Одновременно наши герои заметили еще одну перемену в окружающей обстановке, какое-то еще неясное движение…
Вскоре оно стало явственным.
Это сдвинулся астероид. Он медленно приближался к Пылевому Облаку, словно некий небесный удильщик, поймав его на крючок, осторожно сматывал катушку спиннинга.
Им предстояло в реальности совершить то самое путешествие сквозь Облако, которое они уже пережили в Зале информационных иллюзий. Все замерли в молчании. Триллиан хмурилась.
Прошла целая вечность. И вот с головокружительной медлительностью носовой край астероида вошел в ватную мглу Облака.
А вскоре и их самих поглотил жидкий, трепещущий мрак. Они плыли сквозь него, все глубже и глубже, краешком глаза замечая смутные тени и завихрения, которыми была населена эта воистину густая тьма.
Пыль застилала ослепительные лучи прожекторов. А ослепительные лучи прожекторов, в свою очередь, превращали пылинки в рой ярких искр.
Триллиан и на это зрелище смотрела хмуро, сквозь пелену своих мрачных размышлений.
А потом Пыль Облака кончилась. Неизвестно, отняло это минуту или час, но переход был закончен, и перед нашими героями открылась свежая, невиданная глухая мгла, как будто космос просто свернули в трубочку и спрятали.
Темп событий немедленно ускорился.
Из пресловутого кубика (бывшего квадрата), который за это время высунулся из грунта на три фута, выскочил – буквально прорвался – слепящий огненный столб, а в нем возник плексигласовый кубик поменьше, наполненный пляшущими разноцветными «зайчиками».
На этом кубике было пять глубоких выемок: три вертикальные и пара горизонтальных. Очевидно, скважина под Трикетный Ключ.
Роботы подошли к Замку, вставили Ключ куда следовало и отошли. Кубик сам собой повернулся, и пространство стало изменяться.
Скрученный космос раскручивался обратно, а у зрителей болезненно выворачивались глаза в глазницах. Они обнаружили, что не могут оторвать взгляда от ослепительно яркого солнца, которое, казалось, в одно мгновение ока возникло там, где буквально миг назад не было даже пустоты. И только спустя секунду-две они, отдав себе отчет в случившемся, закрыли руками свои испуганные, ослепшие глаза. Но успели заметить, что по солнечному диску медленно ползет какая-то точка.
Отпрянув, они услышали режущий уши, пронзительный, нежданный клич роботов.
– Криккит! Криккит! Криккит! Криккит! – возносился к небу их хор.
И кровь стыла в жилах от этого клича – резкого, холодного, пустого, механически-зловещего.
А также торжествующего.
Два этих потрясения – зрительное и слуховое – столь ошеломили наших героев, что они едва не прошляпили историческое событие номер два.
Зафод Библброкс, единственный человек в истории, который уцелел после того, как был расстрелян криккитянскими роботами в упор, выскочил из криккитского крейсера, размахивая бластером системы «Громовержец».
– О'кей! – вскричал он. – На данный момент у меня все схвачено!
Одинокий робот, охранявший трап крейсера, тихо размахнулся своей боевой битой и опустил ее на затылок левой Зафодовой головы.
– Кто это меня, вакуум его заарктурь? – пробормотала левая голова, после чего безжизненно свесилась на грудь.
Правая голова пристально вгляделась в средний план пейзажа впереди.
– Кто кого заарктурил? – переспросила она.
Бита опустилась на правый затылок.
Зафод растянулся на каменной глади астероида, точно меряя свой рост.
Спустя несколько секунд основное историческое событие пришло к своему окончательному финалу. Несколькими очередями из бластеров роботы разрушили Замок навеки. Он треснул, оплыл от огня, истек своими механическими потрохами. Суровым шагом роботы – как почему-то казалось, несколько поникшие – прошествовали в люк крейсера, и тот, издав свое «Фу!», исчез.
Триллиан и Форд стремглав понеслись вниз по крутому склону к темному, бездвижному телу Зафода Библброкса.
Глава 26
– Ой, не знаю, – проговорил Зафод уже в тридцать седьмой (если не сбился со счета) раз, – они вполне могли меня убить, но не убили. Может, им просто показалось, что я, типа того, классный парень. По-моему, вполне возможно.
Слушатели предпочли оставить свои мнения о данной теории при себе.
Зафод лежал на холодном полу рубки. Его спина, казалось, вступила в схватку с полом – волны боли, прокатываясь сквозь его тело, ударяли в обе головы.
– Думаю, – прошептал он, – у этих ребят катоды за аноды зашли. Какие-то они странные, фундаментально странные какие-то.
– Они запрограммированы убивать всех без разбора, – напомнил Слартибартфаст.
– Может… – провыл Зафод в мимолетный штиль между двумя шумными волнами, – как раз… поэтому.
Однако явно сам себя не убедил.
– Привет, детка, – сказал он Триллиан, надеясь загладить этим впечатления от прошлой размолвки.
– Ты в порядке? – нежно спросила она.
– Факт, – ответил он, – здоров как бык.
– Ну и ладно, – проговорила она и отошла в сторонку – подумать. Затем принялась яростно щелкать переключателем огромного обзорного экрана, который демонстрировал виды окрестностей. Глухая стена Пылевого Облака. Солнце Криккита. Сам Криккит. Щелк-щелк-щелк. И по новой.
– Значит – прощай, Галактика?! – пробормотал Артур и встал, хлопнув себя по коленкам.
– Нет, – сурово сказал Слартибартфаст. – Наш курс ясен. – И наморщил лоб до такой степени, что в эти борозды впору было сажать какие-нибудь мелкие корнеплоды. Встал, принялся мерить рубку шагами. Когда же он заговорил, то сам устрашился своих слов до того, что опустился в кресло. – Мы должны спуститься на Криккит, – заявил он.
Глубокий вздох сотряс его ветхое тело. Глаза Слартибартфаста едва ли не ходили ходуном в глазницах.
– Еще один раз, – сказал он, – мы провалили нашу миссию. Боюсь, что с треском.
– А все потому, что нас это дело по большому счету не качает, – спокойно пояснил Форд. – Я же тебе говорил.
Закинув ноги на приборную доску, он принялся судорожно чистить ногти.
– Но если только мы не решимся действовать, – продолжал старец сварливым тоном, точно бранясь с некой, сидящей в глубине его собственной души несговорчивой силой, – то нас всех перебьют, все мы погибнем. Думаю, это-то нас «качает»?
– Ну уж не до такой степени, чтобы совать голову в петлю, – заявил Форд. Натянув на губы довольно вялую улыбку, он покрутил головой, дабы продемонстрировать ее всем присутствующим.
Очевидно, эта точка зрения явилась огромным искушением для Слартибартфаста. Но старец пока боролся. Он обернулся к Зафоду, который поскрипывал зубами от боли.
– У тебя наверняка есть какие-то догадки, – обратился он к Зафоду, – относительно того, почему они тебя пощадили. Подобные действия для них крайне не характерны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
