— Хех, — толстяк зашагал к Кенни.
“Покажи ему Прану, — нервно предлагала Ира. — Если он увидит, что ты уже Пранарий, твоя цена в его глазах взлетит! Он не станет тебя убивать, а решит продать! Деревня не упустит природного гения класса «сверхталант», клан Кораки заплатит за тебя! Нам сейчас главное выжить!”
Кенни слушал сестру, продолжая внешне дрожать от ужаса. Очень пригодились актёрские навыки, которые он годами оттачивал, играя капризного и избалованного ребёнка. Мыслями Кенни лихорадочно анализировал ситуацию, пытаясь найти решение:
“Если этот урод решит атаковать с расстояния, сделаю как сказала Ира, — думал он. — Но это самый плохой вариант. Кто знает, что там будет в плену. И что если этот урод не захочет оставлять меня в живых? Кто его нанял? Это не важно. Надо ждать и быть готовым. Надо довериться чутью…”
Он покрепче сжал кинжал в руках, в его голове начал выстраиваться план. Он поставит всё на него. Если не получится – сразу выпустит Прану из наружных падм, толстяк должен заметить это и понять, что перед ним девятилетний Пранарий, освоивший Выпускание.
Убийца приближался, за ним по земле волочились два кокона корней, в которых были заточены защитница и Фластра.
— Не подходи! — голос Кенни сорвался, он поднял кинжал, остриём показывая на грудь толстяка. Но тот лишь хмыкнул и лениво махнул кулаком. Гибкий корень ударил по рукам Кенни, выбивая из них клинок.
Кенни упал на задницу и заскулил, прижимая к себе окровавленные руки. У обычного ребёнка не осталось бы целых костей после такого удара, но у Кенни, благодаря Усилению, пострадали лишь кожа и мышцы.
Ира замолчала, поняв, что брат не будет действовать по её плану.
Кенни, продолжая скулить, встал на колени. Его правая ладонь нашарила в кармане ложку, Прана потекла по пальцам, покрывая столовый прибор.
Кенни максимально сконцентрировался, прикрыв глаза. Он пытался передать намерение Пране – укрепить ложку, сделать её острой. Ира, поняв что хочет сделать брат, тут же сосредоточилась, пытаясь помочь ему.
Толстяк встал перед Кенни и поднял над собой тесак. Ему было приказано притащить голову мальчика, что он и собирался сделать. Тратить на обычного человека Прану и забирать голову корнями он не стал – ему ещё предстоит покинуть деревню, а он и так потратил почти половину Источника, убивая местных Пранариев.
Толстяк ставил во главу своего пути Опыт, и поэтому действовал максимально логично. Ну разве может ему что-то сделать ребёнок со сломанными руками? Кинжал мог быть артефактом, поэтому убийца выбил его. Но больше опасностей нет.
Толстяк опирался на Опыт, действуя. И это его сгубило.
Когда из тела Кенни начала выходить Прана, толстяк замешкался, ошеломлённый картиной. Внуку Криса восемь-девять лет, как он может быть Пранарием, который изучил Выпускание?!
Но дальше случилось то, что ошеломило бы даже более опытного Генерала.
В миг смертельной опасности, когда жизнь зависла на волоске, Кенни впервые удачно применил Захват.
Удар!
Детская рука с удивительной скоростью выстрелила вперёд. Чашечка ложки, покрытая Праной, с хрустом пробила защитную ракушку толстяка и с чавкающим звуком вонзилась в пах, входя словно раскалённый нож в тёплое масло.
Кровь горячим потоком полилась на руку Кенни, который до последнего продолжал проталкивать черенок ложки вверх, при этом готовясь уклониться от удара тесака.
— А-А-А-А! — рёв толстяка сотряс убежище, он рефлекторно махнул свободным кулаком, врезав Кенни по голове. Тесак опустился на мгновение позже, со свистом разрезая воздух.
Словно кукла, мальчик пролетел через всё убежище и с хрустом врезался в стену.
Продолжая вопить от жуткой боли, толстяк оступился и чуть не упал.
Для других Пранариев и детей, наблюдающих за толстяком и Кенни, случилось что-то удивительное. Убийца подошёл к мальчику и поднял тесак, закрывая своим объёмным телом весь обзор. Подняв тесак, он вдруг замешкался. И в следующее мгновение Кенни воткнул что-то в промежность толстяка, после чего отправился в полёт и врезался в стену. Всё действие продлилось не больше одной-двух секунд. Никто не понял, что вообще произошло.
Раздался громкий хруст – из кокона выбралась защитница и метнула в убийцу нож. Но тот даже не пробил кожу, отскочив, как от резины. Защитница быстро освободила Фластру, ломая руками ослабевшие корни.
— Мия, — пробормотала девочка, прижимаясь к груди защитницы.
— Я тут, всё хорошо, — Мия нашла глазами окровавленного Кластера, который всё ещё пребывал в шоковом состоянии, и бросилась к нему.
Всё это время толстяк продолжил орать. От чудовищной боли он начал сходить с ума, и с трудом удерживал себя в сознании.
Брякнул металл – толстяк отбил тесаком нож. Ещё один клинок врезался в спину и отскочил, порвав лишь майку. Пранарии убежища начали приходить в себя, и самые смелые из них атаковали раненного противника.
С трудом переставляя ноги, убийца подошёл к стене. Он замарал дрожащий палец в своей крови и начал медленно рисовать знак на стене. Уронив тесак, второй рукой толстяк зачерпнул горсть семян, которые начали стремительно прорастать во все стороны, защищая его от атак Пранариев.
Старики, Владеющие и подростки напали на толстяка, кто чем может. Мелькали ножи, копья, камни, струи огня. Но так ли просто убить Генерала, даже настолько раненого?
Кипя от ненависти, толстяк наконец закончил рисунок и всем телом подался вперёд, прижимаясь к стене. Рисунок растворился, поверхность стены заколыхалась, и убийца провалился в неё.
Его корни тут же потеряли силу и были легко уничтожены Пранариями. Но на месте толстяка обнаружилась лишь лужа крови, в которой плавали алые кусочки плоти и скукоженные частички кожи…
Глава 25. Последствия
Деревня Белого Ворона купалась в шуме радостных криков. Особенно оживлённо было там, куда упали трупы драконов – люди бодро разделывали туши, разбирая их на мясо, чешую, кости, желчные пузыри и многое другое. Даже те, чьи дома были уничтожены, не были огорчены – по законам деревни они получат хорошую компенсацию, которая покроет все потери.
В этом мире часто трагедия граничит с возможностью – волна драконов унесла немало жизней, но, взамен, люди каждый день смогут есть мясо на протяжении шести-восьми месяцев. Все туши забирает себе деревня, но Пранарии, которые участвовали в убийстве драконов, получают большую награду – они могут запросить деньги, недвижимость, или самые ценные части тел – у большинства драконов это желчный пузырь, сердце и печень.
Но пока люди радовались завершению драконьей атаки, лазарет клана Кораки пропитался мрачной атмосферой.
Крис стоял у кровати внука, тело которого было полностью забинтовано. Из-за лечебных мазей от Кенни несло не лучше, чем от нужника, но люди в комнате этого не замечали.
— Мы сделали всё, что могли, — заговорил Патриарх.
Помимо него и Криса в комнате присутствовала старушка-лекарь. Она сидела у двери и клевала носом, подрёмывая.
— Я понимаю, — глухо ответил Крис.
— К сожалению, лучшие лекари погибли во время нападения Гадюк, — мрачно добавил Патриарх.
— Вы узнали, кто это был? — лицо Криса исказила гримаса ненависти, от него повеяло такой жутью, что даже Патриарх слегка побледнел. Старушка вздрогнула, проснулась. И поспешила выйти из комнаты.
— Его зовут Висих, он из уничтоженного клана Скуликадера. Наёмник, опытный Генерал. Вероятно, его заказал клан Охи. Мы пытаемся его найти, но сам понимаешь, вряд ли у нас получится.
Крис не ответил. Он знал, что клан Охи зол на него – те двое молодых Пранариев, которых он убил, были племянниками главы клана. Считалось, что у обоих потенциал Генерала. Поэтому не удивительно, что клан Охи решил отомстить. Но Крис не ожидал, что они нападут так рано, и пошлют кого-то из клана «земляных червей».
— Заберу его домой, — Крис смог успокоить себя и теперь сосредоточенно думал над тем, как помочь внуку.
