это тот, кто обладает имуществом, землей, правами, деньгами, чем угодно, образованием и ответственностью.
Я считаю главным принципом: «Права должны быть у тех, кто имеет обязанности». Например, я считаю, что бомж Вася не имеет никаких прав, потому что он бомж.
Соответственно, страной должны управлять те, кто имеет ответственность, которая подтверждается его собственными интересами, имуществом, личными активами.
Я считаю, что самый выгодный вид взаимоотношений, когда каждая группа населения занимается тем, чем она должна заниматься. Должна быть общественная стратификация, где роли для населения четко распределены. Обязательно наличие разделения сфер ответственности, где каждая группа отвечает за свою сферу деятельности. Я не считаю, что участие в политической жизни является всеобщим правом и всеобщей обязанностью.
Я считаю, что политической жизнью и политикой, административной деятельностью должен заниматься те, кто на это способен.
А какие исторические моменты тебя вдохновляют.
Меня вдохновляет единство народа перед лицом внешней угрозы. Я считаю, что общая опасность является очень сильной мотивацией, которая заставляет людей объединиться.
Вот я такой опасностью вижу польское вторжение в [Смутное Время]. Я такую опасность вижу в Первой мировой, во Второй мировой войне. Это пример единства, единения населения. Под каким бы флагом оно ни шло, с какой бы ни было идеологическим настроем, оно сражается за само себя. Здесь я вижу что-то, что заставляет меня действовать дальше, вдохновляет…
Да, хорошо, спасибо. Небольшое уточнение: когда ты описывал форму взаимоотношения с государством, которая, на твой взгляд, наиболее правильная, подразумевает ли это то, что у государства есть какая-то ответственность перед народом и у народа перед государством? И должно ли, на твой взгляд, в этом обществе существовать крепостное право или же ты говоришь именно об участии в политике?
Если говорить в рамках исторического дискурса вокруг Российской империи, то я подразумеваю наличие монарха и конституции. Монарха как того, кто выражает волю, и является гарантом конституции. Насчёт крепостничества, я считаю, что аграрная держава должна заниматься сельским хозяйством эффективно. Я считаю крепостничество неэффективным. Поэтому я за свободное крестьянство, которое имеет возможность торговать, имеет возможность возделывать собственное поле. Я разделяю взгляды Столыпина по аграрному вопросу. Я за хуторян. Главное, чтобы [крестьянство] имело самоуправление с точки зрения возделывания земли и продажи продовольствия. Здесь я против крепостничества как сословия. Я за крестьянство, как сословие в том смысле, что крестьяне не должны покидать своих полей, переставать заниматься землей в угоду каким-то ремесленным или торговым делам. Обязанности должны быть закреплены за людьми конкретными.
То есть, можно сказать, что ты монархист?
Да, можно так сказать.
Как ты понимаешь традиционные ценности? Что это, на твой взгляд?
Традиционные ценности я понимаю как следование традиции, установившейся в определенной территории. Традиционные ценности делятся на несколько уровней. Можно заговорить о, скажем так, «федеральном уровне», о Русской православной церкви. Это участие в таинствах, посещение церкви, выполнение обязанностей религиозных и так далее. И есть местные традиционные ценности: песнопения, какие-то местные праздники. Существуют праздники, которые возникают в память о местных событиях. Таких, например, очень много в Смоленске, они связаны с большим количеством осад, которые выдерживал город. Там часто отмечают победы над Польшей. Остальная Россия не празднует победу с Смоленском над Польшей, но Смоленск часто это делал. Очень важно краеведение, чтобы люди знали и ценили местные праздники, ритуалы.
Например, моя дача находится под Псковом, там есть свой местный христианский праздник, Параскева Пятница. В других местах он вообще не празднуется.
Вот это такое своеобразное краеведение, которое привязывает человека к краю, делает место, в котором он живёт, живым. И так можно сказать про каждую территорию, просто это нужно знать […]. Это — местный уровень традиционности, он обязан присутствовать в традиционном обществе и напрямую связан с традиционными ценностями. Это невозможно восстановить, поэтому придётся опираться на «федеральный уровень», на религиозность.
То есть, здесь религия, на твой взгляд, играет второстепенную роль, но из-за того, что многие культурные праздники трудно восстановить, не всегда историческая память сохранилась, то для противостояния возможному сепаратизму, [необходимо] объединение вокруг православной веры?
Я религию считаю живой, не второстепенной. Религия предлагает несколько этических, моральных и философских установок, которые объединяют население, не только живущее сейчас, но и жившее раньше. То есть у нас есть заповедь, условно «не убий», но это действительно моральная ценность, не материальная, а духовная ценность. Она отражена в христианстве, такая есть и во многих других культурах, но важно сохранить и другие более сложные ценности, которые проявляются в менталитете человека. Но активную религиозную жизнь я считаю тоже условием исполнения традиций и включаю в традиционные ценности. То есть недостаточно не быть геем, чтобы придерживаться традиционных ценностей. Нужно совершать таинства, исполнять духовные практики, совершенствоваться и так далее. Это всё обязательно.
Какую роль традиционные ценности играют в современном обществе?
Современное общество страдает от потери идентичности в связи с открытием огромного количества источников. Из каждого утюга мы можем услышать про геев и йогу, зачастую одновременно. Люди, к сожалению, дезориентированы, особенно сильно — на постсоветском пространстве в связи с провалами крупнейших советских гуманистических проектов. Но в других частях мира тоже от этого страдают, в США страдают, в Германии от этого страдают. Гуманисты XX века заманили человека в ловушку, создав кучу нелепых совдеповских, гитлеровских и американских конструктов, которые несколько десятилетий пожили и умерли. В связи с этим люди потеряли нравственные ориентиры. И традиционные ценности выступают здесь как нечто нравственное. Нравственные ориентиры — основа и поддержка: [и] как культурная практика, и как инструмент для объединения, [в том числе против местечкового] сепаратизма.
В чем ты видишь преимущества и недостатки в современных изменениях в традиционных ценностях?
Самым главным противоречием для современных традиционных ценностей я считаю прогресс. Современные традиционалисты должны работать над тем, чтобы совмещать прогресс с традиционными ценностями. Недавно вышел фильм про деревню на Марсе, там показан русский фермер на Марс и его быт. «Русскость» этого быта не изменилась даже с учетом роботов, другой планеты, орбитальных станций. Очень хорошо показано, что русский остается русским с развитием технологий. Я за технологии, за определенные технологии, за атомную энергетику, например. Я за то, чтобы традиция примирилась с техническим прогрессом и позволила дальше заниматься наукой не в целях бесконечного «совершенствования» [читай — ] изменения мира, которые ставят перед собой прогрессисты, а в целях сочетания с традиционным образом жизни. То есть это — первая задача современной традиции: адаптироваться к современному миру. Где-то ей это удается, где-то нет. Главный её недостаток — отсутствие преемственности. Потеряны песни, тексты, целые деревни, люди
