Читаем без скачивания Опасные союзники - Алекс Орлов

– Да я так не сумею!

– Рони сумел! – настаивал гном.

– Да он почти втрое моложе меня! – развел руками Мартин.

– Тогда давай так!

Ламтак стал к стене спиной и сложил ладони в виде ступеньки.

– Наступай, я тебя подброшу!..

Мартин поставил ногу, и в тот же миг Ламтак подбросил его с такой силой, что, не ухватись Мартин за края стены, он бы улетел намного дальше. Однако зацепиться все же удалось, и Мартин сполз по стене на землю, а затем побежал вниз по улице, которая вела в порт.

У нее было много ответвлений, но Мартин был уверен, что злодеи спешили именно в порт.

49

И Мартин не ошибся. Когда улица закончилась и он выбежал на площадь, где торговали свежей рыбой, за головами гомонящих торговцев и рыбаков, за рядами выставленных корзин с рыбой он увидел мятущиеся фигуры Бурраша и Рони, которые, словно гончие, неслись, позабыв об усталости.

– Ах ты!.. – воскликнул Мартин, едва не поскользнувшись на рыбьей чешуе, и, прибавив ходу, стал лавировать между людьми и прилавками, стараясь не поскользнуться снова.

Когда ему удалось преодолеть рыбную площадь, Рони с Буррашом уже скакали по дощатым настилам причалов, а двое злодеев – теперь Мартин их увидел, – не сбавляя скорости, неслись прямо к воде.

– Топиться, что ли, собрались… – пропыхтел себе под нос Мартин, и в этот момент оба беглеца, один за другим, прыгнули в воду.

Поднялись брызги, и стало ясно, что Мартину не показалось, но на этом погоня не закончилась. Бурраш, ничуть не сомневаясь, тоже сиганул в воду, а Рони остался на причале.

Вдруг слева, из переулка, топоча и пыхтя, словно секач, выбежал Ламтак, и они с Мартином одновременно подбежали к краю причала.

– Что там?! – воскликнул Мартин, глядя на пузыри и водовороты, крутящиеся по воде.

– Я… Я не знаю! – в панике закричал Рони. – Может, нам тоже нырнуть надо?!

– Ты не прыгай, я сам! – придержал его Мартин и стал скидывать сапоги, однако в этот момент на поверхности показался отфыркивающийся Бурраш, который выволок на поверхность одного из злодеев.

– Держи! – крикнул он Ламтаку, и тот, упав на помост, дотянулся до пленника и рывком выбросил его на причал. Затем подал руку Буррашу и помог ему выбраться на высокую стенку. Тем временем бесчувственный прежде пленник начал подавать признаки жизни.

– Живой вроде! – заметил Рони, наклоняясь над человеком с бородой и разлохмаченными бакенбардами. Сросшиеся на переносице брови и бледная кожа придавали ему злодейский вид.

– Ну-ка, рассказывай, кому служишь! – строго сказал Бурраш, снова хватая пленника и крепко его встряхивая. Бедняга ударился головой о дощатый настил и попытался вырваться, но Бурраш держал крепко.

– Эй, у тебя тут порез! – заметил Рони, касаясь кровоточащего плеча.

– Это меня дружок его кинжалом достал.

– Прямо в воде? – поразился Ламтак.

– В воде.

– А куда он подевался? – спросил Рони, посматривая в воду.

– На дно отправился, а этого я выгреб, – и Бурраш снова встряхнул пленника. – Ну-ка, рассказывай, кто воришек прикончил!..

– Сурнап, – едва слышно произнес пленник, с ужасом глядя на мокрого гиганта.

– А точно не ты?

– У меня нет кинжала. Кинжал у Сурнапа остался.

– Сурнап твой напарник?

Пленник устало кивнул.

– У них там что-то вроде тайника, сейчас отдохну и снова нырну, нужно разведать.

– Ну, ты, зеленый, просто змея водяная! – поразился Ламтак. – А я-то воду не люблю. Зато копаю хорошо.

– А что копаешь? – спросил Рони.

– Да что угодно. Люблю копать, и все тут. На войне очень пригодилось.

– Ты больше не ныряй, – сказал Мартин, обращаясь к орку. – Выжимай штаны, обсыхай. Я сам нырну.

И Мартин снова начал раздеваться. Оставшись в одних подштанниках, он встал на краю, мгновение помедлил и прыгнул в воду.

Вода была прозрачной и совсем не холодной, он огляделся, и в почерневшей стене причала, сложенной из дубовых бревен, увидел обрамленный водорослями пролом.

Когда-то, будучи еще молодым, он любил купаться в море и нырять среди скал, исследуя подводные пещеры. Как оказалось, за столько лет Мартин не потерял былых навыков и за пару гребков оказался возле пролома. Заглянул в него и, увидев слабый свет, проплыл через отверстие и стал осторожно подниматься, почти сразу оказавшись на воздухе.

Это был воздушный пузырь, образовавшийся под слежавшимися бревнами, которые не пропускали воздух. Кто-то доставил сюда доски, из которых собрали маленький остров, где могли располагаться два-три человека.

Мартин подтянулся на руках и забрался на островок, над которым висел едва тлеющий масляный светильник. Мартин прибавил фитиль, и света стало больше.

Он огляделся и увидел еще один пролом с темной водой, который вел неизвестно куда.

На досках нашелся лишь кожаный мешок, в котором здешние обитатели переправляли наружу одежду в сухом виде. А свежий воздух поступал из-под воды во время шторма.

Закончив осмотр, Мартин уже собирался поднырнуть обратно, как вдруг в соседнем проломе увидел ужасного монстра, который смотрел на него из-под прозрачных век.

– Приветик…

– Это ты?! – воскликнул Мартин, чувствуя, что сердце вот-вот выскочит.

– Чего ты так волнуешься, мы ж виделись не раз?

– Да ты! Ты все время появляешься неожиданно!..

– Я думал, ты скажешь спасибо, ведь не всякий морлинг может переносить морскую воду.

– Ну, я помню, ты из особенного рода, – кивнул Мартин, переводя дух.

– Ваша шкатулка отплыла сегодня на шхуне «Урман».

– Куда?

– Думаю, в Змеебад. За ней тянулся длинный шлейф тамошних пряностей.

– Они их в воду, что ли, бросали?

– Сливали воду из нужника.

– Ах, вон оно что. Извини.

– Да ладно, обычное дело.

– Послушай, а как ты меня находишь?

– Мне сообщают, я плыву. Вот только сейчас и подоспел, а то бы орку вашему помочь успел – но опоздал, здесь сильное течение.

– А кто сообщает, если не секрет?

– Голос женский, думаю, это Середа.

– А кто она?

Морлинг вздохнул совсем по-человечески.

– Давай я поплыву, а то мне пора.

– Хорошо, спасибо за помощь, – ответил Мартин, понимая, что спрашивать о Середе бесполезно.

50

Вынырнув на поверхность, Мартин не видел, как по причалу бегают его товарищи и парочка местных рыбаков, пытаясь бороться с высоким пламенем, источавшим черный смрадный дым.

Кто-то требовал нести багор, другие – пожарные ведра, но пока Мартин сам поднимался по выступам, пламя погасло самой собой, и только в небе черным росчерком остался относимый ветром дым.

– Он сгорел, понимаешь?! – воскликнул Рони, обращаясь к появившемуся Мартину.