основе многосторонних отношений или многостороннего управления.
ЛИБЕРТАРИАНСКИЙ ИНТЕРНЕТ
Запуск Советским Союзом спутника 4 октября 1957 года стал тревожным сигналом для США. В рамках формирующегося после Второй мировой войны геополитического сценария космическая гонка рассматривалась метафорой государственной власти. Стремясь не отстать в технологическом развитии, Министерство обороны США в 1958 г. издало директиву 5105, в соответствии с которой было создано Агентство перспективных исследовательских проектов (ARPA). Задача ARPA заключалась в следующем: "Обеспечить лидерство США в применении новейших технологий для создания военного потенциала и предотвратить технологическую неожиданность со стороны противников". На основе этой инициативы была создана сеть Advanced Research Projects Agency Network (ARPANET), целью которой было разделение информации на "пакеты", передаваемые от одной компьютерной системы к другой для децентрализованного обмена данными.
Идея разбиения информации на пакеты заключалась в том, чтобы создать сеть, которая могла бы продолжать работать, если советский ядерный удар уничтожит американские системы связи. В силу этой необходимости Лоуренс Робертс, возглавлявший ARPANET, решил отказаться от создания плановой и централизованной системы. В результате стратегического решения, принятого под влиянием военной необходимости, именно эта децентрализация стала отличительной чертой многих ценностей Интернета, которые мы воспринимаем как должное. Поскольку ARPANET была гибкой и децентрализованной, функции Интернета, с которыми мы знакомы сегодня, такие как электронная почта, возникли как непредвиденные последствия. Решение первых новаторов Интернета создать открытую систему означало, что среда могла развиваться по мере своего развития.
Однако это развитие было лишь частью истории, которая привела к появлению Интернета. На протяжении нескольких десятилетий инфраструктура связи, как правило, почтовая или телекоммуникационная, в большинстве стран была государственной монополией. Координация работы этих сетей почти полностью зависела от суверенитета. На международном уровне они регулировались Международным союзом электросвязи (МСЭ), организацией ООН (первоначально созданной как Международный телеграфный союз в 1865 г.), которая решает технические и финансовые вопросы международного значения путем заключения соглашений между суверенными государствами. Даже в конце 1980-х годов большинство экспертов из мира телефонии рассматривали ее как академическое занятие, не имеющее реальной коммерческой ценности. В отличие от телефонных сетей общего пользования, Интернет поначалу практически не вызывал интереса у государств к его контролю и надзору. Относительное безразличие Европы к Интернету, и либеральная политика Америки в отношении коммуникационной инфраструктуры предполагали, что Интернет в значительной степени находился в руках нескольких технических организаций и инженеров, которые его разрабатывали. Рабочая группа по проектированию Интернета (IETF), как ее называли, была в то время практически единственным органом, принимающим решения.
Интересной особенностью IETF было то, что она состояла в основном из академических сетей и была устроена совсем не так, как большинство государственных и межправительственных институтов по стандартизации. В результате первоначальная структура управления Интернетом была практически полностью неформальной, а безразличие правительства давало IETF весьма либеральные полномочия по принятию решений. Благодаря этой академической структуре те, кто работал над созданием Интернета в первые годы, мало задумывались о безопасности и нормативных требованиях - именно такое отношение лежит в основе большей части Интернета сегодня. Реальная ценность Интернета в то время заключалась в том, насколько свободной и открытой была информация, и как много ее можно было передавать по этому каналу. Как сказал один из основателей Интернета Винтон Серф, "мы были просто любителями и ожидали, что наконец-то появится какой-нибудь авторитет и скажет: «Вот как мы должны это делать". Но никто так и не появился, поэтому мы как бы нащупывали путь к тому, как можно запустить программное обеспечение в работу».
На заре становления Интернета киберутописты были в восторге от того, что Интернет способен стереть физические различия и пространства. Такой оптимизм, несомненно, был вызван тем, что после падения Берлинской стены и распада Советского Союза Америка заняла однополярное положение. Пионеры Web 1.0 были уверены, что Интернет изменит природу человеческого общества с его открытой, совместной и безграничной структурой. Человек будет переведен в цифровой формат и сможет сам выбирать правила и законы, регулирующие его виртуальную реальность. В 1996 году кибергуру Джон Перри Барлоу опубликовал Декларацию независимости киберпространства, первую в своем роде: «Правительства индустриального мира, усталые гиганты из плоти и стали, я пришел из киберпространства, нового дома разума. От имени будущего я прошу вас, представителей прошлого, оставить нас в покое. Вам не рады среди нас. У вас нет суверенитета там, где мы собираемся».
Такой оптимизм стал возможен благодаря относительно мягкой политике американского правительства в области регулирования. Правительство США в 1980-х гг. в США произошел сдвиг в понимании взаимоотношений бизнеса и государства. Великая депрессия 1930-х годов и неспособность возобновить экономический рост привели к тому, что кейнсианская экономика, предполагающая увеличение государственных расходов, была поставлена под сомнение. Вместо этого с приходом к власти Рональда Рейгана мантрой стало "дерегулирование". Эта же философия распространилась и на нормативно-правовую базу для разработчиков Интернета. Только в конце 1980-х годов, когда регистрация доменных имен в Интернете стала стремительно расти, правительство США приняло решение об институционализации этого процесса. Итогом этих обсуждений стало создание Управления по присвоению номеров в Интернете (IANA), которое функционировало на основе договора между Министерством торговли США и Университетом Южной Калифорнии. IANA, по сути, стала единственным монополистом в организации важнейших ресурсов Интернета. Некоторое время эта схема работала хорошо, но после изобретения Тимом Бернерсом-Ли Всемирной паутины в Европейском центре ядерных исследований (CERN) в Женеве она была перечеркнута. Вскоре стало ясно, что Интернет выходит за рамки простого технического новшества и будет иметь огромные политические и экономические последствия.
В то время IANA была организацией, состоящей из одного человека, которой руководил Джон Постел, профессор Университета Южной Калифорнии. В 1995 г. Постел, осознав необходимость создания более стабильной и всеобъемлющей системы управления системой доменных имен (DNS), решил передать функции IANA под эгиду Общества Интернета (ISOC) - сети технических специалистов Интернета, созданной в 1992 г. Этот шаг привел к первой политизации управления Интернетом. В марте того же года Роберт Эйкен, президент Федерального сетевого совета (FNC), направил в ISOC гневное письмо, в котором спрашивал, почему они предполагают, что получили юрисдикцию над корнем, и если они не делают такого предположения, то кому он принадлежит? Правительство США было в ярости от одностороннего принятия юрисдикции Постелом. Эксперты так и не смогли понять политические и коммерческие последствия этой новой технологии. В 1998 г. Министерство торговли выпустило "Зеленую книгу" по управлению Интернетом, в которой предполагалось передать управление доменными именами в руки частной некоммерческой организации. В ноябре того же года Министерство торговли официально признало Корпорацию по присвоению имен и номеров в Интернете (ICANN) в качестве организации, которая унаследует ответственность за управление именами и номерами. США рассматривали ICANN,
