не успели вступить в отряд прошлый раз, вот из них и наберем пополнение.
Когда разделили трофеи, казаки охренели от добычи. Это мои люди были уже привычные к такому исходу, казакам так подфартило впервые.
Полковник, у которого в планах было возвращаться обратно и доложиться о результатах рейда, узнав о моих планах немного пограбить французов, уходящих из Смоленска, почему-то передумал уходить. Начал виться вокруг да около, задавая множество вопросов.
В итоге, мне это надоело, и я задал ему конкретный вопрос:
— Чего надо?
Тот, немного помявшись, спросил:
— Ваши люди рассказали много историй о делах отряда. Так вот, вы собираетесь сходить за добычей?
— Тут тайны нет, собираюсь, и пойду. Кончилась в Смоленске у французов армия, в сброд превратилась, грех не воспользоваться случаем.
Полковник, выслушав ответ, задал очередной вопрос:
— Может, вместе сходим?
Спросил, и как-то заторопившись, продолжил говорить:
— Вы тут все знаете. Наверняка и план есть, а у меня боеспособных людей больше. Вот и объединимся в этом благом деле.
Лишними они мне не будут, но и не так, чтобы сильно нужны. Не знают они нашей тактики, к другому привыкли. Всё это полковнику сказал, а потом добавил:
— Есть несколько условий, которые должны соблюдаться неукоснительно. Тогда можно и вместе сходить.
Первое — командую походом я, и это не обсуждается. Второе — все трофеи идут в общий котёл, и по окончании операции делятся пополам между отрядами. Если устраивают такие условия, рад буду взаимодействию. Если нет, значит, каждый пойдет своим путем.
Казак покрутил ус и ответил:
— На первый взгляд, нам это не особо выгодно. Но что-то мне подсказывает, что я не прав. Поэтому, мы идём с вами, и на ваших условиях. Посмотрим, не ошибаюсь ли я в сделанных выводах.
Сутки мы ещё занимались наведением порядка в селении. Самая большая проблема была связана с погибшими французами. У меня даже в мыслях не было хоронить такое количество трупов. Слишком уж много их здесь было. Оставлять проблему на потом — тоже не вариант. После недолгих размышлений решили жечь, другого выхода не было. Просто, местность здесь такая, что даже подходящего оврага нет. Вот и приняли решение поступить таким образом.
Французский маршал начал чувствовать себя хорошо. Пленные и трофеи будут под присмотром остающихся здесь бойцов. Вроде все в порядке, поэтому решили выдвигаться. Время уходит, а мы бездействуем. Непорядок.
По рассказам наших разведчиков, в Смоленске сейчас бардак немыслимый. Армии там нет. Орудуют банды мародеров, которые только и думают, каким образом сохранить награбленное и убраться домой. Люди доведены до отчаяния. Страшное зрелище, и неприятное.
Казачий полковник предложил просто перекрыть дорогу и никого оттуда не выпускать. Решение неплохое, но неприемлемое. Помимо дезорганизованных войск, в городе есть ещё и гвардия, в которой сохранился порядок. Собьют нас с позиций быстро и погибнем мы при этом бесславно. По-другому будем действовать, хитрее и наглее.
Жаль, что отряд к этому моменту практически небоеспособен. Очень мне хотелось попробовать поймать Наполеона, не повезло. С одной ротой и казаками задача нереальная.
Придётся довольствоваться малым. Зарабатывать себе капитал и на этом успокоиться. Как я уже говорил, особой необходимости нет. Мы теперь достаточно обеспеченные люди. Я говорю про всех членов отряда, не только о себе. Но и не воспользоваться моментом было бы преступлением. Поэтому, мы оборудовали себе позиции в удобном для этого месте, замаскировались и принялись ждать. По дороге сплошным потоком брели измученные холодом и голодом люди. Войсками назвать эту бредущую толпу язык не поворачивался. Мы их не трогали. Наблюдали и ждали более подходящей добычи. Полковник, находящийся рядом со мной, весь изошел на известное вещество в своём нетерпении. Да я признаться и сам нехило нервничал. Противник-то рядом, рукой подать. Пока везло. Нас не обнаружили, и это принесло свои плоды. Мы дождались достойной цели. На горизонте появилась полсотни битком груженых телег, во главе с парой карет и под охраной пары сотен солдат. Не простых, гвардейцев. Вот этот кусок я и решил откусить от драпающей армии. Не зря же охраняется гвардейцами, наверняка везут какие-нибудь ценности. Будем брать.
Полковник, выслушав план будущих действий, унёсся вглубь леса к своим подчиненным, а мы стали готовиться к нападению.
Картечный залп в упор — это страшно. Неважно, какие подразделения перед тобой, гвардейцы или другие рода войск, умирают одинаково. После залпа пушек, установленных таким образом, чтобы сноп картечи после выстрела захватил как можно больший участок дороги, добавили из ружей и занялись привычным делом. Сбором трофеев. Действовать пришлось немного не так, как раньше. Во-первых, сразу после начала стрельбы в атаку пошли казаки. Они разделились на два примерно одинаковых отряда и начали зачищать дорогу в обе стороны от нашей цели, буквально вырубая всех попавшихся под руку. Во-вторых, мои люди сразу после уничтожения сопровождения обоза принялись менять лошадей в телегах и каретах, невзирая на тот факт, живые там лошади или нет. Живых забирали с собой. Откормим со временем. На этот шаг с заменой тягловой силы пришлось пойти из-за запредельной истощенности французских коней, готовых вот-вот свалиться от бескормицы. Туго у французов с фуражом, вот и довели животин до ручки. Зная об этом, мы подготовились заранее. Да и предполагали, что после залпа картечью много лошадей погибнет. Поэтому, подготовили им замену.
Минут двадцать нам понадобилось на всё про всё. Начав уводить обоз в лес, подали оговорённый сигнал казакам о том, что все закончилось и можно уходить. Просто выстрелили холостым зарядом из пушки. Не захочешь — услышишь.
От тракта ушли недалеко, километров пять, и остановились. Просто нетерпеливый полковник достал нудеть. Давай посмотрим, что взяли, и все тут. Объявил призвал на полчаса и отправил нескольких бойцов выяснять характер груза. Не знаю, кому из французских военачальников принадлежало это имущество, да это было и неважно. Больше нам искать удачи не нужно, нашли в полном объёме. О таком призе даже мечтать не могли. Не то, чтобы захватить. Десять телег с драгоценностями и дорогой пушниной. Главным образом, соболь и песец. Сложно назвать стоимость этого груза, она огромна. Остальные повозки тоже не пустые. Чего там только не было? Начиная от огромных пушистых ковров и заканчивая тончайшим фарфором. Огромный ассортимент дорогой ткани и даже полтелеги пряностей и специй. Было ощущение, как будто пещеру Али-Бабы ограбили. Полковник впал в состояние гроги. Было непонятно, то ли он оргазм поймал, то ли с инсультом борется. Очень уж поведение у него стало не характерным.
Я с
