Читаем без скачивания Опасные союзники - Алекс Орлов

– Я понял, – сказал тот и, отойдя за ящики, выжал подштанники почти досуха. Все молчали, поглядывая то на вернувшегося Мартина, то на останки пленника. А отовсюду к месту происшествия спешили люди, кто с топором, кто с багром и ветошью, чтобы гасить доски.

– Так что это было, братцы? – спросил один из рыбаков, обращаясь к Мартину, который уже затягивал ремень на штанах.

– Колдовство это было, так что разбегайтесь отсюда, как бы чего не вышло.

В его устах это прозвучало настолько убедительно, что рыбаки поспешили прочь, спотыкаясь и поминутно оглядываясь. Они развернули и других любопытных, которые тоже стали разбегаться, поэтому вскоре Мартин, Рони, Бурраш и Ламтак остались на причале одни.

– Он что-нибудь рассказал? – спросил Мартин, подходя к остывающей золе.

– Да, – кивнул Бурраш и осторожно дотронулся до щеки. – Всю морду мне опалил, когда полыхнул!

– Страшное дело, – прошептал рядом Ламтак. – Хорошо, у тебя борода не растет, а то беда.

– Все равно печет, – пробурчал Бурраш.

– Рони, дотянись до стены, сорви водорослей коричневых, они от ожогов помогают, – сказал Мартин.

– Думаешь, поможет? – усомнился Бурраш, снова притрагиваясь к лицу.

– Поможет – проверено. Так что он успел сказать?

– Сказал, что они никакие не прицепы, а только помощники и работали за какой-то долг. Но работали давно – лет десять.

– Большой, видать, долг.

– Сказал еще, что они тут были на побегушках, чтобы за местной командой присматривать, а главным был господин Поуп. Тот все дела вел, давал деньги, которых было без счета, и у него были судно и команда из бутальеров, это вроде солдат-рабов. У Поупа этот парень видел ларец, какой нам описывали.

– А бегали за нами которые – они кто?

– Бродяги нанятые, их прямо на площади созвали, по пять медяшек дали и сказали, куда идти и когда бить кидаться.

– А про Писаря ты спрашивал?

– Так вот тут-то все и произошло. Он уже слабеть стал, а я давай ему описывать этого… Ну, как помнил, так и описывал! Он-то сначала ничего вроде не понимал и почти в забытье провалился, а потом открыл глаза и говорит: помню, дескать, такого, могу даже имя сказать. Но тут же и полыхнул.

Подошел Рони и протянул Буррашу пучок водорослей.

– Чего это? – спросил тот.

– Просто приложи к обожженному месту и подержи минут пять, – сказал Мартин. – И пойдемте отсюда, может, сюда уже стражники бегут – не хотелось бы сесть в околоток.

Мартин оказался прав, едва они дошли до первой линии складов, как появились двое верховых стражников – большая редкость в этих местах. Пришлось прибавить шагу, чтобы не попасть им на глаза.

– Так, значит, мы сейчас к заказчику потопаем? – спросил Ламтак.

– Выходит, так, – пожал плечами Бурраш, отчего намокшая куртка на нем заскрипела. – Мы сделали все быстро и правильно. Эй, Мартин, помогла твоя трава, морда совсем гореть перестала!..

– Ну и выбрось, – сказал Мартин. – Я чего вам сказать хотел, я снова с морлингом виделся.

– В море, что ли? – спросил Рони.

– Да, занырнул в провал, а там у них воздушный пузырь и лежка. Даже светильник имеется. И вот там-то меня этот… подкараулил. Напугал как – ужас просто, – Мартин покачал головой. – Зато вести новые принес, сказал, что шкатулка наша уплыла утром, на шхуне «Урман».

– А куда? – спросил Бурраш и, размахнувшись, зашвырнул пучок водорослей на крышу ближайшего склада.

– Морлинг сказал, в Змеебад, он это по запаху понял.

– А что же он – под водой нюхать может? – уточнил Ламтак.

– Ясное дело, может, – сказал Бурраш, притрагиваясь к щеке и проверяя состояние лица. – Если под водой живет, там же и нюхает. Глостеры вон – живут под землей и песком брюхо набивают.

– Да разве можно песок-то есть? – удивился Мартин.

– Не знаю, может, они, как утки, камешки глотают, но песка в них навалом.

– А откуда ты знаешь, чего у них внутри? – спросил Рони после недолгой паузы.

– Это хорошо в сече заметно, – негромко произнес Ламтак. – Как начинают рубиться, так сразу видно, что у кого внутри. У глостеров был песок.

– Однако, – выдохнул Рони.

51

Герцог Лоринджер стоял на носу корабля, закутавшись в плащ, и свежий ветер трепал его волосы. Настроение было отличное, просто восторг! Следом за его кораблем-буканиром, припадая тяжелыми гружеными боками, тащился «торговец» с полными трюмами товара. И хотя шерсть оказалась не самого высокого качества, ее количество с лихвой окупало те расходы, что пришлось понести.

Экипаж «торговца» едва не устроил им пожар, успев перебросить несколько кувшинов с горящей серой и маслом. Хорошо, что они были начеку, приготовив мокрую парусину, однако такелаж был попорчен, пришлось заменять из запасов, а это опять расходы – такелаж Лоринджер покупал самый лучший, а не какие-то подточенные жучком обноски.

Потом был абордаж, который прошел именно так, как Лоринджер и рассчитывал. Ударили из двух катапульт, подтянули «торговца» всем бортом, но вот то, что у торгашей в команде нашлось полдюжины буканиров, стало полной неожиданностью. Именно они устроили команде герцога достойную встречу.

Лоринджер снова вздохнул и обернулся.

Двое матросов зашивали в парусину шестерых погибших в этой схватке. Еще пятеро получили ранения, не позволяющие им работать в ближайшие две недели. В отличие от простодушных матросов, буканиры-охранники понимали, что пощады никому не будет, и дрались до последнего, в то время как остальные бросали оружие и сдавались.

Сейчас остатки команды «торговца» сидели взаперти на своем судне. Представитель хозяина погиб в бою, также проявив незаурядную храбрость, хотя и не блистал умением.

Но буканиры – это да. Останься они в живых, герцог взял бы их к себе, но схватка была столь яростной, что в ней не оказалось ни единого перерыва. Люди рубили и кололи друг друга, пока не стало некому сопротивляться.

Подошел Трей. Перебинтованная тряпицей рука доставляла ему боль, и, кроме него, от этой напасти пострадали еще четверо. Здешний умелец – Лело, бывший матрос пиратского адмирала Эдмона Коукера, служил у Лоринджера лекарем. И хотя сам герцог его услугами пользоваться избегал, слишком уж грубыми и простодушными казались его методы, в команде Лело уважали, ведь он знал множество лекарств от всяческих морских неприятностей – начиная с морского поноса и кончая выведением трюмных блох.

Еще он мог готовить яды, которыми протравливались стрелы и кинжалы, а также заваривал пеньку в морской воде, чтобы лечить кожный зуд от заразной зеленой мошки.

– Ну, что там у вас, скоро ты перестанешь морщиться?