— Свадьба? — уточняю я
— Да!
— Модный дом работает искллючительно по предзаказу, мы не продаём. Но в честь знакового события я лично возьму доставку на контроль. Завтра утром набор косметики будет у вас.
— Но какая вам разница?!
— Сожалею, сеньора, но продажа готовой косметики невозможна.
— Но сеньор сказал…
— Я лишь сказал, что уточню, — возражает Арен.
Сеньора бросает бланк на прилавок, забирает купюры и, не утруждаясь вежливым прощанием, уходит.
— Что это было? — удивлённо спрашивает Арен. — А как же свадьба её дочери?
— Какая свадьба? Чиновница из мэрии. У нас нет торговой лицензии, и если бы ты согласился продать готовый продукт, нас бы… закрыли.
Или по-крупному оштрафовали. Лично мне ни один вариант не нравится.
Арен сглатывает.
Я же возвращаюсь к своей клиентке, изображаю лучезарную улыбку и заверяю, что презент от модного дома непременно будет. Счастливая синьорина радостно благодарит.
— Почему так долго?! — возмущается следующая в очереди.
— Сожалею. Нам пришлось уточнить некоторые нюансы, и это потребовало времени. Вы уже выбрали, что бы хотели приобрести?
Толпа редеет, когда на улице начинает смеркаться. Дело не только в заказах. Многие девушки пожелали стать посланницами красоты, и я сперва провожу для них открытую лекцию, а затем приглашаю на закрытую учёбу. Девушек, которых влечёт доступ к косметике или членство в моём модном клубе я поручаю Ользе и Ланли, а сама концентрируюсь на прагматичных особах, успевших осознать главное — вместе со мной, оставаясь в жёстких рамках правил сотрудничества, можно разбогатеть. Я в красивых формулировках, но при этом откровенно объясняю, что “самое вкусное” это не работа с заказами, а процент с продаж, сделанных подопечными посланицами. И в Старом Му ловить нечего, здесь уже мы с девочками потоптались. Гораздо выгоднее прикарманить свежий город, в том числе и столицу.
Я решаюсь на сомнительную демонстрацию. Я показываю мешки с деньгами.
— Синьорины, немного усердия и упорства, и вы сможете заработать ещё больше, — между прочим, я говорю правду. По опыту компаний, работающих методом личных продаж через консультантов, те, кто стоят у истоков, снимают самые жирные сливки.
— Да!
— Да-да!
Воодушевлённые, синьорины явно готовы хоть сейчас идти на захват столицы.
Чего я и добивалась.
Вечером я падаю в постель без сил и буквально отключаюсь. В затопившем меня непроглядном мраке сна нет ни видений, ни смутных теней. Когда я с трудом открываю глаза, я чувствую себя вымотанной, хотя солнце уже высоко. Зевнув, я даю себе время просто поваляться под одеялом, наслаждаюсь поздним утром и запахом сдобы, идущим из гостиной. Хм?
Заинтересовавшись, я встаю, накидываю домашнее серое платье и выглядываю.
— Иветта? Доброе утро! Мы тебя уже больше часа ждём. Знаешь, у нас некоторые проблемы, — а тон беззаботный.
За столиком, сидя на подоконнике, расположились Ольза и Ланли. Девочки завтракают. Отдельно стоит моя порция. В трактире купили или из дома принесли? Без разницы…
Я плюхаюсь в кресло, подхватываю тост с ветчиной, сыром, овощами и, как вишенка на торте, жареным яйцом сверху, впиваюсь зубами. Желток растекается по бутерброду, пачкает губы, щёки. Я только сейчас вдруг понимаю, что зверски голодна.
— Я отправила посланниц красоты разносить заказы. Ведьмы, которых мы вчера наняли, уже работают, но скоро у них закончится сырьё.
— Ум-ум.
После еды я снова чувствую себя человеком, но даю себе зарок, что вечером непременно лягу раньше. А пока…
— Ещё тебя Ларс ждёт, — заявляет Ольза.
— Ларс? Меня? — он же должен быть с ней. При чём тут я?
— Потому что я его попросила.
— В смысле? — теперь я понимаю ещё меньше.
— Иветта, я не знаю, чем ты думала, когда вчера трясла мешками с деньгами, но это была скверная идея. Ночью в дом пытались проникнуть, и если бы не Ларс… Он проводит тебя в банк.
— Спасибо, — киваю я.
Я умалчиваю, что всю ночь деньги для меня охранял ещё и Сквозя, проспонсированный орешками и вооружённый артефактами, прихваченными у Ирвина. Попугаю в плане охраны я доверяю безоговорочно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Поев, я подхватываю саквояж и набрасываю на плечи палантин, специально, чтобы выглядеть бледной молью и не привлекать ненужного внимания.
— Выглядишь ужасно, — хмыкает Ланли.
— Девочки, я в банк. Ольза, дай мне твой счёт и скажи сколько перевести, чтобы Арен рассчитался за долги в казино. После банка поеду за маслами, воском… Ольза, на тебе общий контроль и работа с нашими посланницами. Ланли, от тебя жду предложения, как развивать цветовую палитру декоративной косметики и черновик следующего меню красоты. Так, всё. Я побежала, вернусь к вечеру. И… не скучайте, работайте!
Я заглядываю в соседнюю комнату, ту, где я оставила деньги.
— Ларс?! — вскрикивает Ольза.
Ларс сидит на полу, забившись в угол, а на мешках, как царь горы, восседает Сквозя, одной лапой придерживая направленный на Ларса боевой жезл.
— Кто он? Он выскочка! — сообщает Сквозя и тут же ябедничает. — Он покушался на мои орешки.
Ларс осторожно, видно, всерьёз боясь спровоцировать, поднимается по стенке:
— Синьорина, это же чудовище сеньора Мэгга. Откуда он у вас?
Я пожимаю плечами:
— Вы же слышали, сеньор Ларс, Сквозя за орешки продался. Спасибо большое за помощь. Если бы не вы…
Я протягиваю руку, и Сквояз с готовностью перебирается мне на плечо. Качнув головой, Ларс под пристальным взглядом Сквози берёт мешки. На улице мы садимся в наёмный экипаж, а Сквозя улетает.
Начало дня удачное. Я довольно быстро разбираюсь с делами в банке, ещё раз благодарю Ларса за помощь, и мы прощаемся. Ларс, уверившись, что больше его помощь не требуется, уезжает. Я машу ему вслед. С закупкой сырья я действительно справлюсь, но… Я вдруг очень остро ощущаю, что осталась совершенно одна. Я покрепче перехватываю ручку саквояжа и кутаюсь в палантин. Да что на меня нашло? В образе серой мыши меня никто не узнаёт, нет причин для беспокойства, но, пожалуй, имеет смысл купить себе в аптеке настойку валерианы.
Как и собиралась, после банка я отправляюсь на рынок.
Большую часть времени я брала открытые коляски, и всё было в порядке. В этот раз я тоже села в открытую. Уже не из экономии, просто коляска стояла в ожидании клиента, а свободных закрытых экипажей поблизости не было. Коляска выворачивает к рыночной площади. Я, не обращая внимания ни на что вокруг, подсчитываю на телефоне, сколько и чего купить.
— Стойте! — раздаётся крик.
Кто-то с тротуара бросается едва ли не под копыта лошади. Извозчик натягивает повод. От резкого торможения я лечу вперёд, упираюсь ладонями в сиденье напротив.
— Эй! — я вскидываю голову.
— Лейсан! — перегнувшись через бортик, меня за руку хватает Фирс. — Глазам не верю! Попалась, дорогая супруга.
Глава 36
Когда-то мне попадалось видео, в котором лысый крепыш с квадратной челюстью, представившийся бывшим спецназовцем, показывал приёмы самообороны. Не помню, досмотрела ли я ролик до конца. Тогда к советам крепыша я отнеслась скептически, потому что мало знать, как вырваться из захвата, физическая сила тоже нужна, а тело мне досталось слабое.
Пользуясь преимуществом высоты, Фирс всё ещё на мостовой, тянется ко мне через бортик, я пытаюсь вывернуть запястье из его хватки и даже свободной рукой, как показывали в ролике, пытаюсь оттянуть его большой палец. Хах, лапы у него, что железные тиски.
— Мне больно, — жёстко произношу я.
Страха как такового нет. Мы на улице большого города, в нашу сторону уже поглядывает усатый страж, притоптывает. Думаю, даже звать не придётся. Достаточно дёрнуться посильнее, и страж вмешается.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Выкрутасы устраивать не надо было, тогда и больно не было бы.
Из категории “урод” Фирс для меня переходит в категорию “урод конченный, безнадёжный”.
