— Подождите, полковник! — прервал Мехлис. — Что привело вас именно ко мне? Вам кто-нибудь мешает?
— Нет.
— Тогда о чем речь? Помогайте на здоровье партизанам и не отнимайте у меня время! Вы свободны.
Однако Илья Григорьевич не унялся и обратился со своими идеями к первому секретарю ЦК партии Белоруссии П. К. Пономаренко. За сутки Старинов смастерил два образца мин и, завернув их в газету, 11 июля 1941 г. явился к Пономаренко.
Первой продемонстрировал противопоездную мину собственной конструкции (ПМС). Объяснил ее устройство и способ установки. Пономаренко подержал мину, опробовал действие замыкателей с лампочкой от карманного фонарика вместо детонатора:
— Работает! Но, пожалуй, сложна.
— При таком устройстве, товарищ член Военного совета, мина абсолютно безопасна при установке и неизвлекаема для противника.
Пономаренко молча отложил ПМС в сторону, указал глазами на второй образец. Старинов рассказал о втором, стал говорить о других минах, которые можно производить из подручных материалов, о самодельных ручных гранатах и зажигательных снарядах.
— Неплохо, но ведь у вас одни образцы да рассказы, а ими много не навоюешь.
Илья Григорьевич возразил:
— Товарищ член Военного совета, если есть образцы, можно наладить производство мин прямо на фронте! Лишь бы люди знали, что делать!
— Меня можете не агитировать! — ответил Пономаренко. — Выделяйте знающих командиров да побольше мин и давайте снабжать партизан!
— Командиров-специалистов у меня нет. А минно-подрывных средств в обрез. Но прежде, в тридцатые годы, существовали специальные партизанские школы.
— Школы?
— Так точно. Там обучали тактике партизанских действий, показывали, как делать всевозможные мины и применять их во вражеском тылу. Может быть, организовать такую школу сейчас?
Пономаренко, подумав, сказал:
— Это идея — создать школу. Впрочем, лучше ее назвать как-нибудь иначе, чтобы в глаза не бросалось. Скажем, учебным центром. Попрошу срочно подготовить докладную записку на имя народного комиссара обороны и проект соответствующего приказа.
Изложить на бумаге то, что не давало покоя годами Илье Григорьевичу было несложно. На следующее утро он вручил П. К. Пономаренко докладную записку на имя наркома обороны и проект приказа НКО об организации специального учебного центра Западного фронта. Пантелеймон Кондратьевич прочитал оба документа, сделал поправки в тексте, и на следующий день они были подписаны маршалом Тимошенко, который, оставаясь наркомом обороны, принял командование Западным фронтом.
Создаваемая партизанская школа получила наименование Оперативно-учебного центра Западного фронта, сокращенно — ОУЦ. Старинова назначили его начальником.
— Действуйте! — сказал Пономаренко, когда Илья Григорьевич расписался на прочитанном приказе. — Поезжайте в Рославль. Там находится пункт формирования партизанских отрядов фронта, там и оперативно-учебный центр разместите. Желаю успеха!
Старинов сознавал, что находился у истоков огромного дела. Сбывалась мечта — нанести удар по растянутым, плохо охраняемым коммуникациям вражеских армий, отделить войска противника от источников снабжения.
* * *
14 июля И. Г. Старинов прибыл в Рославль и представился Эйдинову — ответственному за формирование партизанских отрядов, направляющихся в тыл противника. Пункт формирования партизанских отрядов находился в пионерском лагере на окраине города.
В бывшем пионерлагере Илья Григорьевич встретил начальника пункта Ивана Петровича Кутейникова, в прошлом заведующего военным отделом Совета Народных Комиссаров БССР. Он чистосердечно признался, что не имеет ясного представления ни о партизанской войне в целом, ни о тактике партизанских действий, ни о технике и тактике диверсионной работы.
— Сами посудите — откуда мне все это знать? — развел он руками. — Никогда я в партизаны не метил. Вот если насчет обмундирования или продуктов, вообще по частям снабжения, я могу.
— С оружием беда, — дополнил картину Кутейников за завтраком. — Винтовок не хватает, пулеметов нет, даже ручных гранат не наберешь. А вы говорите — взрывчатка и прочее! Тут ни одной живой души нет, которая хоть бы малость смыслила в этом самом подрывном деле! Мы одно делать научились — учебные винтовки восстанавливать. Запаяем просверленные отверстия, и ничего — стреляем!
Илья Григорьевич пристально посмотрел на собеседника.
— Значит, минами партизан не снабжаете?
— Какие мины? Слава богу, научились дырки запаивать!
— Плохо. Мины, между прочим, могут заменить партизанам даже артиллерию. Посудите сами… — Старинов пустился в объяснения преимуществ инженерных мин, и под конец его страстной речи Кутейников даже вилку отложил.
— У вас и с собой эти мины есть? А ну, покажите! Образцы мин, зажигательных снарядов, ручных гранат — все это было для него откровением.
— Вот такая малявка может целый поезд угробить?! Сила!
Знакомство с будущими партизанами состоялось сразу после завтрака. Илья Григорьевич увидел десятки внимательных, настороженных глаз. Ему было понятно, что творится на душе у этих людей, самоотверженно вызвавшихся идти в тыл врага, обеспокоенных нехваткой оружия и средств связи.
Не тратя времени на общие разговоры, Старинов начал прямо с показа привезенной техники. И настороженные глаза заблестели, озабоченные лица засияли радостью.
После занятий люди долго не расходились, каждому хотелось увидеть мины и гранаты поближе, прикоснуться к ним. Илью Григорьевича засыпали вопросами. Партизанскую технику он показал, но как было объяснить людям, что в его распоряжении находятся лишь единичные образцы этой техники, что ни документации на изготовление инженерных мин, ни самих мин, ни прочих диверсионных средств на фронте пока нет?
Решение виделось одно — немедленно ехать в Москву, в Главное военно-инженерное управление, так как помочь могли только там. И во второй половине того же дня на автомобиле Старинов поехал в Москву.
Своего начальника, полковника Нагорного, Илья Григорьевич застал в рабочем кабинете:
— Вот хорошо, что приехал! Ваша группа задачу выполнила, войска получили пополнение, теперь будешь работать в отделе!
Заверенную копию приказа наркома обороны о назначении полковника Старинова начальником оперативно-учебного центра прочитал, хмурясь. Возвратил приказ:
— На двух стульях сидеть собрался? Не удастся. Однако, выслушав Старинова, согласился, что надо всячески помогать обучению партизан.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
