class="p1">Батя усмехнулся так, словно предвидел наперёд все мои шаги.
— Самое главное. Источник моего дохода. Ответы находятся в подвале, а именно — на его нижних ярусах. Просто так туда не попасть. Дверь откроется, если ты вкачаешь в неё прорву ки. Да-да, сынок. Прикладываешь руку и заливаешь энергию. Потребуется много, очень много. Взять столько ки попросту неоткуда, если ты не освоил непрерывную циркуляцию. А это, на минуточку, второй ранг. Зачем я это сделал? Ну, я всегда не любил слабаков. Если ты ещё не продвинутый, то и делать на нижних ярусах тебе нечего.
Бывший глава Рода вздохнул.
— У меня были свои схемы монетизации ЭТОГО. Сейчас они работать не будут, потому что в игру вступят Фурсовы. А они тебе ничего не должны. Когда поймёшь, что тебе открылось… Сам решай, что с этим знанием делать. Пока-пока.
Граф испарился.
А на его месте возникли помехи.
Перемотав кассету, я повторно просмотрел запись в надежде, что упустил важные детали. Фурсовы… Съёмки велись, когда мать Ростислава ещё не погибла. Значит, граф Володкевич вёл дела с Фурсовыми задолго до второго брака и рождения новых наследников. Отсюда и фраза, что мне «ничего не должны».
Разрозненные факты упорно не складывались в общую схему.
Убрав кассету в сейф и выключив магнитофон, я отправился во флигель на поиски голема.
Статуя обнаружилась быстро. В неглубокой нише покоился гранитный истукан, похожий на супергероя из детских комиксов. Эдакий здоровяк с каменными мышцами, квадратной челюстью и узкими бойницами глаз. Детализация потрясала воображение. Истукан взобрался на постамент и оттуда пялился куда-то вдаль поверх моей головы.
Активировать големов я умею.
В теории.
Многие аристо изучают в школах и гимназиях каббалистику, чертят примитивные Знаки, связывают их геометрическими узорами. Здесь же и чертить ничего не надо. Вот он, лобный разъём, в который вкладывается пластина. И вот он, Знак Эмет, к которому следует прикоснуться. Перед началом процедуры я порезал себе палец кухонным ножом, пропустил по каналам ки и смазал желобки пластины заряженной кровью. Линии и Знаки вспыхнули голубым неоном — я принят.
Отбрасываю нож.
И вставляю пластину в лоб дремлющему слуге.
Вставка проваливается внутрь, словно карта в банкомат.
Щель затягивается, Эмет начинает светиться.
Для меня активация големов всегда была неким таинством. Словно вдыхаешь жизнь в материю, которая для этого не предназначена. Благодаря Древним у нас появились Знаки, они разрослись в стройную систему и позволили творить вещи, удивительные даже для моего родного мира. И это при том, что наши маги вполне себе могли создавать стихийных големов или монстров крови. Здесь же — некая извращённая наука.
Я чуть не пропустил момент осознания.
Тварь шевельнулась, открыла глаза и уставилась на меня.
В упор.
Двухметровый верзила, как мне показалось, начал наращивать мышечную массу, но это не точно. А ещё он прибавил в росте. Полметра примерно.
— Хозяин, — прогудел голем. — Жду ваших распоряжений.
В детстве я не видел, чтобы отец пользовался этой штукой. Собственно, на нас никто и не нападал. А тварь явно не предназначалась для стрижки газонов.
— Представься, — сказал я.
— У меня нет имени.
— Почему?
— Вы его не назначили.
— Хм… А что ты умеешь? Перечисли свои функции.
Голем ответил без запинки:
— Уничтожение живой силы противника. Подавление атак механикусов. Поглощение энергии донора, укрепление с её помощью каркаса и внешней оболочки. Модификация конечности в зависимости от боевых задач. Самостоятельное тактическое мышление…
— Стоп, — я взмахнул рукой, останавливая изувера. — Я не слышал о таких модах. Разве что ты… военный образец? С артефакторной начинкой?
— Не могу знать.
— Ладно. Я назову тебя… Грутом.
Был у нас такой дух, которого многие считали прародителем големов. Чуть ли не первый искусственный слуга, которого сотворили боги.
— Принято, — ответил истукан. — Я есть Грут.
— Умеешь пользоваться оружием?
— Я сам оружие, хозяин.
— Выйди из ниши.
Здоровяк сошёл с постамента.
Мягко и плавно, но по полу прокатилась дрожь.
— Как ты поглощаешь энергию?
— Пустите её по каналам. Я возьму сколько нужно для выполнения задачи.
Туманный ответ.
У меня есть циркуляция, и я могу подпитывать существо. Всё упирается в пропускную способность. Некоторые техники опустошают мага быстрее, чем он успевает взять из окружающего мира. Неудачник теряет сознание, а в отдельных случаях погибает. Чтобы увеличить пропускную способность и впитывать больше, мне надо развиваться. Наращивать оболочки вокруг ауры.
— Проверка, — сказал я. — Укрепи каркас, взяв из меня немного энергии.
Пускаю эфир по каналам.
Ладно, пусть будет ки.
И чувствую, как артефакторика голема начинает паразитировать. Не критично. Существо берёт крохи, но видимых изменений нет.
— Выполнено, — рапортует Грут.
— Прекрати тянуть. Задача — охранять помещение, в котором я буду находиться. Следуй за мной.
Вечерело, и я рассчитывал подкрепиться чем-нибудь вкусным. А для этого мне придётся готовить. Вот вам и граф. Даже своего повара нет…
Мы спустились на первый этаж, и в этот момент котоморф скинул мне образ. Северные границы моей земли, отмеченные едва приметными столбиками. И какие-то люди, деловито снующие по некошеной луговой траве. Измеряют, переговариваются. Рядом установлена тренога с неизвестным аппаратом, похожим на камеру. Чуть поодаль — внедорожник с тонированными стёклами. У внедорожника — вооружённые типы. Трое. Судя по всему, охрана. Один держит на плече устрашающего вида двуручную секиру и расслабленно курит. У второго и третьего — мечи. Эти пьют кофе из бумажных стаканчиков.
Применяю свой Дар, чтобы подключиться к питомцу.
Картинка транслируется в реальном времени. Рабочие втыкают колышки, натягивают между ними тонкие нити, а один, с лопатой, уже примеривается к межевому столбу.
Финальная капля — брошенный в траву окурок.
Всё, родные.
Вы попали.
— Задача меняется, — сообщаю голему. — Идём разбираться с нарушителями.
— Принято, — прогудел Грут.
Выхожу на крыльцо и призываю Троглодита.
— Веди.
Уже обогнув угол дома и вышагивая по убегающей вдаль тропе, я вспомнил, что забыл в тачке трофейный меч. Ай, пофиг. Я всё равно не люблю все эти металлические «костыли».
На дорогу уходит больше времени, чем я рассчитывал.
Впереди летит котоморф, принявший образ ворона-переростка. Нарезает круги над моей головой, иногда спускается ниже, чуть ли не задевая крылом стебли травы. Справа мелькает озёрная гладь, наливающаяся ртутью в лучах заходящего солнца.
Северные территории были весьма обширны, представляли собой чисто поле и упирались в кромку леса на горизонте. Мне нужно было прошагать километра три, чтобы
