Читаем без скачивания Магия прорывается (ЛП) - Эндрюс Илона

Я попыталась сосредоточиться, что оказалось непросто. Мой ошеломленный магией мозг все еще хотел уплыть в потрясенный туман.

— Вы можете сказать, что произошло?

— Дори вошла первой, — сказал Роберт. — Малрадин прибыл примерно через полчаса. Они занимались сексом, один раз на кушетке, другой раз вон там, в углу. — Он указал налево от кровати, где на пол упала цепь. Один ее конец был прикреплен к кольцу в стене, другой — к шипастому ошейнику.

— Потом Дори убила Малрадина на кровати, — сказала Десандра.

Дерьмо.

— Ты уверена?

Дерек кивнул.

— Как только ты привыкаешь к запаху крови, это становится ясно, как день. Ее запах на кровати и простынях, а ее мех пропитан кровью Малрадина. Никаких других запахов на кровати.

— В какой-то момент вошел Д'Амбрей с пятью людьми. Они вошли группой, — сказал Дерек. — Также кто-то выпустил пулю из дробовика в эту стену. — Он кивнул на противоположную стену.

— До или после убийства?

Он покачал головой.

— Невозможно сказать. Оно свежее.

Асканио кивнул в сторону коридора.

— Дори ушла после убийства. Ее запах отделен от остальных, запятнан кровью и старее. Ты могла видеть ее кровавые следы. — Он указал в сторону. — Она убежала отсюда.

Член Стаи убил повелителя мертвых. Маленькая часть меня надеялась, что обвинение Хью было неправдой, и теперь эта надежда скоропостижно умерла.

Я попыталась разобраться.

— Значит, она убила Малрадина по какой-то причине. Либо это был какой-то несчастный случай, либо она сделала это специально. Если это был несчастный случай, то как Хью оказался замешан в этом? Если это было преднамеренное убийство, Хью либо нанял ее для него, либо заставил ее сделать это, либо каким-то образом наблюдал за квартирой, когда она его совершила. — Последнее казалось маловероятным. — Стала бы она убивать за деньги?

— Я сомневаюсь, — сказал Дерек. — Она не склонна к насилию. Я бы не назвал ее приятной, но она не стала бы убивать кого-то.

Почему Хью отпустил Дори? Я потерла лицо. Это не сделало меня умнее. Если бы я была Хью, что бы я сделала с Дори? Как я могла использовать ее? Если бы Дори была мертва, Стая не смогла бы выдать ее вовремя к крайнему сроку, что гарантировало бы войну. Мы все еще могли предъявить ее труп или признать, что она была убийцей, и предложить выплатить компенсацию. Но если Дори была жива, все стало бы действительно сложно. Если бы мы сдали ее, то выглядели бы слабыми. Если бы мы этого не сделали, то выглядели бы так, будто считаем себя выше закона. Хорошего способа разрешить эту ситуацию не было, и ответственность за нее легла бы на мои плечи. Какое бы решение я ни приняла, Стая возненавидит меня за это.

Нет, Хью не стал бы ее убивать. Зачем, когда он может убить целую стаю зайцев одним выстрелом?

— Дори все еще жива.

Асканио поднял брови, глядя на меня.

— Вопрос не в том, почему Дори убила Малрадина, а в том, что мы сделаем с Дори. Мы должны убираться отсюда.

— У нас гости, — объявил Роберт, выглядывая в окно.

Я заставила свои ноги двигаться и пересекла комнату. У меня все еще кружилась голова. Всадники заполонили улицу, один, два… двенадцать. Лидер ехал на знакомой темной лошадке. Хью.

Мы пробыли в квартире около шести минут, и вот он здесь.

Десандра высунулась, чтобы заглянуть за спину Роберта. Ее когтистые пальцы задели стену.

Магия запульсировала в окне вспышкой темно-зеленого цвета. Десандра отдернула руку-лапу и выругалась.

— Я знаю, знаю. Я коснулась чего-то. Моя вина.

Крошечные руны вспыхнули на краске подоконника, запульсировали и исчезли, когда защита закрылась.

Я резко обернулась.

— Дверь?

Асканио уже проверял.

— Под защитой, — крикнул он секунду спустя.

Мы оказались в ловушке. Чудненько. Я подошла к окну и ударила по оберегу ладонью. Он впился в меня магическими зубами. Не кровавый оберег.

Его основой было заклинание, и кто-то вложил в него огромную силу. Дерьмо.

Вернулся Асканио.

— Его возможно взломать? — спросил меня Роберт.

— Конечно. Дай мне час, чтобы выяснить, как он был создан.

Дерек выругался.

Я опустилась на колени у окна и провела рукой по оберегу, пытаясь проследить ее границы. Магия царапнула мою кожу бледно-зеленой молнией. Ой. Если Хью защитил все здание, у нас будут проблемы.

На улице всадники спешились.

Я нашла край оберега. Другой край.

— Он не охватывает все здание. Он просто нанес его на открытие окон и дверей.

Дерек оскалил зубы.

— Потолок или пол?

— Потолок, — сказал Роберт.

Им потребуется, по меньшей мере, несколько минут, чтобы пробить потолок и выбраться на крышу. Несколько минут, и ничего между нами и Хью, кроме взломанной двери. Я побежала к двери.

— Куда собралась? — окликнул меня Асканио.

— Собралась выиграть нам немного времени. Оставайтесь в спальне, подальше от посторонних глаз.

— Спроси его о копах! — крикнул Роберт.

Точно. Если Хью подкупил копов Атланты, нам нужно это знать.

Входная дверь осталась приоткрытой. Послышались звуки людей, бегущих вверх по лестнице.

Я не могла разрушить тот оберег, но у меня осталось достаточно магии, чтобы создать свой собственный. Я окунула пальцы в свою кровь и коснулась нижнего угла дверной рамы со своей стороны.

Стучащие шаги приближались.

Я сосредоточилась. Магия вырвалась из меня, скрутилась в невидимый поток, поцеловала пространство дверного проема и лопнула, как порванная резинка. Боль пронзила мою голову, и на секунду мир заволокло красной дымкой. Ау! Я заставила себя выпрямиться. Попробуй, отвори, ты, сукин сын.

Шаги раздались с лестничной площадки прямо под нами.

Я прислонилась к стене и попыталась выглядеть непринужденно. Вся эта практика, похоже, приносит свои плоды, потому что пару лет назад я не смогла бы сломать оберег и поставить свой собственный в течение пятнадцати минут. Это все еще причиняло боль, но, по крайней мере, я не доставлю Хью удовольствия упасть в обморок у него на глазах.

Хью преодолел последние несколько ступенек и остановился у двери. На нем все еще были джинсы, заправленные в высокие сапоги для верховой езды, черный шерстяной свитер и простой плащ, забрызганный грязью и тающим снегом. Перчатки защищали его руки. Его рост и широкие плечи гарантировали, что люди будут держаться на расстоянии, но если бы он натянул капюшон на лицо, то не слишком выделялся бы. Хью и его неприметная манера.

Теперь капюшон был опущен. Я внимательно вгляделась в лицо Хью, ища хоть какие-нибудь следы ран, которые мы с Кэрраном оставили на нем. Я понимала, что их там нет, но мой мозг отказывался признавать это. Я просто ничего не могла с собой поделать. Никаких старых шрамов на квадратном подбородке или рассеченной челюсти. Никакого намека на раздавленный хрящ в носу. Я посмотрела выше и наткнулась прямо на его глаза. Они были полны высокомерия, силы и юмора. Хью веселился.

Я достала тряпку из кармана и начала чистить «Погибель», проводя тканью по светлому лезвию.

За Хью следовал Ник. Он был в одежде и выглядел ничуть не хуже. Рядом с ним шла женщина, по меньшей мере, лет пятидесяти, но сильная и подтянутая, и сложенная так, словно могла пробить танк. Ярко-красная, перевернутая буква «Т» красовалась на ее левой щеке. Краска была размазана, надпись, вероятно, была нарисована пальцем. Это означало «Уат» — шестая буква алфавита огама, используемого древними кельтами, что означало ужас или страх. По словам Ворона, Уат заслужила свое имя. Мой приемный отец нашел ее много лет назад. Она состояла в команде его элитных солдат, которые позже составили костяк Ордена Железных псов. Должно быть, Хью унаследовал ее. Я понятия не имела, что она все еще жива. Ворон знал, как их выбирать.

Хью щелкнул пальцами. Ник и Уат отступили, сделав пару шагов вниз по лестнице, и стали ждать.

Хью стянул с руки перчатку и потянулся к двери. Его защитное заклинание вспыхнуло зеленым и исчезло. Его пальцы коснулись невидимой стены моей кровной защиты. Он толкнул.