старательно конспектируя их в блокнот.
— Секундочку, — сердито перебил её Джулиан, когда служанка, не единожды задев его колени бедром, переместилась к детективу, чтобы расставить чайные принадлежности на столике уже возле него. — Почему кружек всего две? Вы плохо видите? Или проблемы с манерами и гостеприимством? Вообще-то нас трое. Где чай для Эмилии?
— Молодой человек, — высокомерно ответила ему экономка. — У меня превосходное зрение. А о манерах я знаю куда больше вас — еще каких-то тридцать лет назад я заведовала пансионатом для благородных девиц. Ваша же спутница… — Μне достался откровенно пренебрежительный взгляд, — выглядит совершенно недопустимо для порядочной девушки. Ещё и практикант полиции! Где это видано? Позор! В этом доме чтят традиции предков и никогда не подадут чаю женщине с сомнительной репутацией! Будь жива покойная донна Габриэлла… Да упокой небеса её душу! — старуха на миг воздела глаза к потолку и снова заговорила: — Она бы подобное бесчинство никогда не допустила, не пустив распутницу даже на порог!
У-у-у, как всё запущено! Не поверите, даже не обидно — настолько всё это нелепо. Только по одной длине платья оценить величину моего распутства — это мощно!
А еще весьма любопытна кривая и откровенно презрительная ухмылка служанки, которую она спрятала ото всех, но только не от меня.
— Донна Исидора, — строго возразил ей детектив, глянув на меня виновато, но лишь на долю секунды, — мисс Эмилия Кейтри не распутница. Что вы такое говорите? Εё назначение одобрено самим князем, а прохождение практики курирует господин Ламбертс, сын всеми нами любимой принцессы Катарины Клаудии. Пожалуйста, впредь не делайте столь поспешных выводов. Кстати, платье на мисс Кейтри вполне соответствует текущей моде.
– Ρазвратной и бесстыжей моде, скажу я вам! — ещё выше вздернула свой худой нос старуха, но на этом сочла, что оскорблений достаточно, хотя тон не смягчился ни на градус. — Что ж, если таково решение самого князя, то не мне его оспаривать, однако мое личное мнение неизменно. Ваша спутница выглядит, как падшая женщина, и ни один уважающий себя дон никогда не предложит ей ничего серьезного.
Не знаю, о чём в этот момент подумал Джул (знаю, конечно), но торопливо прикрыл нижнюю часть лица ладонью, пряча за ней насмешливо кривящиеся губы.
Но вообще — глупость, конечно. Что за поветрие такое: мерить успешность женщины браком? В мире тьма тьмущая и других ценных мерок!
Впрочем, что-то мы сильно отошли от темы визита.
Думаю, точно так же подумал и детектив, потому что, протяжно вздохнув, с мягкой улыбкой тронул за руку замершую рядом с ним служанку и вежливо попросил:
– Μилая, организуй нам третью чайную пару для мисс Кейтри, будь любезна.
— Да, господин, — присела в откровенно игривом книксене суккуба, не забыв на этот раз стрельнуть глазками в детектива, и выбежала из гостиной до того, как старуха успела возразить. — А вы, донна Исидора, продолжайте. На чем мы с вами остановились? — Деловито сверился со своими записями. — Ах, да. Пятнадцатое января и внезапно протухший окорок. И что? Сильно протух?
— Сильно, — поджала губы экономка. — При этом я сама за день до этого принимала его у мясника, готовясь к праздничному обеду по случаю приезда младшего господина, и он был в идеальном состоянии. А уже на следующий день истекал вонючей слизью, словно тух месяцами.
Демон многозначительно угукнул, задал еще несколько уточняющих вопросов и наконец перешел к следующему вопросу: списку прислуги и перечню родственников дона Пуэртоса.
И тех, и других оказалось не слишком много. Сам дон Пуэртос был не сильно молод и вдов уже больше пяти лет. От брака с упомянутой чуть ранее донной Габриэллой у мужчины осталось трое детей: двое сыновей и дочь. При этом старшие уже успели обзавестись своими семьями и разъехались по стране кто куда, а младшему сыну, дону Фернандо, только недавно исполнилось двадцать и он обучался в гвардейском корпусе на востоке, лишь изредка наведываясь в отчий дом, причем выбирая именно столицу, а не загородное поместье, тогда как старший дон Пуэртос предпочитал именно загород. Именно поэтому в столичном доме на постоянной основе проживают лишь горничная, кухарка и садовник, а донна Исидора за ними присматривает, тогда как в поместье слуг намного больше.
— Что ж, в целом расклад ясен, — с умным видом заявил детектив, вновь отвлекшись на горничную, которая заглянула к нам уже в пятый раз, то для меня чай принося, то новый чайничек для Джулиана, то дополнительную вазочку с печеньем для демона. — Нам бы дом осмотреть и со слугами побеседовать, донна Исидора. Безумно жаль отнимать ваше время на эту ерунду, но протокол, есть протокол. Давайте поступим следующим образом: мои практиканты пока опросят слуг, а вы проводите меня для начала в цоколь и мы взглянем на состояние труб и кладовой. Не против?
Судя по тому, как напряженно поджала губы донна, она была категорически против, но здравый смысл, как ни странно, победил и старуха, сначала смерив Джулиана неприязненным взглядом, все же едва заметно кивнула. Мне (я уже не удивилась) не досталось даже этого.
— Я распоряжусь, чтобы слуги подходили по одному. Надеюсь, получаса вашему практиканту хватит.
Нет, вы слышали? Слышали, да? Она сказала «практиканту»! Ох и мало ей пакостит суккуба! Так и хочется добавить от себя!
— Эмми, уголовный кодекс ещё не отменили, — шутливо напомнил будущий герцог, когда демоны вышли из комнаты, оставив нас одних. — Но согласен, мерзкая бабка. Прямиком из темных веков. Даже не думал, что такие где-то ещё остались. А горничная ничего так… Даже удивлен. С таким характером, как у бабки, мне кажется, тут должны работать только такие же дряхлые и склочные синие чулки.
Джул еще договаривал, когда в комнату вошла огромная толстая бабища с рыхлым лицом, сплошь покрытым оспинами, на ходу вытирая мокрые руки о не очень чистый передник. Даже бесформенный коричневый балахон не скрывал её фантастические объемы, а словно наоборот — подчеркивал. Парень осекся и как-то даже нервно сглотнул, глядя на не такую уж и старую женщину (где-то к сорока), которую путем нехитрых умственных заключений я опознала, как кухарку.
Вот это тут контингент!
Прям паноптикум какой-то!
— Ну? Чо? — неприязненно пробасила тетка, вставая в центре комнаты и переводя взгляд заплывших жиром глаз с меня на Джула. — Кто из вас ко мне вопросы имеет?
— Допустим, я, — заявила смело, видя, что однокурсник всё еще не может прийти в себя. — Меня зовут Эмилия Кейтри и я уполномочена провести у вас допрос. Для начала представьтесь, пожалуйста.
— Допрос? Какой допрос? — нахмурилась
