мягко говоря, побитый, сияющий доспех залит кровью, из ноги тоже хлещет кровь, а все зелья на поясе разбиты или отсутствуют. Увидев меня, он застыл в ужасе, понимает ведь, что сам ничего мне не сделает. Я наставил ствол револьвера на него, только он дернулся, и я просто отстрелил ему ногу ниже колена. Придется дать ему зелье чтобы он не умер раньше срока.
Через пять минут бой затих. Пленных мы не брали, остался только их лидер. Его скрутили, накачали какой-то дрянью и потащили в подвал. Собакевич похлопал меня по плечу. Не понимаю, был это жест поддержки или одобрения. Наверное, и то и другое.
Присутствовать на допросе я не захотел, пока что. Вместо этого сел на лавочку у поместья, закурил сигарету и начал смотреть на облака. Раньше я и не задумывался как красива природа.
…
Вопли боли из подвала разносились на всю округу, похоже он упорствовал или просто ничего не знал. Я проигнорировал эти звуки и продолжил наслаждаться одиночеством и тишиной. Так прошел целый час, а мне ни капли не надоело сидеть на месте, ничего не делать и думать о своем. Крики становились все громче, а я только думал о том, как несправедлив мир…
— Максим. — Меня позвал Собакевич из окна первого этажа.
Я вернулся назад и спустился в подвал. От тела несостоявшегося короля мало что осталось, похоже допрашивали с пристрастием и быстро, а ведь кто их торопил?
— Сказал что-нибудь? — Осведомился я.
— Сознался что нашествие мертвяков его рук дело, а потом умер.
— Из мертвого ничего не выбить, даже мне некроманту. — На это они и надеялись, судя по их взглядам. — И чего вы с ним так жестко? Вы же на своем поле, к чему спешка?
— К тому, что он умер по непонятным причинам, его сердце просто остановилось. Опыт за него получил простой воин, теперь он на 5 уровень, а 15ый. Причем опыт был неполный.
А я вот ничего не получил.
— Поздравляю. Что-нибудь еще?
— Он успел сказать, что его надоумила женщина, иностранка, говорила с акцентом. Она предложила ему сделку.
Тут я совсем не удивлен.
— А еще он сказал, что мы все обречены.
— Это не правда, обречен был только он.
Мы еще немного поговорили о всякой ерунде, после чего я развернулся и отправился домой. Долго шел пешком один по брошенным дорогам, шел и курил, раздумывая о случившемся.
Мы не обречены, просто нам придется хуже, чем когда-либо было, это точно.
Похоже против нас играют доселе неизвестные нам силы.
Глава 18
Поле смерти баффера и его прихвостней наша разношерстная коалиция фактически установила свою диктатуру. Помня о судьбе предыдущих участников совета, новые лица, вступившие в него, фактически делали все что мы скажем. Они же послушно проголосовали за мою кандидатуру на пост главы света. Увы, корона мне не полагается и трон тоже. Моя власть не абсолютна, но с нашими друзьями мы можем пропихнуть любое решение и обязать остальных исполнять его силой. Так будет лучше, никто не потерпит королевской власти над собой, мы должны устанавливать свой контроль над городом постепенно. Со временем каждый кто живет здесь будет нам подчиняться, ну а пока…
Я чуть не поскользнулся на пустой бутылке. Да, опять я за свое. Нашел квартиру и напился в хлам. Почему? Потому что не об этом я мечтал и не того хотел. Править людьми тяжело, а от количества мишеней у меня на спине мне становится дурно. Я уже третий по силе в городе, могу кулаком стены пробивать, но никогда я еще не был в большей опасности. Так, спокойно, нужно угомонить свою паранойю. Вдох, выдох.
Нервы успокоились, и я подумал… трезво, ну просто ирония.
Что я теперь буду делать? Орды зомби временно потеряли цель и начали разбредаться кто куда, но потом все равно вернулись и висят над нами как дамоклов меч. Как нам их остановить? Их тысячи и они прибывают каждый день, я даже устал ездить и сжигать их лично. Хотя…
Может просто моя «сжигалка» недостаточно большая? Насилие ведь решает все проблемы, верно? Значит я применяю его недостаточно.
* * *
«Ракета — это не сложно». Говорил он, а я как осел верил. Кто этот он? Мой внутренний голос, разумеется. Он половину ночи убеждал меня что это выход. Точнее он говорил другое, он утверждал, что применять свои таланты можно и иначе, например создавать нечто более крупное и значительное чем ручное стрелковое оружие. И тут мысли сами закружились, завертелись и я получил то, что имею.
— Нахрена ты это собрал? — Обращается ко мне огонек. В последнее время он заменяет мне не только совесть, но и здравый смысл.
— Просто так… Думаешь еще одна мертвая заготовка? — А на что мне надеяться, что он соврет и поддержит меня что из этого что-то выйдет? Он слишком прямолинеен для этого. Он громко вздохнул.
— Враг тебе льстит, друг говорит правду.
— Ты это на ходу придумал.
— Это распространенный афоризм. — Произнес он менторским тоном. — Если будешь испытывать эту штуку, то делай это подальше от людей. Приводи в действие с расстояния, сам спрячься за плотным укрытием.
— Идея.
Я весь день и половину ночи клепал ракету. Габаритами она не больше человека, работает на особом топливе, которое я делал еще дольше чем ее саму. Магии в ней еще больше, чем всего остального, а в качестве взрывчатого вещества раскрошенные энергетические кристаллы, аж три штуки, а еще порох. Взрыв будет что надо.
— Ну и как далеко она полетит? — Спросил он меня чтобы не молчать.
— Километров пять, потом просто взорвется от внутренней нестабильности. Знаешь, когда я придумал это, моя фантазия рисовала сотни таких ракет, падающих с неба на голову ордам нежити. Реальность, конечно, оказалась… реальностью.
— Слушаай… — Этот заговорщицкий тон я узнаю. — А пожар хороший будет?
— Половина леса сгорит.
— Ого… Ну так что? Бахнем?
— Да, всех в труху. — Решил я поддержать его порыв.
— Причем сейчас!
Два… друга это сила.
* * *
Ракета стартовала с заброшенного пустыря на окраине города. Орда нежити сейчас застряла в глубоких рвах, вырытых людьми, в трех километрах от нашей позиции. Траекторию
