром иностранных дел Японской империи Мацуокой в сопровождении звена армейских истребителей «Хаябуса» вылетел из Токио во Владивосток. Японцы торопились навстречу своей судьбе. Оставалась надежда, что русские будут достаточно сговорчивы, ведь им еще предстояло решать немалые проблемы в Европе.

«Тайная вечеря»

Несмотря на поздний час, верхний свет в кабинете был выключен и горела только одна настольная лампа, скупо освещая лица собравшихся и лежащие на столе документы.

– Можно считать доказанным, что подобного Катаклизма больше не повторится, – задумчиво заметил один из присутствующих, Лаврентий Берия, – что позволяет принимать решения исходя из текущей обстановки.

– Победа в новых условиях поставила перед нами множество новых, необычных проблем. С такими не сталкивалось ни одно государство мира за всю историю человечества. Нам надо определить генеральный курс развития не только нашей страны, но и всего мира на много лет вперед, – с пафосом произнес другой, Анастас Микоян.

– Да, мы выиграли вторую большую войну за двенадцать лет. Выиграли со сравнительно небольшими потерями. Теперь нам надо выиграть мир, – прервал его Лаврентий Берия, блеснув в свете лампы стеклышками пенсне.

– Так давайте думать и решать, что мы должны делать, – откликнулся третий, Егор Маленков.

Такая вот «тайная вечеря» происходила 22 сентября 1941(прим) года в кабинете председателя Совета Министров СССР в Кремле. И действительно, все только начиналось…

Часть 2. Холодный мир

Глава 1. Этот День Победы порохом пропах

Германия. Гейленкирхен. Великобритания. Лондон

На одном из лучших аэродромов Германии царило оживление. Люди в непривычной для здешних мест форме на незнакомой технике явно готовились к встрече самолетов. Наконец раздался резкий, отличный от привычного для немецкого персонала аэродрома шума грохот и, пролетев над городом, на посадку стали один за другим заходить реактивные бомбардировщики необычных очертаний. Вслед за ними прилетели и несколько огромных винтовых самолетов, а также пестрый отряд из разнообразных самолетов поменьше.

Прямо с курсов по переучиванию старший лейтенант Логичев был вызван в Главный штаб ВВС. Там он получил одно важное и совершенно секретное задание, а вернувшись в Липецк – приказ приступить к его выполнению. Его группа из шести дальних истребителей Ла-200Б вылетела на заранее подготовленный аэродром на западе Германии, где приземлилась и отдохнула, пока передовая команда, сформированная из техников Липецкого центра, готовила самолеты. На следующее утро Логичев и старшие пар – его друг лейтенант Муравьев и капитан Иванов, собравшись в кабинете ангара на краю аэродрома, временно занятого под нужды особой группы, вскрыли конверт с полетным заданием и картами на всю группу. Задание было не очень сложным, хотя и не совсем обычным. Звену Логичева приказано было сопровождать в полете до Лондона и обратно бомбардировщики. Огонь по английским самолетам можно было открывать только в случае прямой опасности поражения охраняемых самолетов.

Для тренировок и знакомства с маршрутом всех летчиков и штурманов-операторов несколько раз вывозили на самолетах Ил-28, летавших практически до английской береговой черты. Кроме того, на самом аэродроме всем готовившимся к операции «НИ» (сокращение от слов «на испуг») щедро разрешили полетать целые три смены, из них одну ночью. Как понял Логичев, командование планировало проверить в обстановке, близкой к боевой, новые самолеты и методы применения стратегической авиации, одновременно оказав на англичан психологическое давление. На аэродроме собрали все имевшиеся в группе Молодчего бомбардировщики Ту-4 с системами дозаправки, тройку Ту-85, группу Логичева на новейших Ла-200Б, звено переделанных в дальний истребитель сопровождения Ил-28И и пару «МиГов» с системами дозаправки в воздухе. Охраняла все это сборище расположившаяся вокруг аэродрома целая зенитная дивизия.

В это утро поздно заснувший после вечернего совещания премьер-министр Великобритании был разбужен уже почти забытой сиреной воздушной тревоги. Непрерывно ворча себе под нос, он собрался и отправился в правительственное бомбоубежище. Первым, кого он встретил, был главнокомандующий Силами метрополии генерал Алан Брук.

– Что происходит? И как вы здесь оказались? – спросил Черчилль.

– Согласно докладу командования ПВО, к Лондону приближается большая группа самолетов. Судя по скорости и высоте полета – это русские. А я с группой офицеров ехал в Военное министерство, поэтому вынужденно свернул сюда, – доложил Брук.

– Понятно. Но почему налет? Неужели они все же решили начать войну? До этого дня они не пересекали береговую черту… – сказал Черчилль, проходя вслед за Бруком в убежище.

– Где сейчас Иден? – спросил он у клерка, раскладывающего на боковом столике документы на подпись.

– Министр иностранных дел принимает русского посла, – ответил клерк.

– Так посол Майский вернулся? Почему мне никто не доложил? – раздраженно бросил Черчилль, подойдя к большой карте Великобритании, разложенной на столе. Около карты происходило непрерывное коловращение офицеров, отмечающих на ней изменения в обстановке, получающих от Брука указания и приносящих новые известия. Здесь же, за отдельным столом, сидели прибывшие члены правительства.

– Похоже на демонстрацию, сэр, – ответил Брук на вопрос Черчилля, одновременно выслушивая доклад одного из офицеров. – По моему мнению, русские не отправили бы посла в город, обреченный на уничтожение от их сверхбомбы. Да еще с какими-то требованиями. Кроме того, атакующие силы невелики. Как доложил сейчас воздушный патруль – до десятка тяжелых бомбардировщиков и столько же самолетов поменьше, видимо, истребителей сопровождения.

– Если сведения о сверхбомбе правильны, то русским не нужны большие силы, хватит и одного бомбардировщика, – заметил Черчилль.

В это время отряд Логичева из восьми истребителей, сопровождающих девятку Ту-85 и Ту-4, пересек береговую черту Великобритании. Сквозь облака изредка внизу мелькали еле различимые кусочки суши. Судя по счислению, они уже приближались к Лондону. По команде Логичева звенья, разойдясь на пары, начали снижение сквозь облачность на высоту семь тысяч метров. Пробив облака, они вывалились прямо на кружащую внизу эскадрилью «Спитфайров». Те, реагируя на неожиданное появление нескольких групп стремительно пикирующих, похожих на бомбардировщики машин, рассыпались, потеряв четкий строй. Несколько английских истребителей открыли огонь. Игнорируя англичан и их стрельбу, советские самолеты вдруг резко стали набирать высоту. Одновременно прекратившие стрельбу «Спитфайры», видимо получив команду, потянулись вверх, сквозь облака, вслед за русскими. Но они явно и неотвратимо отставали от самолетов Логичева, уже пронзивших облака и прикрывавших строй бомбардировщиков «ножницами». Несколько минут «Спитфайры», с трудом маневрируя на высоте двенадцати тысяч метров, сопровождали русские самолеты, затем внезапно снизились и ушли в сторону. В этот момент в разрыве облаков внизу, приглядевшись, при достаточно остром зрении можно стало различить большое пятно Лондона. Разделившись на две группы, бомбардировщики снизились до девяти тысяч и начали неторопливое, завораживающее кружение над английской столицей. Время от времени один из бомбардировщиков открывал бомболюки и вниз падали агитационные бомбы, разлетаясь на малой высоте на тысячи листовок. Затем появилась тройка стремительных гигантов М-4, которая пронеслась над английской столицей на полной скорости на небольшой высоте и, набрав высоту, удалилась на восток. Пара «МиГов», израсходовав топливо, ушла в сторону моря, где дозаправилась от Ту-4. Отказал мотор на одном из Ла-200Б, и он, сопровождаемый напарником и все той же парой «МиГов», отвернул в сторону моря. Наконец группы соединились и повернули на материк.