крикнул он, дрожа от ярости, и сделал шаг вперед. Однако Норман вовремя спохватился и повернул ступню под неестественным углом, чтобы не оказаться внутри пентаграммы.
Демон в ответ бросился на него, и двое оказались практически нос к носу.
– Ха! – Норман хохотнул, отступая назад. – Ты такой же, как и все они! Думаешь, сам такой крутой, а я ничтожество! Только вот не забывай, что ты – там, а я – здесь. Я призвал тебя. Я тебя контролирую! Я – ХОЗЯИН!
Гневная тирада ничуть не тронула демона, и он вернулся в центр пентаграммы.
– Ты – хозяин, – спокойно произнес он. – Так кого убить?
Ирония так и осталась в голосе демона, отчего Норман практически потерял над собой контроль. Сквозь красную пелену гнева он осознал, что если он крикнет: «Убей Корин!», то тем самым ничего не добьется. Нужно было подумать. Как найти одного человека в городе с населением в три миллиона? Он прошествовал к дальней стене и обратно, зацепился за что-то правым ботинком и чуть не растянулся на полу. Он долго балансировал, прежде чем найти равновесие, а после наклонился и поднял с пола кусок красной кожи, из-за которой чуть не упал.
– Вот!
Демон подцепил перчатку пятнадцатисантиметровым когтем – от резкого движения складки кожи между рукой и телом натянулись.
Норман улыбнулся.
– Найди вторую перчатку из пары и убей ее владельца. Никто не должен тебя увидеть. Когда закончишь, возвращайся в пентаграмму.
После того как демон исчез, в воздухе все еще витал запах разложения – отвратительное последствие, справиться с которым могло лишь время. Посасывая уколотый палец, Норман подошел к окну и посмотрел на ночной город.
– Больше никто никогда не будет надо мной смеяться, – поклялся он.
Больше никаких игрушек, одежды, компьютеров – сегодня он обрел власть, и, когда демон вернется, напившись крови Корин, Норман отправит его добывать символ этой власти. То, что мир будет вынужден уважать.
Пульсирующий ритм набрал мощь, и Норман потерся о подоконник, виляя бедрами в такт.
* * *
Все еще кипя от злости, Корин припарковалась возле «Макдоналдса». Норман Бедуэлл. Она поверить не могла, что заговорила с ним, не то что поехала к нему на квартиру. Там, в пабе, он звучал чертовски убедительно. Она покачала головой на собственную доверчивость. Конечно, в пабе она не поняла, кто перед ней, но все же…
– Надеюсь, ты это оценил, Иэн, – бросила она в ночь, хлопнула дверцей и заперла машину. – Когда я поклялась найти твоего убийцу, я не рассчитывала, что придется отбиваться от похотливых гиков.
Похолодало. Корин запустила руку в карман в поисках перчаток, но тут же вспомнила, что теперь владеет лишь одной. Стиснув зубы, она направилась внутрь. С некоторыми настроениями справиться могла лишь большая порция картошки фри.
По дороге к кассе она заметила знакомое лицо и сделала круг.
– Хей, Джанет. Я думала, ты поехала к Элисон.
Джанет посмотрела на нее и покачала головой.
– Долгая история, – пробормотала она с полным ртом, набитым бургером.
Корин фыркнула и швырнула оставшуюся перчатку поверх кучи мусора на соседнем стуле. Под флюоресцентными лампами она казалась до неприличного яркой.
– Да? Что же, у меня подлиннее будет. Никуда не уходи.
Спустя какое-то время Джанет таращилась на Корин в изумлении, а яблочный пирожок застыл на полпути к раскрытому рту.
– …в общем, я дала ему по яйцам и сбежала. – Она сделала большой глоток диетической колы. – Зуб даю, не видать мне больше своей перчатки, – грустно добавила она.
Джанет закрыла рот так, что клацнули зубы.
– Норман Бедуэлл? – выплюнула она.
– Да, знаю, – вздохнула Корин. Ей не стоило рассказывать Джанет, но, слава богу, впереди были длинные выходные, и история разлетится не так быстро. – Это было ужасно глупо. Наверное, пиво сказалось.
– Да во всем мире – нет, во всей вселенной – не найдется столько пива, чтобы я отправилась куда бы то ни было с этим криповым парнем, – заявила Джанет, закатывая глаза.
Корин превратила в пюре лук, который она соскребла с бургера.
– Он сказал, что знает что-то о существе, которое убило Иэна, – сконфуженно пробормотала Корин. Ох, не стоило ей рассказывать все Джанет. О чем она только думала?
– Ну конечно, – фыркнула Джанет. – Еще один бесстрашный охотник на вампиров, и ты сразу же повелась.
Глаза Корин сузились.
– Нечего насмехаться надо мной.
– Насмехаться? Да этот демон Нормана мог с той же легкостью прикончить твоего Иэна, как и идиотский вампир. – Джанет пожалела о своих словах, стоило им сорваться с языка.
– Вампиры были исторически задокументированы, и все факты сходятся…
По прошествии двадцати трех минут – Джанет бросала украдкой взгляд на часы, засекая время, – Корин внезапно умолкла и встала.
– Мне нужно в уборную, – сказала она. – Подожди, я скоро вернусь.
– Еще чего, – пробормотала Джанет, как только Корин скрылась вниз по лестнице, ведущей в подвальное помещение. Она откопала свои вещи в куче на стуле и направилась к дверям, по пути накидывая пальто. Корин ей нравилась, но если она услышит еще хоть слово о вампирах, то сама ее укусит. Да любой вампир, на которого наткнется Корин, может утверждать, что это была самооборона.
Уже у дверей она обнаружила, что прихватила красную перчатку Корин. Черт возьми! Если я вернусь, то это еще час рассказов о графе Дракуле. Она какое-то время стояла, хлопая перчаткой по ладони, разрываясь между тем, чтобы поступить по совести, и сбежать ради собственного душевного спокойствия.
Душевное спокойствие победило.
Когда яркий свет выхватил пламенную шевелюру Корин, поднимающуюся по лестнице, Джанет запихнула перчатку в карман, развернулась на каблуках и выскочила в ночь. Если я побегу, подумала Джанет и тут же припустила, то смогу пересечь парковку до того, как Корин выглянет в окно. Вдали от фонарей она будет в безопасности.
* * *
Демон выскочил из-под земли. Он предпочитал передвигаться таким образом, потому что тогда не нужно было расходовать энергию на то, чтобы оставаться невидимым. А до тех пор, пока он не покормится, энергии у него и так было мало. Он почувствовал добычу над собой, но ждал и следовал за ней до тех пор, пока вокруг не осталось ни одной другой жизни.
Тогда он появился.
Жажда убивать была сильна, почти непреодолима. Он получил приказ от «хозяина», природа призывала его отведать крови. Только страх того, что последует за неудачей, заставил его отклонить смертельный удар, для которого он инстинктивно занес руку. Когти ударили по кости, а не по мягкой ткани.
Жертва вскрикнула и обмякла. Она смолкла, но все еще была жива.
Демон алкал теплой крови, наполнявшей ночной воздух запахом еды, но он знал, что, однажды начав, не сумеет остановиться, а смерть должна была произойти в другом месте. Он подхватил добычу, повернулся лицом по ветру и побежал, используя все три свободные конечности. Он не мог просочиться сквозь землю с ней,
