Читаем без скачивания Опасные союзники - Алекс Орлов

– Мы уже начали, милорд. Ты не на приеме у лекаря, здесь все иначе…

– Да, я помню. Кажется, что-то подобное со мной уже происходило.

– Вот именно, – кивнул маг.

– Я хотел спросить, ваша милость…

– Спрашивай.

– Зачем вам золото? Мне всегда казалось, что такие, как вы, могут делать его из воздуха или воды, разве не так?

– Золото, полученное из воздуха, не будет иметь той силы, как то, которое принес ты.

– Но за него все равно можно что-то купить, разве нет?

– Может быть, – пожал плечами маг. – Я не пробовал.

– Какой же смысл в богатстве, если не в способности купить что-то?

– Повторяю, золото мне нужно как эквивалент силы. Его покупательная способность меня не интересует. Ты приносишь золото из мира, где оно обладает той силой, которая мне нужна. В мире магов эта сила важнее.

43

Когда Лоринджер пришел в себя, он стоял на коленях на линии прибоя, жадно пил с пригоршни морскую воду, а потом его ею рвало. Его стошнило несколько раз, пока не полегчало, и тогда он сумел, наконец, встать на ноги.

Потом поднял валявшуюся рядом шляпу и побрел в сторону лодки, корма которой уже покачивалась на волне.

Бросив шляпу на скамью, Лоринджер столкнул лодку в воду и запрыгнул сам. Тяжелого ларца уже не было, но герцога это уже не волновало, он сосредоточился на веслах.

Ветер крепчал, и было непонятно, как долго Лоринджер находился на этом острове, однако, оглянувшись на море очередной раз, он увидел корабль – все происходило так, как и планировалось. Лоринджер навалился на весла и через какое-то время заметил, что гребет легко, где-то даже с удовольствием и совсем не чувствует одышки.

Что там говорил его милость Варсадар – золото как эквивалент силы? Да, заумная наука. Лоринджер вспомнил, что не впервые слышит подобное, но и сейчас он этого так и не понял.

Оглянувшись снова, Лоринджер отметил, что корабль убавил паруса, чтобы принять лодку. А возле борта уже стоял верный Трей, держа наготове деревянный мостик. Едва лодка коснулась корпуса, на нее спрыгнули двое матросов и помогли установить мостик, по которому герцог поднялся на борт.

Он ожидал какой-то реакции по поводу своей, возможно, изменившейся внешности, но Трей радовался, что его светлость вернулся невредимым.

Слегка раздосадованный герцог ушел в каюту, где тотчас посмотрел в зеркало и отметил, что седины действительно поубавилось, да и морщины стали чуть менее заметны.

Эх, если бы было больше золота! Тогда бы он мог стать тридцатилетним! Хотя нет, это слишком бросается в глаза, а уж как перед королем было бы неловко. Нет, достаточно сбросить десяток лет, и этого хватит. Да, именно десяток.

В дверь постучали.

– Входите! – разрешил герцог.

Вошел капитан корабля, одно из доверенных лиц герцога.

– Ваша светлость, какие будут приказания?

– Двигаем на Шерстяной тракт, Гроутер. Миль за сорок до выхода на сам тракт поставьте наблюдателя, да такого, чтобы мог управляться с подзорной трубой.

– Парочка таких у нас имеется, остальные пока побаиваются.

– Что значит побаиваются?

– Колдовство, говорят. Так далеко, а посмотришь – близко. Опасаются.

– Ишь, какие опасливые. А по их рожам не скажешь. Ну, что же, пусть дежурят те, кто не боится, и добавьте им за смелость по порции ингландского рома, но после вахты. Пусть остальные узнают, что уметь пользоваться такими новшествами не только не страшно, а даже выгодно.

– Слушаюсь, ваша светлость.

– И вот еще что, в прошлый раз была заминка с катапультой, когда брали баркас…

– Уже исправились, ваша светлость. Вороток сломался – зубья были слабые. Теперь сделали новый, исполнили из самого прочного дерева.

– В этом я не сомневаюсь. А что, если нам поставить еще одну катапульту?

– Но куда, ваша светлость? – удивился капитан. – У нас и так тесно, команда вдвое больше, а когда идут на абордаж – такая толчея, что каждый дюйм на счету.

– А если на борт?

– Как это на борт?

– Ну, заготовьте стойку из куска старой мачты, а катапульту на стойке станем собирать, когда будет ясно, на кого вышли. Мы ведь и эту собираем-разбираем, так почему не две?

– Тогда две стойки, ваша светлость, на оба борта.

– Да, конечно, две. Вот тогда у нас не будет задержки при любом исходе абордажной операции, а при двух работающих катапультах мы сможем подтягиваться всем бортом.

– Так точно, ваша светлость! – воскликнул капитан и даже щелкнул каблуками от восторга.

«А ведь и впрямь отличная мысль!» – подумалось герцогу. Ему и самому было удивительно, что он начал мыслить так ясно и хитроумно.

44

Накануне днем Рони, всячески скрываясь от многочисленных соглядатаев, сумел незаметно пробраться ко дворцу Овцера и передал ему записку, что они вернулись и готовы начать действовать.

Дождавшись ответа, он совершенно открыто отправился домой, поскольку возле дома Овцера его «срисовали» двое наблюдателей. Они маскировались под нищих, однако Рони видел их в центре – этим его было не обмануть.

Пройдя через весь город, он несколько раз останавливался на рыночной площади, якобы что-то посмотреть, и даже купил медового сахара на нитке. Так и шел с этой низкой, пока уже на окраине, среди одноэтажных домов, «хвосты» его не отпустили, решив, что дальше дома он не уйдет.

В этот раз он и не собирался, но момент запомнил.

– Ну как? – первым делом спросил Мартин, едва Рони переступил порог.

– Нормально, завтра встретимся.

– Хочет на команду посмотреть?

– Наверное, – ответил Рони и бросил на стол листок дорогой бумаги, на котором ровным почерком было написано название гостиницы и время, когда команде надлежит туда прибыть.

– Эй, а вы чего какие-то не такие? – спросил Рони, заметив изменение во внешности Бурраша и Ламтака. Оказалось, что они сидели в чистом нательном белье, подходящие размеры которого нашлись в доме – Зена скупила где-то по случаю целую дюжину.

Мартину с Рони они оказались велики, но велики – не малы, и она решила, что их можно будет ушить, если возникнет необходимость. А теперь нашелся подходящий случай – Бурраш и Ламтак, чисто помытые, сидели в новом белье, поскольку все остальные их вещи Зена назвала грязными тряпками и приказала сбросить в старую бочку, куда они сами же налили воды из другой бочки. А еще Зена вывалила туда два ведра коровьего помета, как она пояснила: чтобы все побродило и кожа не усохла.

Потом руководство перешло к Мартину, и он показал, где за коровником было хорошее место, чтобы помыться. Он вручил гостям полынные веники и целое ведро щелока вдобавок к паре ведер дождевой воды.