Движение из Москвы в этот ранний час практически отсутствовало. По пути нас обогнало всего пять-шесть машин, поэтому я не удивился приказу остановиться. Гаишники явно маялись от скуки. Я послушно притер «Соболь» к обочине, сидевший за рулем ЗИЛ-130 ротмистр Артюхин, повторил мой маневр. Но внешний вид милиционеров сразу насторожил меня. Морды у всех были небритые и похмельные, форма застегнута кое-как, фуражки набекрень. Зато короткие стволы АКСУ направлены точно на нас. Если бы не будка стационарного поста рядом, то я бы точно решил, что это подстава. Правая нога даже зачесалась от нестерпимого желания нажать на педаль газа. Но пока мы разгонимся, они в пять стволов из нас решето сделают.
Выходя из машины, я негромко бросил сидевшим в салоне офицерам: «Максимальное внимание, возможно нападение!» Ребята внешне никак не отреагировали на предупреждение, но через пару секунд боковая дверь «Соболя» отъехала в сторону. Офицеры стали неспешно, расслабленно покидать салон, усиленно делая вид, что вышли размять ноги. Напротив них уже стояло два милиционера с автоматами наперевес. Наше собственное оружие было надежно спрятано в тайнике микроавтобуса, и теперь, чтобы достать его потребуется несколько минут.
На близком расстоянии эти гаишники ещё меньше напоминали нормальных стражей порядка. Запах давно не мытого тела, отчетливо видимые грязевые потеки за ушами. Форменная рубашка испачкана пылью, словно её владелец валялся на земле, а потом наспех отряхнулся. На груди видны темные пятна, похожие на кровь.
Ближайший ко мне «гаишник» поднял глаза. Глаза были бешеные, полные такой ненависти, что я сразу понял, что нас сейчас будут убивать. Псевдомилиционеры вскинули автоматы. Дальнейшие мои действия шли на уровне выработанных сотнями тренировок рефлексов. Рывком ухожу с линии прицеливания, под правую руку автоматчика. Правой рукой подсекаю ствол снизу, а левой бью сверху по казеннику. АКСУ выкручивается из рук стрелка и оказывается в моих. Подсечка, толчок плечом и мой оппонент кулем рушится на землю. Короткий контрольный удар прикладом в переносицу. Один готов! Быстрый взгляд в сторону моих друзей – их противники тоже валяются на земле. Ещё трое готовы! Но стоящий шагах в десяти от нас автоматчик всё-таки успевает нажать на спуск. Клац! Этот придурок не опустил предохранитель! Я вскидываю трофейный автомат, уже понимая, что не успею. Большой палец бандита опустил вниз планку переводчика огня, а указательный давит на спусковой крючок. В воздухе серебристой рыбкой мелькнул нож. Олег бросал из неудобнейшей позы, снизу вверх, извлекши клинок из наколенных ножен под брюками.
Не успев сделать выстрела, бандит уронил автомат, постоял, словно в раздумье несколько секунд, давая всем обозреть торчащую из правой глазницы рукоятку ножа, а затем грузно осел на землю, как мешок с картошкой.
- Cuando esta vivora pisa! No hay remedio en la botisa![16] – продекламировал Олег, извлекая свой клинок из черепа покойника. – Серж! У вас все представители власти такие агрессивные?
- Это не менты! – ответил я, направляясь к будке поста. – Какие-то грязные уроды, переодетые в милицейскую форму! И сдается мне, автомат Калашникова они держали в руках первый раз. Иначе бы здесь в пыли лежали мы!
В задней комнатке будки я увидел именно то, что ожидал – пять раздетых до белья трупов. Настоящие гаишники. У всех перерезано горло. Скорее всего, резали уже обезоруженных. Уж больно раны аккуратные, основательные, в бою так ударить не получится.
Пока я осматривал пост, офицеры сноровисто оттащили бандитов с дороги. При этом в кустах обнаружился закиданный ветками самодельный броневик. Естественно без номерных знаков. Конструкция напоминала машины из американского фильма «Безумный Макс». На раму из ржавых труб приварены толстые стальные листы. Углы рамы скреплены громадными болтами. Обшивка сильно исцарапана пулями, броневик явно побывал в тяжелом бою. В кормовой части серия пробоин от крупнокалиберного пулемета.
- Что будем делать? – спросил Олег, с интересом рассматривая это чудо техники.
- Валить отсюда надо, - ответил я. – И как можно быстрее, любой проехавший сейчас мимо автомобилист потом станет свидетелем. Наш лошадиный фургон – машина приметная, даже не зная номера, нас быстро вычислят. Среди бандитов остались живые?
- Один ещё дышит! - Тут же откликнулся сотник Соколов.
- Свяжите его и суньте в фургон, - скомандовал я. – И в темпе уезжаем отсюда!
Только проскочив Бронницы и отмахав еще добрых двадцать километров, мы остановились, чтобы побеседовать с пленником. К тому времени я успел позвонить в милицию, и сообщить, что на посту ДПС происходит драка. Затем мне в голову пришла интересная мысль, и я не поленился разбудить Старостину. Моя догадка подтвердилась – этой ночью темпор-радар зафиксировал новый пробой реальности, и как раз в наших краях.
Увидев небольшую грунтовую дорогу, мы съехали на неё с трассы, и проползли по колдобинам полкилометра.
- Надо этого парня допросить, сдается мне, что он из «альфа-реальности», соотечественник нашего Андрея, - сказал я Эйвазову, - а заодно лошадок немного выгулять. Совместить, так сказать, полезное с бесполезным.
Мы вывели из фургона лошадей, а затем вытащили сопротивляющегося бандита. Один из сотников беззлобно дал ему в печень и повалил на траву.
- Вот это да! – удивился есаул, - я же ему руку в двух местах сломал! А он с такой травмой продолжает шебаршиться!
- Так у него уже, наверное, все зажило, ведь больше двадцати минут прошло, - пояснил я, внимательно разглядывая пленника.
- Ага, так вот про что вы тогда говорили, - догадался Эйвазов, - я в чудесные исцеления, если честно, не очень поверил, прекратившая кровоточить царапина – еще не доказательство! Но вот он – живой пример перед глазами! Этот парень сейчас находится в чужой для него реальности, как и мы, поэтому его организм стремится сохранить статус-кво. Но подельщиков его мы убили, следовательно, реальность - реальностью, а смерть – смертью!
- Давай, придурок, рассказывай, как на посту очутился, и зачем полицейских наших зарезал? – начал я допрос, но бандит только таращил глаза. - В молчанку играть не советую! Люди мы простые, шутить не умеем! Сейчас начнем ради эксперимента от тебя куски отрезать, и смотреть, за какое время они отрастут!
То ли угроза подействовала, то ли страшное слово «эксперимент», но парень начал говорить. Звали его «Пика» и был он главарем банды, грабившей этой ночью Госбанк Московии. Потом, спасаясь от погони, они выскочили в неизвестную местность. Решив, что каким-то образом пересекли границу своего карликового государства, бандиты отмахали по инерции полсотни километров. Уже на рассвете их броневик был остановлен представителями местной власти. Но, разгоряченные прошедшим боем, бандиты сумели быстро обезоружить полицейских. Затем, решив, достать новую машину и гражданскую одежду, Пика додумался инсценировать проверку документов. Но первая же попытка стоила им жизни и здоровья.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
