Марго картинно-любезно сказала: «Возможно», мило улыбнулась и, повернувшись, направилась к дому.
Но когда она вошла внутрь, то сразу же с бьющимся сердцем побежала к окну.
Джон сел на пегого и начал разгонять его. Но пегий упрямился. Джон обращался с конем ласково и дружелюбно, даже разговаривал с ним. Жеребец не собирался подчиняться, однако Джон все же не пускал в ход хлыст.
Вдруг в загоне появилась какая-то женщина. Ее красота была классической, но в ней не было изюминки. На ней был форменный жокейский костюм. Марго, конечно, сразу же узнала Люсию.
Она подошла к борющимся друг с другом коню и человеку и протянула руку, собираясь остановить пегого, но Джон крикнул ей что-то резкое.
Люсия подняла голову, схватила коня под уздцы и жестом приказала Джону спешиться.
Джон отказался.
Появился Лемон; заложив руки в задние карманы брюк, подошел, что-то стал говорить Джону.
Джон слушал. В это время Люсия разговаривала с конем, которому это нравилось и который не любил только резких движений. Поэтому Лемон не жестикулировал.
Люсия сказала что-то и для пущей убедительности прибавила к своим словам неопределенный жест. Против ее жестикуляции пегий ничего не имел.
Наблюдая за этим, Марго поняла, что Люсия может загипнотизировать не только мужчину, но и жеребца. Это показалось Марго еще обиднее.
Она поднялась наверх и стала собираться.
В комнату вошел Джон и остановился в дверях. Марго могла слышать, как на улице, в той стороне, где был загон, одобрительно посмеиваются мужчины. Люсии, скорее всего, удалось заставить пегого взять барьер, и весьма успешно.
Марго кинула на Джона ледяной взгляд и продолжала укладываться.
– И куда, интересно знать, ты собираешься? – спросил он.
– Подальше отсюда.
– Не... домой?
– Не сразу, во всяком случае.
– Тогда куда?
– Я вышлю адрес.
Она отвернулась, и тогда он потерял терпение. В три-четыре прыжка он добрался до нее, резко схватил за локти и хорошенько встряхнул. Им обоим кровь ударила в лицо, оба прерывисто дышали и были в гневе!
– Да как ты смеешь! – выкрикнула Марго, все еще пытаясь себя сдержать.
– Как ты смеешь? Да что с тобой такое? Зачем все эти выкрутасы с жеребцом, когда я велел тебе не ездить на нем и ты согласилась?! Что с тобой? Почему ты решилась на эту глупую выходку?
– Пусти меня!
Джон отпустил ее, но не сводил с нее яростных глаз.
– Отвечай сейчас же!
– А ты сам не догадываешься?
– Если бы я мог хоть что-нибудь себе представить, то, наверное, не пришел бы сюда за твоими объяснениями. А теперь сядь и скажи, какая муха тебя укусила? И лучше, если это будет звучать убедительно.
– С чего это я должна перед тобой отчитываться? Я свободная женщина, совершеннолетняя, и поступаю так, как считаю нужным. Отойди.
– Нет, – сказал Джон тихо.
Марго удивленно посмотрела на него. Теперь он, казалось, успокоился. В его глазах стояло твердое решение объясниться, объясниться немедля, но он уже не был зол. Трудно представить, чего это ему стоило! Марго была поражена.
В то же время сама она продолжала сердиться на него. Она зло взглянула на Джона и сжала губы, снова принявшись за сборы.
– Тебя кто-нибудь позвал?
– Нет.
– Почему же тогда ты так взбешена и собираешь свои вещи?
Марго не собиралась ничего объяснять ему.
– Тебя кто-нибудь обидел?
Да. Догадайся кто. Марго продолжала укладываться.
– Если ты расскажешь мне, в чем дело, я все устрою.
– Ты уже все устроил.
– Я уже... что?
Он ждал дальнейших разъяснений.
– Все устроил. С нами. Нашей жизнью. Пегим. И Пассией! – Выкрикивая это, Марго запихнула последние вещи в чемодан и резко застегнула на нем молнию. Оставалось неупакованным только ее кружевное белье.
– Какая же связь между Пассией и тем, что ты уселась на пегого, а сейчас собираешь чемоданы?
Марго уставилась на него. Неужели он ничего не понял?
– А почему ты здесь, наверху, со мной, когда Пассия там на лошади?
– Потому что ты убежала, а я должен знать, зачем ты, черт побери, стала рисковать своей шеей, если я прямо запретил тебе ездить на этом проклятом пегом жеребце... И ты была со мной согласна... тогда. Что изменилось?
– Это ты выскочил из-за стола и умчался к своей Пассии, как только заслышал ее имя.
– Я извинился перед тобой, прежде чем уйти.
– И убежал к своей Пассии!
Джон тупо уставился на Марго. Потом просиял.
– Марго?.. Ты... ревнуешь? – Его голос вдруг стал нежным.
Она не хотела говорить, даже начала как-то дергаться, чтобы выдавить из себя что-нибудь другое, но не сдержалась.
– Да! И очень сильно! – Не успела она выкрикнуть, как расплакалась. Как унизительно!
– Дорогая, как же ты могла ревновать? – спросил ласково Джон, подходя и пытаясь обнять ее.
Эта нежность ее доконала. Марго отвернулась и плюхнулась на кровать, зарывшись в сложенное там белье. Она знала, во что теперь превратилось ее лицо: красные нос и глаза – как отвратительно! Джон поступил по-джентльменски: он понял ее отказ и отпустил ее. Достаточно одного взгляда на ее раскисшее лицо, и больше он не сможет по-старому относиться к ней.
Он предложил ей свой платок.
– Не плачь, милая. Не надо.
Марго взяла платок и отошла к окну. Она села посередине дивана, перед окном, из которого открывался великолепный вид на окрестности. Марго раньше даже не замечала, какой с этого места хороший вид.
Джон что-то делал за ее спиной. Марго бросила взгляд через плечо, и ей показалось, что все вокруг освещается ее красным носом.
Она увидела... как Джон распаковывает ее вещи и кладет их на место. И прежде чем убрать в шкаф «то платье», он подержал его в руках. Чемодан он закинул на шкаф.
Джон не заметил, что Марго за ним наблюдает.
Он подошел к ней и сел рядом, да так близко, что Марго стало тесно, но она не сдвинулась ни на сантиметр, игнорируя его.
Тогда Джон положил руку на спинку дивана и тихонько обнял Марго за плечи. Она дернула ими, показывая, что не желает этого.
Самым мягким, нежным голосом Джон спросил:
– Ты простишь меня за то, что я внимателен к своим старым знакомым?
– Не сразу.
– Я иногда тоже веду себя неразумно без повода.
– Так я неразумна без повода? – проговорила раздраженная Марго.
– Нет. Просто я хочу, чтобы ты не думала, что я идеален.
Марго хмыкнула.
– Не встречал ни одной леди, которая так деликатно хмыкает. Ты восхитительна!
Он тоже. Он так себя вел, чтобы ей было проще сделать следующий трудный шаг. Выслушать. Ведь она не дала ему возможности объясниться.
Вдруг отрывистый голос «робота» металлически произнес:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
