Когда-то Бинго подробно рассказывал отдыхающим, как туда проехать, но никто из них не мог найти Глен. Это своего рода секретное место не было отмечено ни в одном путеводителе, о нем знали лишь избранные. Через десять минут дорога пошла вокруг холма, открывая панораму красивых бухт и фьордов по правую руку и крутых заросших травой берегов по левую.
— Отлично, остановимся тут, — сказал Бинго.
Он повел нас через дорогу к крошечным воротам, почти полностью скрытым разросшимися кустарниками и высокой травой.
— Это здесь.
Короткая прогулка вниз по узкой тропинке — и мы оказались в месте, которое действительно было особенным. Как трое детей из приключенческой книжки, мы принялись спускаться по узкой дорожке у подножия двух огромных каменных склонов. Существуют две теории о том, что стало причиной этого огромного разлома известняковой скалы примерно во времена ледникового периода. Либо землетрясение, либо напор подземной реки. Теперь мы оказались свидетелями потрясающего результата этого воздействия. Растительность, покрывшая поверхность скалы, и капли воды с известняковых сталактитов создали свой микрокосм, собственный тропический лес в Слайго. Слабые проблески света, прибивающегося сквозь свисающие ветви и листву над нашими головами, звук проточной воды и эхо наших голосов создавали мистическую атмосферу, которая требовала, чтобы мы замолчали и просто слушали. Слушали голос Природы.
Я прошел вперед, сел на корягу и поднял взгляд на огромные известковые стены, которые окружали и защищали нас. Я смотрел на живую воду крошечного водопада, который падал с узкого каменного края, и позволил его нежному звуку ввести меня в состояние легкой медитации. Редкий момент умиротворения за время путешествия, ставшего сумбурным и шумным торжеством абсурда. Внезапно я почувствовал благодарность за все, что со мной происходило, поднял глаза и тихо прошептал:
— Спасибо.
Это не было адресовано кому-то или чему-то конкретному, а просто кому-нибудь или чему-нибудь, кто слышал и мог поставить это себе в заслугу. Я оглянулся вокруг, увидел, что Бинго и Антуанетта тоже расположились уединенно для минутного молчаливого созерцания, и почувствовал себя избранным, получившим право находиться в таком потрясающем и одухотворенном месте.
Здесь, в Глен, я достиг минутного равновесия, внутренней тишины и просветления, но мое следующее действие стало напоминанием о том, что изменять своему духовному пути я не намерен. Я посмотрел на часы и заметил, что до начала финала кубка осталось меньше часа.
Мой голос, резкий как автомобильная сигнализация, разрушил умиротворяющую атмосферу.
— Нам лучше ехать, если я хочу успеть на финал кубка.
Остальные обернулись, испуганные этим вторжением в их сокровенные раздумья, но сразу вспомнили о том, кто они, где они и, самое важное, с кем они. И, к несчастью для них, они были с парнем, который хотел смотреть финал кубка.
— Хорошо, нет проблем, — смиренно сказал Бинго.
Антуанетта ничего не сказала, но ей было не обязательно озвучивать эту мысль.
По дороге к машине мы заметили свидетельства того, что здесь рубили деревья и разжигали костры.
— Это место стало популярным для проведения время от времени рейв-вечеринок, и, к несчастью, дети не всегда относятся к Глен с тем уважением, какого оно заслуживает, — объяснил Бинго.
— В этой части Ирландии есть проблемы с наркотиками? — спросил я.
— Полиция не признает этого, но они есть.
И Бинго рассказал о том, как один не пользующийся любовью полицейский чин гордо хвастался отсутствием каких-либо проблем с наркотиками в Слайго и произнес фразу, которую местная газета сделала крупным заголовком:
У НАС НЕТ ПРОБЛЕМ С НАРКОТИКАМИ
А кто-то из наркодилеров не смог этого пропустить и расклеил по всему городу листовки, вырезав этот заголовок и приписав:
У НАС НЕТ ПРОБЛЕМ С НАРКОТИКАМИ, Их можно достать где угодно!
Какими бы ни были ваши отношения с наркотиками, ясно, кто победил в этой битве.
Время иссякало, но в «Бинго-тур» входила еще одна короткая остановка у старого заброшенного поместья ленд-лорда, великолепие которого восстанавливал местный предприниматель, чтобы впоследствии открыть отель. Ирландские деревни сплошь усеяны заброшенными домами без крыш, каждый из которых олицетворяет отдельный период непростой истории. Государственный налог на крыши привел к тому, что землевладельцы в Англии стали разрушать крыши ирландских поместий, которые они больше не могли позволить себе содержать или в которые им больше не хотелось приезжать. Британия пережила собственное специфическое и неприятное проявление стремления человека избегать налогов, когда после введения «налога на окна» владельцы многих больших домов в Англии стали закладывать окна кирпичом. Казалось, что чем привилегированнее положение в обществе, тем более извилисты, хитры и решительны твои попытки обеспечивать его, избегая какой-либо платы. Безусловно, шрамы на ирландском пейзаже в виде этих старых и лишенных крыш особняков — памятники человеческой тяги к накоплению личного богатства за счет социального неравенства. Именно в тот период истории, когда в главном праве человека иметь «крышу над головой» было отказано огромному количеству ирландского населения, крыши активно разрушались во имя сбережения счетов на острове по ту сторону Ирландского моря.
Кардинальный переворот в моей личной истории начался первым звонком на мобильный телефон из «Норт-Уэст радио». Они дали мне имя и адрес владелицы гостиницы в Баллине, которая предложила мне бесплатный номер, на случай если я к ним заеду. Вот, у меня опять есть кров!
Антуанетта недоверчиво покачала головой.
— Честное слово, перед тобой открываются все двери! Мне надо взять тостер и начать путешествие по Ирландии.
— Баллина? Значит, туда ты и отправишься? — спросил Бинго.
— Значит, туда.
Я не горжусь тем, что пропустил сеанс рефлексотерапии с Питером. Предпочесть просмотр футбольного матча в шумном баре Слайго расслабляющему массажу от одного из ведущих целителей было мелко и инфантильно, но финал футбольного кубка — это финал футбольного кубка, и его пропуск будет брешью в личном опыте, которая может в будущем поставить вас в весьма неудобное положение в разговоре за пинтой пива.
Честь быть первым, кому предстояло подписать холодильник, выпала Бинго, когда мы высадили его у бара «Стрэнд». Написанные зеленой ручкой слова «За ваше здоровье! С любовью, Бинго» возвестили о начале процесса преобразования обычного домашнего холодильника в личный эксклюзив.
