вытащить и установить свои орудия на позиции, с которых могли вести огонь. Но и здесь им не повезло. Нет сейчас сильной густой темноты, как это бывает летом. Не дожидаясь светлого времени суток, как только их расчёты начали занимать свои места возле пушек, мы опять причесали их картечью.
Я сам лично наводил ночью каждое наше орудие, ведь вижу в темноте намного лучше кого бы то ни было. Да ещё и снег отсвечивает, помогает. Вот и воспользовался преимуществом.
Эффект от стрельбы получился потрясающим. Вражеских артиллеристов просто снесло, как метлой вымело.
Как только рассвело, французы, забив на игры с пушками, пошли на штурм. Затрудняюсь сказать, сколько их здесь собралось, но выстоять нам было нереально. Они лезли, как тараканы, из всех щелей. Не помогла их сдержать ни картечь, ни ружейный огонь. Дело дошло до рукопашной.
В этом бою я расстрелял все винтовочные патроны, которые притащил из своего мира. Собственно, как и пистолетные тоже. Осталась одна обойма. Думал уже все, кранты. Но не судьба нам была в этот день погибнуть. Напор французов внезапно ослаб, и в тылу у них послышался знакомый до боли клич русских людей, идущих в атаку.
Казаки нас выручили. Их и было-то меньше тысячи человек. Но неожиданность нападения и яростный натиск сделали свое дело. Французы побежали.
Я даже порадоваться победе не успел, как прибежал один из бойцов, охранявших пленного маршала, и сказал, что тому стало плохо, как бы не умер. Пришлось напару с казачьим полковником, возглавлявшим часть, пришедшую нам на выручку, бежать к этому знатному французу. Не хватало ещё, чтобы и правда умер. Он даже познакомиться с казачьим командиром не успел.
Маршал выглядел скверно. Бледное, с зеленоватым оттенком лицо, трясущиеся руки и блуждающий взгляд. Будь это в будущем, я подумал бы, что передо мной наркоман во время ломки. Сейчас же в голову пришло только одно. Скорее всего, у него последствия какой-нибудь контузии. Помня, как анальгин помог служанке жены во время сотрясения мозга, я решил скормить ему одну таблетку. А потом плюнул на экономию и дал ещё и антибиотик.
Тот, похоже, даже не понял, что ему что-то влили в пасть. Реально, хреново было человеку.
Накормив его лекарствами, я захватил свою сумку с медикаментами и отправился к импровизированному лазарету, куда стаскивали всех раненых. Там активно суетились чуть ли не все женщины селения. Рассудил:
— Хрен с ним, с этим маршалом. Я сделал всё, что мог, а сейчас мне моих бойцов спасать надо. Слишком дорого нам далась последняя битва. Сколько погибло, пока не знаю, командиры ещё не докладывали. А вот раненых даже на первый взгляд было до фига и больше, как-бы не половина состава.
Казак, так и державшийся рядом, с интересом осматривающийся вокруг, произнес:
— Поговорить бы надо.
Я оглянулся, посмотрел ему в глаза и произнес в ответ:
— Извини, друг, не сейчас. Бойцам помочь надо, срочно.
Дальше был ад.
Как заправский хирург, я шил, чистил, резал и складывал кости. Страсть страшная, не завидую я врачам, но восхищаюсь их трудом. Нервы у людей с подобными профессиями — железные.
Ближе к вечеру сил не осталось, и я свалился, в прямом смысле этого слова. Присел отдохнуть на секунду и вырубился. Даже не очнулся тогда, когда меня перетаскивали в мой дом и раздевали. Вот уж действительно, спал мертвецким сном.
Проснулся я на другой день сам, рядом обнаружил вчерашнего казака, который весь день не отходил от меня ни на шаг, и даже помогал в переносе раненых. Сейчас он смотрел на меня каким-то немигающим взглядом. Аж жутковато стало. Я не удержался и спросил:
— Похож?
Тот вздрогнул, часто-часто заморгал и спросил:
— Простите, что вы сказали?
Сука, да он спал с открытым глазами. Вот, блин, умелец. Напугал напрочь.
— Говорю, просыпаться, наверное, надо. Дел по горло.
Он ухмыльнулся и философски ответил:
— Дел всегда много, все не переделать.
Тем не менее, я поднялся на ноги, потянулся, как сытый кот, а он сказал:
— Позвольте представиться, полковник Решетов Александр Иванович.
Пришлось вставать и представляться в свою очередь.
Только отбарабанил все, как положено, сразу обратил внимание на побагровевшего полковника, который изо всех сил пытался не рассмеяться. Я осмотрел себя и сам не удержался от смеха. Стою с гордым видом, абсолютно голый, да ещё и с восставшим хозяйством. Смеялись долго. Комичная получилась ситуация.
Поговорить с этим казаком получилось уже после завтрака. Сначала не дали утренние дела, потом командиры подошли с докладом, а напоследок голодный желудок взбунтовался.
Оказывается, спасла нас, по сути, моя жена, которая встретила казачий отряд, направлявшийся щипать французов. Она уговорила полковника, не мешкая, отправиться нам на помощь. Умница она у меня, повезло мне с ней.
Сейчас полковника, главным образом, интересовал раздел трофеев. Как выяснилось, не дали мои интенданты казакам порезвиться, как те привыкли. Чуть до стычки не дошло. Хорошо, что полковник оказался адекватным и смог обуздать своих людей, а так и до беды было недалеко. Пронесло, не позволил он случится непоправимому. А мне в тот момент было не до разборок.
Я пообещал ему отнестись к дележу по совести и никого не обидеть. Да и не жалко, если честно. Спасли они нас. Поэтому, отблагодарим, обиженными не будут.
С потерями у нас была грустная ситуация. Без малого погибло две сотни бойцов, ещё человек пятьдесят останутся калеками. Больше половины ранены. Страшный бой пережили, чудом выстояли. По сути, сейчас в строю из тех, кого можно использовать, одна полноценная артиллерийская рота и сотня кирасир. Остальные временно не боеспособны. Плохо это. Я рассчитывал ещё пощупать бегущих французов. Самое время было вылавливать отстающих. Придётся маленько умерить аппетит. Совсем от своих планов не откажусь, но и размаха, как хотел, не будет.
Трофеи я приказал своим людям разделить пополам с казаками. На замечание, что мы уничтожили на порядок больше, чем они, я ответил коротко:
— Мёртвым деньги не нужны, а они нас спасли.
Единственное, о чём попросил полковника, отдать мне все десять захваченных гаубиц. А ему достанутся все пушки, за исключением четырёх. Хочу добавить в роты по паре этих орудий, чтобы усилить и так запредельную для этого времени огневую мощь. Теперь, благодаря захваченным трофеям, получится полностью укомплектовать орудиями свой отряд, как я и планировал изначально.
Плохо, много людей выбыло из строя. Но и эта проблема решаемая. Главное, костяк есть. Набрать и обучить дополнительных бойцов смогу без проблем. Есть желающие, которые
