Читаем без скачивания Неоконченное расследование - Джорджетт Хейер

Инспектор вышел из кабинета и вернулся через несколько минут с толстым словарем в руках.

— Бенефициарий — получатель денег от проданного имущества.

— Хорошо, — кивнул Хемингуэй. — Значит, этот его клиент хочет получить свою долю и это теперь достаточно ясно.

— Да, сэр. А сегодня меня больше всего удивило то, что в офис Уоренби заявился Драйбек, явно пытаясь что-то разнюхать. Он сказал мне, что пришел лишь для того, чтобы узнать, не может ли он чем-либо помочь Купланду, и под всяческими предлогами пытался узнать, удалось ли мне что-нибудь выяснить. И это не было просто любопытством, уверяю вас. Я, естественно, отшил его, но уверен, его интересовала корреспонденция Уоренби.

— Что ж, это интересно, — согласился Хемингуэй. — Клиент Уоренби хочет получить свою долю, Уоренби намерен совершить сделку, а Драйбек, нет сомнения, хочет им помешать. А может, он просто не хочет иметь дело с фондами имения?

— Вы хотите сказать, шеф, что Драйбек мог быть связан с хищениями?

— Не думаю, что с хищениями, но допускаю, что он по глупости или спросонья мог что-то напортить и Уоренби не преминул извлечь из этого выгоду. У нас есть что-нибудь еще, Хорэйс?

Хемингуэй, получив от инспектора отрицательный ответ, взял в руки блокнот Уоренби с адресами и открыл его на первой же попавшейся странице.

— Господи! Что я вижу! — воскликнул Хемингуэй. — Пусть это будет уроком для вас, Хорэйс. Всегда надо прислушиваться к мнению людей, какими бы бестолковыми они ни казались.

— Что вы имеете в виду, сэр? — удивленно спросил Харботл.

— Именно это имя мне называл ваш лучший друг Пленмеллер. Он сказал мне обратить внимание на имя Нинтол. А здесь я вижу именно это имя. Жаль, что не обнаружил этого до звонка суперинтенданта! Завтра надо будет сообщить ему, чтобы он навел все справки.

— А что сказал Пленмеллер об этом человеке?

— Однажды Уоренби спросил у Линдейла, не говорит ли тому о чем-нибудь это имя, и было очевидно, что Линдейлу оно говорит очень о многом. Хотя тот и ответил отрицательно. Что, скорее всего, неправда. И все же миссис Мидхолм была права, сказав мне, что есть в этих Линдейлах что-то странное. Есть у них какая-то тайна, и им бы очень хотелось, чтобы я не докопался до этого. То же самое и со сквайром. И все-таки любопытное это дельце, Хорэйс.

— Не вижу ничего любопытного, — хмуро ответил инспектор.

— Да, вы не психолог, Хорэйс, и вам недостает фантазии…

Харботл приготовился выслушать очередные шпильки шефа, но тот уже думал о другом.

— Вы знаете, Харботл, никогда у меня не было такого богатого выбора. Трое с совершенно явными мотивами: единственная племянница, которая наследует все деньги убитого; ее дружок, поляк Ладислас, всячески от нее открещивающийся, заявляя, что и в мыслях не имел на ней жениться; старик Драйбек, который явно не выдержал конкуренции, и, если я на правильном пути, допустил при сделке какую-то ошибку и теперь боится разоблачения со стороны Уоренби. Этих бы я назвал основными подозреваемыми. Следующая группа подозреваемых находится под вопросом, и возглавляет ее сквайр. Думаю, что Уоренби все же шантажировал его.

— Сквайра? — с сомнением переспросил Харботл. — Но за что его шантажировать?

— Растрата, Харботл. Понимаю, что вы не в курсе, но это не имеет значения. Это гражданское правонарушение и не представляет интереса для нас с вами. Следующая подозреваемая — супруга сквайра. Хотя я и не очень в это верю, но тем не менее с ней это уже пять человек. Далее — Линдейлы. Подозрительная парочка. Любой из них, мне кажется, мог пойти на преступление. Итого семь человек.

— Так значит, вы исключаете Пленмеллера, шеф?

— Конечно, нет. Он возглавляет третью группу. Тех, кто теоретически мог совершить убийство, но не имел для этого серьезного основания. Всего их трое: Пленмеллер, как я уже сказал, за ним следует Хасвел…

— Но у него же алиби, сэр! — перебил шефа Харботл.

— Я имею в виду отца, а не сына. Я встретил его сегодня в доме пастора. Темная лошадка этот Хасвел. Он сказал Карсфорну, что в субботу ездил куда-то по делам, а на обратном пути заехал в офис в Белингэме, откуда вернулся домой к восьми. Но так как в субботу в офисе нет никаких сотрудников, то никто, как вы понимаете, не может подтвердить его слова.

— А что вы думаете о пасторе, шеф?

— Если убийца пастор, то я ни черта не смыслю в криминалистике. Миссис Мидхолм я тоже исключаю из числа потенциальных убийц, хоть Уоренби и нанес смертельное оскорбление ее собачонке. Последний подозреваемый в третьей группе — Рэг.

— Кто это, сэр?

— Я его лично еще не видел, но, возможно, он ошивался возле Фокслейна в субботу вечером в ружьем пастора. Он — самый незначительный подозреваемый, но я все же включаю его в список, так как он до сих пор не вернул оружие. В целом — девять человек, Харботл.

— Вы забыли майора, сэр, — сухо напомнил Харботл.

— Его я держу про запас. На тот случай, если остальные подкачают, — ответил помощнику старший инспектор. — На сегодня, я думаю, достаточно. Пора и отдохнуть.

На следующее утро, прибыв в полицейский участок, Хемингуэй получил информацию о том, что десять минут назад пришел Дитчлинг и принес ружье пастора.

— Где оно? — спросил Хемингуэй.

— У сержанта Нарсдейла, сэр.

— А что по поводу самого парня?

— Против него у нас ничего нет, сэр. Это очень уважаемая семья. Самому Рэгу чуть больше шестнадцати, и хозяин магазина, где он работает, очень хорошо о нем отзывается. А сам Рэг, надо заметить, до смерти напуган.

— Пришлите-ка его ко мне, — распорядился Хемингуэй.

В комнату вошел худощавый молодой человек с не по возрасту взрослым взглядом темных глаз.

— Значит, ты и есть Рэг Дитчлинг?

— Да, сэр, — выдохнул парень.

— Проходи, садись и расскажи мне, почему так долго не возвращал ружье мистеру Клайборну?

У Хемингуэя создалось впечатление, что Рэг уже видел перед собой эшафот со свежеструганной виселицей. Чуть пошатываясь, он подошел к стулу и примостился на уголок.

— Ну, не бойся, — дружеским тоном проговорил Хемингуэй. — Ты хранил ружье в сарае, который я видел, когда был у вас?

— Да, сэр. Тэд спрятал его там из-за Альфи.

— Очень разумно с его стороны. Сарай всегда заперт на замок?

— Да, сэр! — выпалил Рэг.

— А где ты хранишь ключ?

— В таком месте, о котором знаем только мы с Тэдом. Чтобы Альфи или Клод не смогли туда проникнуть.

— Ну и что же это за место, где вы храните ключ?

— Мы с Тэдом обили крышу изнутри войлоком. И между войлоком и крышей есть место, где хранится ключ.

Хемингуэй слегка нахмурил брови.

— И вы всегда клали ключ именно туда?

— Да, сэр, — нервно ответил Рэг. — И никто не знал об этом. Честное слово, сэр. Только я и Тэд.

Хемингуэй чуть помолчал, пытаясь восстановить в памяти вид зеленого двора Дитчлингов, где находился сарай, и возможное место, где прятали ключ.

— Слушай меня внимательно, приятель. Не собираюсь больше спрашивать тебя, почему ты так долго не отдавал ружье хозяину, потому что прекрасно знаю, что ты хотел из него пострелять. И не буду пугать тебя тем, что ты нарушил закон, имея на руках оружие, но не имея при этом лицензий, так как констебль Хобкирк сказал мне, что уже задал тебе за это хорошую взбучку.

— Да, сэр, — вздохнул парень, смущенно улыбнувшись.

— Тогда ответь мне честно на последний вопрос. Был ли ты в субботу на общинных землях с ружьем?

На лбу у Рэга выступили бисеринки пота.

— Да, сэр. Я был там, но я клянусь!.. Я не стрелял в этого джентльмена.

— А куда же ты стрелял? — спокойно поинтересовался Хемингуэй.

— Я стрелял по мишени, сэр. Так меня учил Тэд. Мы всегда стреляли с ним вместе, пока ружье было у нас. Когда же Тэд ушел на службу, он сказал, чтобы я сразу отдал ружье пастору. Но у меня оставалось еще несколько патронов, и я решил, что отдам его в воскресенье.

— И что же тебе помешало это сделать?

— По всему Торндену только и говорили, сэр, что в субботу вечером застрелили мистера Уоренби.

— До тебя дошел слух, и ты испугался, не так ли?

— Да, сэр, потому что…

— Потому что ты стрелял по мишени в районе Фокслейна, — закончил за Рэга Хемингуэй.

— Это не так, сэр, — воскликнул Рэг. Щеки его покраснели. — Вам сказал об этом старый мистер Биглсуэйд, но это неправда. Я пошел к гравийному карьеру сквайра, потому что во второй половине дня по субботам там никого не бывает. Я даже прихватил с собой карты, сэр, по которым стрелял, чтобы вы убедились, что я говорю правду.

С этими словами он извлек из кармана несколько продырявленных картонных карточек и положил на стол перед Хемингуэем. Если это и не убедило старшего инспектора, что Уоренби убил не Рэг, то он понял наверняка, что убить его могла лишь шальная пуля, так как стрелял Рэг как минимум в ста ярдах от Фокслейна.