По мере приближения одиннадцатого часа я обратил внимание, что в самых различных местах собираются группы людей. Очевидно, они обсуждали информацию, которую распространили среди них Солдаты свободы. В одной группе, которая была больше других, шумно разглагольствовал оратор, в котором я узнал Коджа. С самого начала было очевидно, что этот парень окажется возмутителем спокойствия. Каким влиянием он пользовался, я не знал, но не сомневался, что оно будет обращено против меня. Я надеялся избавиться от него, когда мы захватим «Совонг».
Когда трубач просигналил время, люди быстро собрались, и я спустился вниз, чтобы обратиться к ним. Я стоял прямо над ними, на одной из нижних ступенек, где я мог следить за всеми и был виден всем. Большинство вело себя тихо и слушало внимательно. Одна небольшая группа шепталась и бормотала. В центре ее стоял Кодж.
— На рассвете мы возьмем «Совонг» на абордаж и захватим корабль, — начал я. — Вы получите приказы от ваших непосредственных командиров, офицеров, но один я хочу выделить особо: не должно быть ненужных убийств. После того, как мы захватим корабль, мы переместим на «Софал» часть провизии, оружие и заключенных. Одновременно мы переведем с «Софала» на «Совонг» всех тех, кто не хочет оставаться на этом корабле под моим командованием, а также тех, кого я не хочу оставлять здесь, — при этих словах я посмотрел прямо на Коджа и на недовольных вокруг него.
Я объясню, что я планирую на будущее, чтобы каждый из вас мог определить до рассвета, хочет ли он стать членом моей команды. Те, которые захотят, должны будут подчиняться приказам, но они будут получать свою часть добычи, если у нас появится добыча. У нас будет две цели: нападать на корабли тористов и исследовать неизвестные области Амтор — после того, как мы вернем вепайянских пленников в их страну.
Нас ждут увлекательные приключения. Будут на нашем пути и опасности. Мне не нужны в команде ни трусы, ни баламуты. У нас должна быть добыча, потому что я уверен, что корабли тористов с богатым грузом постоянно пересекают моря Амтор, и я знаю, что мы всегда найдем рынок сбыта для тех военных трофеев, которые попадут в наши руки. Я говорю «военных», потому что это будет настоящая война Солдатов свободы против тирании и угнетения.
Сейчас возвращайтесь к себе и будьте готовы показать свою доблесть на рассвете.
11. Дуари
Этой ночью я опять мало спал. Мои офицеры постоянно приходили ко мне с докладами. Из них я получил представление об умонастроении команды, что было для меня очень важно. Никто не был против захвата «Совонга», а вот по поводу того, что делать дальше, мнения разделялись. Некоторые хотели высадиться на торанской земле, чтобы иметь возможность вернуться домой. Большинство с энтузиазмом восприняли намерение захватывать торговые корабли. Идея исследования неизвестных водных пространств Амтор вызывала у многих страх. Некоторые противились тому, чтобы доставлять вепайянских пленников домой. И еще была небольшая, но очень активная и шумная группа тех, кто настаивал, что командование кораблем следует передать в руки торанцев. В этом я разглядел руку Коджа еще до того, как мне сказали, что предложение поступило от его приспешников.
— Но есть не меньше сотни тех, — сказал Гамфор, — на чью верность ты можешь положиться. Они приняли тебя в качестве лидера, они последуют за тобой и будут подчиняться твоим командам.
— Вооружить их, — распорядился я, — а остальных поместить под палубой на время, пока мы не захватим «Совонг». Что вы скажете о кланган? Они не участвовали в восстании. Они за нас или против?
Кирон засмеялся.
— Они не получили никаких приказов, — пояснил он. — А собственной инициативы у них нет. Они физически не в состоянии сделать что-либо без приказа, за исключением тех случаев, когда действие рефлекторно или инстинктивно — вызванное голодом, любовью или ненавистью.
— И их не интересует, кто ими командует, — вмешался Зог. — Они служат вполне лояльно, пока их хозяин не умирает, или не продает их, или не раздает их, или его не свергают. Тогда они столь же лояльно служат новому хозяину.
— Им было сказано, что ты — их новый хозяин, — сказал Камлот, — и они будут повиноваться тебе.
Поскольку на борту «Софала» было всего пять птицелюдей, меня не очень волновало их отношение, но все же я был рад узнать, что они не будут противниками.
В двенадцатом часу я приказал сотне, на которую можно было положиться, собраться в одной из кают нижней палубы. Остальные еще раньше были заперты внизу, тихие и безоружные. Я не очень люблю восстания вообще, тем более против меня.
Всю ночь мы постепенно приближались к ничего не подозревающему «Совонгу», и теперь находились на расстоянии всего сотни ярдов за его кормой, немного в стороне. По правому борту я видел, как корабль неясно вырисовывается темным силуэтом в таинственном ночном сиянии безлунной амторианской ночи. Фонари «Совонга» казались разноцветными пятнами света, на палубах смутно различались фигуры стражей.
«Софал» подбирался все ближе и ближе к своей жертве. Один из Солдат свободы, который раньше был офицером торанского флота, стоял у руля. На палубе не было никого, кроме дозорных. В каюте нижней палубы прятались сто человек, ожидая команды к абордажу. Я стоял рядом с Хонаном в рубке (он должен был командовать «Софалом», когда я поведу отряд на абордаж), глядя на странный амторианский хронометр. Я жестом скомандовал, и Хонан повернул какой-то важный рычаг. «Софал» подобрался еще немного ближе к «Совонгу». Затем Хонан шепотом отдал приказ рулевому, и мы оказались рядом со своей жертвой.
Я поспешил спуститься на главную палубу и подал сигнал Камлоту, стоящему в дверях каюты. Теперь два корабли находились практически борт о борт. Море было тихим, только легкое бриз покачивал мягко скользящие по волнам корабли. Мы были так близко друг к другу, что можно было перепрыгнуть с палубы одного корабля на палубу другого через небольшой разделявший их промежуток.
Сторожевой офицер на борту «Совонга» окликнул нас:
— Эй, там, в чем дело? Смените курс!
Вместо ответа я разбежался по палубе «Софала» и перепрыгнул на борт другого корабля, а за мной по пятам следовали сто человек. Не было криков, и шума было немного — только шелест обутых в сандалии ног и приглушенное звяканье оружия.
Через борт «Совонга» были переброшены абордажные крючья. Каждый из наших людей заранее получил точные указания, что делать. Оставив Камлота командовать на главной палубе, я быстро бросился с дюжиной людей на башенную, а Кирон повел два десятка бойцов на вторую, где расположены каюты большинства офицеров.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
