Читаем без скачивания Опасные союзники - Алекс Орлов

Мартин шагнул вперед и, сев на песок, приподнял локоть, который до сих пор сильно саднил, ведь, кроме открытой раны, рука была еще крепко ушиблена.

Холодная длань морлинга едва касалась повязки, но странный холод от нее начал распространяться по всему телу Мартина тонкими ручейками, и каждый ручеек дотягивался до многочисленных ссадин и ушибов, которых на теле Мартина после такой драки оказалось предостаточно.

Стало сильно клонить в сон, и Мартин усилием воли старался держаться, чувствуя, что лечение еще не завершено.

В конце ему привиделась какая-то женщина, она утвердительно кивала Мартину, когда он произносил какие-то слова. Она говорила «да», говорила «ты это понимаешь», но о чем был этот разговор, Мартин не понял. Он очнулся, когда морлинг отпустил его и уже начало светать.

– Вы уходите? – спросил Мартин, видя перед собой множество голов вынырнувших морлингов. Их было больше десятка. Тот, с которым они общались, кивнул, и морлинги исчезли под водой. Наступила тишина.

37

Шум ветра, запах пыльной дороги и яркий солнечный свет ворвались в сознание Мартина как-то неожиданно. Он даже споткнулся и был вынужден схватиться за седло мула, рядом с которым шел, чтобы не упасть.

– Что с тобой, на ходу заснул? – спросил Бурраш.

– Похоже, – ответил Мартин и огляделся. Они шли по пустынной местности. Простор тянулся до горизонта, и где-то там над далекими горами поднимался столб света – так диковинно выглядело солнце, встававшее за пеленой пыльной бури.

– Красота какая! – сказал Бурраш.

– Лучше бы дождь прошел, – отозвался Ламтак.

– А зачем тебе дождь? Сейчас не жарко.

– Я люблю, когда дождь.

Бурраш пожал плечами. Разговор в дороге не складывался.

– Сколько нам еще идти? – спросил Мартин, чтобы как-то сориентироваться – в его голове было на удивление пусто.

Он не помнил, как они вышли на дорогу, он не представлял, где они сейчас, хотя впереди были горы. Но, может, и не горы? Кто там разберет, что за этой бурей?

– Там точно горы? – спросил Мартин.

– Там точно горы, – ответил Рони.

– А мы давно идем?

– Мы давно идем.

– Ну, сколько? С утра примерно?

– Примерно с утра.

– А по лесу шли долго?

– По какому лесу? – ворчливо переспросил Рони, которому, видимо, надоели эти странные расспросы.

– По обыкновенному лесу.

– Мартин, ты устал, просто иди, – посоветовал орк.

Мартин повернулся к Буррашу, потому что голос был похож на его, но это был не голос Бурраша.

– Эй, Бурраш, а где перевязка с твоей руки?

– Мартин, ты устал! Просто – иди! – прозвучало в голове Мартина так громко, что его пробило испариной.

Ни у Бурраша, ни у Рони не было грязных бинтов с потеками крови, а у Ламтака был чистый лоб, хотя в бою он был весь в крови.

– Я вспомнил! Мы дрались в харчевне!.. – воскликнул Мартин, но его товарищи, похоже, не услышали. – Эй, где ваши бинты? Где бинты на моей руке и почему наша одежда совсем новая?!

Страшная догадка полыхнула в его мозгу, и Мартин закричал первое, что пришло ему в голову:

– Засада!.. За-са-да!!!

Его крик расколол эту вязкую реальность, и яркий свет уступил место предутренним сумеркам. Увидев, что путники очнулись, кравшиеся к ним наемники заорали, что было мочи, и бросились вперед.

И снова закрутилась, завертелась сеча, как будто и не прекращалась схватка в харчевне. Однако на опушке было больше простора, и Бурраш с его мечом чувствовал себя в своей стихии, а Ламтаку не приходилось прыгать по столам, чтобы показать всю свою силу.

Мартин с Рони встали спина к спине и дрались дубинками и кинжалами. Здесь не нужно было побеждать, они лишь отвлекали врагов, пока их не настигал меч Бурраша.

Внезапно Рони был сметен ударом неведомого происхождения и, отлетев шагов на десять, упал в кустарник. Наемники радостно заорали и стали наседать на Мартина – их было четверо против одного.

И снова был удар, на этот раз сбивший с ног Бурраша. Он упал на спину, и у огромного дерева – в десятке шагов впереди – Мартин увидел длинноволосого человека, который стоял, вытянув руки, и своими пассами удерживал орка на земле, чтобы его добили. Однако Ламтак вовремя заметил угрозу и метнул свой щит в голову длинноволосому.

Попадание было точным, и Мартин полагал, что с Писарем покончено, однако щит прошел сквозь него и остался торчать в стволе дерева, а Писарь направил новый пасс в сторону гнома.

Очнувшийся Рони вернулся в схватку и метнул кинжал в одного из наемников, а Мартин снес ногой другого, намеревавшегося добить Бурраша топором. Тем временем орк, едва приподнявшись, разрядил «горгону» в длинноволосого. И хотя дротик прошел насквозь без видимой пользы, колдун исчез, а следом побежали и те из банды, кто еще уцелел.

– Посмотрите, мы видели их в харчевне, – сказал Бурраш, обходя поверженных врагов. – И среди них несколько новеньких.

– Они успели получить подкрепление, – согласился Ламтак и, встав на носочки, выдернул из дерева щит. Потом, немного повозившись, извлек дротик и вернул Буррашу.

– А кто закричал «засада»? – спросил Рони.

– Я не кричал, – сказал Ламтак, – я как будто спал.

– И я не кричал, мне снилось что-то хорошее, – признался Бурраш.

– Это был я, – сказал Мартин. – Мы тонули в наваждении, колдун завел нас в ловушку, и мы спали на ходу.

– А как же ты проснулся? – спросил Рони.

– Я проснулся, потому что не обнаружил во сне наших бинтов – вот этих.

Мартин пошевелил рукой и выдернул конец окровавленной тряпицы, а когда размотал ее, то не обнаружил никакой раны.

Гном снял со лба компресс, а Рони осторожно размотал раненое плечо. И Бурраш снял свою повязку – ни у кого не осталось ни царапины, ни шрама.

– Подвяжи мулам торбы, Рони, – сказал Мартин. – Мы должны были покормить их еще вчера вечером.

Рони достал торбы, насыпал овса и подвесил мулам, чтобы они могли жевать на ходу – животные не возражали.

– Давно я не попадал в наваждение, – заметил Бурраш, на ходу вытирая меч пучком прошлогодней травы. – Последний раз это было в бою у Желтой реки. На нас тогда пошли големы, и мы побежали, а потом оказалось, что это был только отравленный дым.

– Я тоже видел наваждения только на войне, – сказал Ламтак, пристраивая меч в ножны. – Но только нас не пугали, а, наоборот, сделали могучими и смелыми, ведь мы видели перед собой только ополчение, вооруженное корягами. Мы смело их атаковали и, как нам казалось, обратили в бегство.

– А на самом деле?

– На самом деле потеряли половину полка, потому что атаковали колонну «железных грифферов»…