Читаем без скачивания Заноза для графа (СИ) - Ерш Ника

— Убирайтесь! — рявкнула Джейд, на всякий случай делая маленький шаг назад. — Как вы не понимаете, что творите?! Это единственная в городе больница! Здесь лечат людей, а не калечат!

— И скрывают зараженных вервольфом! — никак не могла умолкнуть женщина. Высокая, хорошо одетая, в красивой черной шляпке и с перекошенным от злости лицом, она дрожала от негодования: — И моего сына не отпускают, ругховы дети, потому что он знает правду! Потому что не боится сказать!

Джейд прищурилась, стараясь разглядеть леди лучше, но тут в ее сторону полетел маленький камешек, больно ударивший в плечо. Джейд ахнула, прикусила губу, попятилась. Народ, воодушевленный показанным примером, вновь загомонил десятками разных голосов. Но среди них послышался один, который Джейд никак не ожидала услышать, и от которого у нее чаще забилось сердце.

— Вы что, не слышите?! Леди просит дать ей слово!

В небо поднялась ярко-сиреневая вспышка, рассыпаясь искрами и медленно оседая, порождая белесый туман с едким запахом, от которого захотелось чихать.

Джейд моргнула, пытаясь убрать пелену в глазах, повернулась в сторону звука, пытаясь найти знакомые очертания статной фигуры. Мужчины, столпившиеся напротив и собравшиеся подняться на крыльцо, замерли, глядя на быстро образовавшийся справа проход.

Толпа расступилась, пропуская графа Баррингтона.

Он шел не торопясь, опираясь на свою неизменную трость. На сиятельном лице застыла самая настоящая скука. Подумаешь, народ взбунтовался и едва не разнес по кусочкам больницу вместе с двумя молодыми боевиками и одной глупой лекаркой?! Ему все это явно видеть не впервой и поразительного в зрелище слишком мало.

Один из обозленных мужчин протянул к графу вилы, тоже, видимо, возмутившись его фееричным спокойствием, и тут же сам завизжал, как девчонка. Черенок превратился в его руках в крупного ужа, а сами вилы со звоном упали на мостовую. Люди взволнованно кричали и толкались между собой.

Грегори Баррингтон, в свою очередь, не удостоил их даже взглядом. Все его внимание было обращено сначала к впереди стоящим, но, стоило им разойтись, как граф уставился на Джейд. Тронув свободной рукой кончик шляпы, он слегка поклонился прямо на ходу и, поднявшись по ступеням, неизменно нравоучительным тоном проговорил:

— Мисс Дэвис, признаюсь честно, каждый раз ваше желание быть самостоятельной и самодостаточной порождает все большие неудобства.

— Мои желания?! — поразилась Джейд.

— Я закрыл глаза на кладбище, — невозмутимо продолжил Грегори Баррингтон, — затем старательно забыл о борделе. И что теперь? Вы стоите у больницы в центре народных волнений!

— Толпа сама пришла! И это не я их взволновала! — решительно заявила Джейд, понимая, что благодарность, закипевшая в душе минутой раньше, стремительно остывает, превращаясь в глыбу льда.

— Но раньше они сюда с вилами не ходили, — заметил Грегори Баррингтон, ткнув тростью куда-то назад и попав в пузо очередному смельчаку, решившему полезть на рожон. Тот крякнул и позорно сбежал.

— Как понимать ваши слова? — вскинув подбородок, спросила Джейд. — Хотите сказать, этих людей сюда привела я?!

— Нет. Хочу спросить, что вы делаете здесь в таком виде?

Джейд собиралась уточнить, что не так, но вспомнила о растрепанных волосах, так и не собранных в прическу, и о ножке от стола в своих руках...

— Я вышла попросить их разойтись! — воспротивилась она его обвинительному взгляду из последних сил. — Кто-то должен был.

— И снова этот “кто-то” — вы! — заключил граф, качая головой. — Хорошо, пусть так, предположим, больше некому! И предположим, что вы совершенно ни при чем. Скажите же мне, мисс Дэвис, что тогда здесь происходит?

Джейд пришлось немного помолчать, чтобы не сказать рвущиеся наружу ругательства. Ей не нравился тон графа, его взгляд и намеки, которыми он сыпал. И тем не менее, поборов внутреннее смятение, она холодно ответила:

— Эти люди требуют отдать им раненых, ваше сиятельство. Кто-то пустил слух, будто пострадавших покусал вервольф и теперь бургомистр обернется.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Забавно. Разве эти люди не знают, что вервольфами от укусов не становятся?! — излишне громко поразился Грегори Баррингтон, продолжая смотреть на Джейд.

— Боюсь, что нет, ваше сиятельство, — тем же тоном ответила Джейд, понимая, что на улице стало неимоверно тихо. — Я пыталась объяснить, но все напрасно.

— Вижу. У вас при себе очень... весомые аргументы, — Грегори Баррингтон красноречиво взглянул на ножку стола, трепетно прижимаемую Джейд к груди.

— Иные доводы были исчерпаны раньше! — парировала она, чувствуя, что вот-вот приложит деревяшкой самого графа.

— Разве в больнице не оставили боевых магов для защиты и решения подобных. неприятностей? — уточнил он предельно учтиво.

— Оставили. И они пытались все уладить, но увы! — Джейд мило улыбнулась, взмахнув ножкой от стола в сторону пропавших из виду парней. — Ищите их в толпе.

— Вот как? — Граф обернулся, посмотрев в том направлении.

Люди поспешно расступились, показывая двух измятых молодых мужчин, сидящих на мостовой в порванной форме с кляпами во рту.

Грегори Баррингтон откашлялся и поманил их к себе. Парни переглянулись и, со стонами поднявшись, медленно двинулись к крыльцу.

— Живы и даже почти не пострадали, — тихо заключила Джейд, с облегчением вздохнув.

Граф же, покосившись на нее, вынул из кармана часы и, откинув крышку, недовольно цыкнул языком:

— Все плохо, — проговорил он, качая головой.

— Да, не очень хорошо, — согласилась с ним Джейд.

— Опаздываем на обед, — огорошил ее он. — А у меня еще планы сегодня. Так что, если вы закончили массовое обучение населения Рагоса, то нам нужно поторопиться.

— Обед?! — у Джейд едва не отпала челюсть.

Несколькими минутами раньше ей приходила в голову мысль, что жизнь кончена, и вдруг вот так просто...

— Вы разве не голодны? — Граф поднял на нее глаза и, прищурившись, напомнил: — У нас был уговор. Вы обещали лучшее платье, а не вот это все.

Он снова ткнул тростью куда-то в сторону, на этот раз попав в подоспевшего Мэтта. Тот согнулся пополам, но не произнес ни слова осуждения.

Джейд, посмотрев на парня, на притихшую, медленно расползающуюся в стороны толпу, внезапно подумала, что и правда голодна.

— И все же, виновных следует наказать, — напомнила она. — Не хотелось бы вернуться из ресторана и обнаружить, что у меня больше нет работы.

— Позвольте мне заняться виновными и наказанием. А вас я попрошу исполнить обещание.

Граф Баррингтон выразительно посмотрел на платье Джейд, после чего шагнул ближе и. осторожно забрал из ее ослабевших рук деревянное орудие. С удивлением осмотрев ножку стола, он сжал ее крепче и взмахнул чуть в стороне, да так, что воздух вокруг засвистел от напряжения, а бедняга Мэт едва успел отклонить голову.

— Неплохо, — хищно оскалился Грегори Баррингтон. — Вижу, что вы и без моего вмешательства прекрасно справлялись, мисс Дэвис, но, раз уж я все-таки приехал. оставьте хоть что-то мужчинам?

— Так и быть, — ответила Джейд, разглядывая крупную, уже почти затянувшуюся ссадину на скуле графа. Однако, поняв, что слишком долго смотрит на него, отвернулась и улыбнулась горе-воякам, стоящим на крыльце. Кляпы они теперь мяли в руках, а в глазах у

обоих застыло выражение дикой обиды и злости. У Мэтта даже синие искорки с кончиков дрожащих пальцев осыпались.

— Я рада, что вы целы, — сказала Джейд искренне.

— И мы рады, что вы не пострадали, мисс, — пробубнил шатен, посмотрев на нее и тут же пристыженно опустив взгляд.

Она кивнула и наконец вернулась в больницу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Стукнув в дверь левого крыла, Джейд сообщила Марте о прибывшей помощи в лице графа Баррингтона, после чего ушла к себе в комнату. Там прислонилась к холодной шершавой стене лбом и ладонями, приходя в себя и переводя дыхание. Закрыв глаза, Джейд вспомнила лицо бугая с вилами... Кому она пыталась что-то донести?! Зачем вышла вслед за стражниками?! Если бы не появление графа Баррингтона, не стоять бы ей теперь в каморке. “Интересно, — подумала вдруг Джейд, — как скоро мама принялась бы меня искать? И как злорадствовал бы отчим! Достойная смерть для отщепенки...”