— Ух!
— И когда уже не можешь идти, — продолжал пугать старший гвелль, — то падаешь прямо в заросли и балдеешь. Вырубаешься и словно видишь красивый сон. И — уже не просыпаешься. Никогда. А через несколько часов в скафандре одно желе остается вместо тебя. Зловонное, зеленое такое. Скафандр целый, кислота не берет его, а вот крилльбаухху и он не помеха. Вот что такое «черный змей»! — с подъемом закончил старший.
Крильбаухх! Название темное, хриплое и зловещее, похожее на резкий всхлест крыльев хищной ночной птицы. Как же, помню… Единственное растение на планете Керр. Очень хорошо помню… Я сглотнул и, снова подняв кулак, постучал по решетке еще раз. Теперь — изо всех сил.
На этот раз услышали.
Старший подошел к решетке, которая перекрывала вход в караульное помещение. Здоровый, ростом почти на голову выше меня, да и в плечах так же просторен. Синеватый металл мундира тускло поблескивает. На груди — идентификационная бляха, на руках защитные браслеты со встроенными средствами связи и разной такой лабудой. Он подошел, едва не коснувшись широким лицом прутьев решетки, и спросил — вежливо:
— Вам чего?
Вежливость среди моих соотечественников вообще большая редкость. Я оценил. Хотя этого парня вряд ли хватит больше чем на две такие вежливые фразы. Так что я начал в лоб:
— Ребята, вот что. Мне тут… скучно.
— Д-да? А мы тебя веселить, что ль, должны?
Ну вот. Я его переоценил. Хватило только на одну.
— Да я смотрю, — продолжал старший, врубая верхнее освещение и тыча мне в нос фотонным фонариком. — ты уже и так в жизни повеселился. Три ходки?
— Угу, — говорю, — это ты верно заметил. И как раз на планету Керр, про которую ты тут так красочно рассказывал. Да, да. Ну это ничего. У вас вот что — «роса»[29] есть?
— А ты купить хотел?
— Да нет. Угостить. Отличная штука.
— С Гвелльхара?
— Да нет, — сочиняю на ходу, — не с Нижних Земель. С самого что ни на есть Зиймалля. Беспошлинный товар. Нет, вы можете, конечно, отказаться, мол, через несколько часов в ОАЗИСе затоваримся. Ну и ладно. Только в ОАЗИСе карантин шесть часов, да еще до Зиймалля лететь примерно столько же, если не больше. Так что считайте. Считайте и терпите. А я сразу предлагаю по чуть-чуть раздавить.
Старший сглотнул. Охранники и конвоиры на таких рейсах любят побаловаться зиймалльскими напиточками. От скуки. Делать-то все равно нечего, особенно на дальних линиях. А гвелли вообще любят выпить. У нас культура пития древняя, не то что у аррантов, которые только с зиймалльской миссии Избавления начали кишки себе полоскать. Раньше только соки употребляли, а если сок начинал бродить — так сказу же и выливали. Болваны!
Старший охранник вдавил ладонь в стенную панель, и решетка начала подниматься. Я не стал дожидаться, пока она поднимется полностью, наклонился и поднырнул под нее. Вот я уже в караульном помещении. Старший оглядывает меня с головы до ног и прищелкивает языком:
— Так. Вижу, не соврал. В самом деле с Керра, что ли? Недавно?
— Да прямо на днях откинулся. Вот собрался на Зиймалль.
— Если «росу» оттуда нелегалом вывозить, так можешь с нами договориться, когда назад пойдем на Аррантидо, — облизнув губы, сказал старший.
Я усмехнулся:
— А не боишься так прямо говорить об этом? Может, я Аколит? Или того хуже — из Высшего Надзора?
Оба охранника переглянулись и расхохотались.
— Да ладно! С твоей-то рожей? К тому же гвеллей не берут в Высший Надзор.
— Ваша правда, а вот и «роса»! — улыбнулся я в ответ и поставил на стол бутылочку, которую только что отобрал у Ррая.
Конечно, все не было бы так просто, будь это приличный рейс. На серьезные лайнеры такой сброд не нанимают, да и не стал бы я предлагать настоящей охране со мной выпить. В лучшем случае меня отослали бы обратно в каюту. А эти…
В два счета мы стали с ними хорошими приятелями. Рассказал я им пару побасенок с планеты Керр: о свирепых псах-тиерпулах, о «черном змее» и о том, как он ловко и незаметно ломает ноги. Молодой слушал округлив глаза, нижняя челюсть плотно легла на грудь. Да и старшой увлекся. Нет, не могу сказать, что у меня язык подвешен. Хотя и в задницу тоже не задвинут.
Все, хватит трепаться! Еще неизвестно, как там бедняга Рэм поживает. Нужно дело делать. Хотя четкого плана у меня еще в голове и не вызрело. Тут сложно что-то рассчитать. Уж как получится!
— Вот что, ребята, — говорю. — Когда у нас тут ближайшая остановка?
— Ближайшая?
— Нуда, до Зиймалля.
— А зачем тебе остановка? — расхохотались они. Выпивка уже еле на дне теплилась.
— Да вот, знаете ли, «мымру» хочу приобрести. У вас-то ведь нет, эге? Или я того — попутал?
Они сразу и не въехали, что именно я им только что сказал. А когда сообразили, я старшему сурово так въехал локтем под ребра, а когда он задохнулся и выпучил глаза, легонько толкнул к стене. Там он и растянулся, и даже встать не пытался, только ногой подергивал. Я по сторонам — зырк, и младшего — за горло:
— Ты извини, братец, что вот так круто прибрал тебя. Но не могу же я вас и дальше поить, когда у самого глоток в горло не лезет. Отвечай: у вас есть ММР? Только не бреши! Я тебе не угрожаю, но если будешь брехать, как паршивый пес, то я тебе докажу, что все эти россказни о нравах планеты Керр — не пустая молва. Так есть «мымры»?
— Откуда, — от натуги он вращал глазами, — откуда у нас «мымры»? Там, есть пара нейтринных шокеров, и все… Серьезного оружия на этих рейсах не держат. Это же тебе не корабль Звездного флота и тем более не конвойное судно!
Он мотал головой, видимо, желая таким образом протрезветь» Он даже вырваться попытался, но я сжал его горло двумя пальцами, держа перед собой на вытянутой руке, и процедил сквозь зубы:
— Не надо. Не рыпайся, или я вырву тебе кадык. У меня большие неприятности, и мне ничего не стоит, чтобы сделать их еще больше — убив тебя. Эге. Значит, у тебя нет оружия?
Его шея у меня под пальцами стала скользкой от обильно льющегося пота. Он побагровел. Нет, не врет! У них в самом деле нет «мымр», только эти жалкие шокеры, пугачи для нервных аррантских дам.
— Ладно. Насчет «мымр» верю, — говорю. — А что там с остановками? До Зиймалля «шалаш» нигде не приткнется? Ни на какой планете?
— Н-нет.
— Плохо! То есть прямо до зиймалльского космодрома шуровать будем?
— Да. То есть нет… По-разному бывает, понимаешь? — хрипло выговорил он и снова округлил глаза, потому что я немного усилил хватку на его горле.
Главное — не переусердствовать. Хотя парень итак все скажет.
— Как это — «по-разному»?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
