— Так ты тоже мамино имя не знал?
— Эм, знал, — хмурится Максим, все еще не понимая, к чему она ведет.
— Тогда почему ты ее не нашел?
От такого бесхитростного вопроса Максим впадает в полнейший ступор и переводит взгляд на меня. Глазами, будто сигнал бедствия подает, выстукивая при каждом моргании судорожное “сос”.
Понимаю, что мне нужно что-то сказать. Попытаться хоть как-то отвлечь внимание дочери. Но я не могу. Точно так же, как и она, я задаюсь этим вопросом. Долго. Почти семь лет. Почему он ни разу меня не искал? Я, в отличие от него, не скрывала свое имя. Да и судя по тому, что он сразу узнал мою необычную фамилию, на память Горский не жаловался. То есть, будь у него желание — легко бы нашел Ярославу Коршун. Но он не нашел… а значит желания у него не было. Ни малейшего.
— Солнышко, — сглатываю шершавый ком в горле. — Я же говорила тебе, что твой папа не знал о тебе. Ты для нас стала огромным сюрпризом. Самым лучшим, о котором только можно мечтать! Но Максим узнал о нем только сейчас. Как он мог искать что-то, о существовании чего не знал?
— Но о тебе же он знал, — настаивает она. — Тебя же он мог найти!
На этот раз даже я не нахожусь, что ответить. Беспомощно открываю и закрываю рот, понимая, что с каждой секундой моего неловкого молчания пауза затягивается все дольше. А разочарование на лице Алины проступает все больше.
Глава 45
Глава 45
Максим
— Я очень много работал, — выдавливаю из себя после долгой паузы. Слишком долгой, судя по разочарованному взгляду Ярославы.
Понимаю, что наверняка она ждала от меня совсем другой ответ. Кажется, она приняла бы любую версию — включая похищение инопланетянами, но к сожалению, работа — это единственное, что приходит мне в голову. Единственное, что хоть сколько-то походит на правду.
Потому что я действительно тогда пахал.
После того форума я заключил столько контрактов, что буквально ночевал в офисе. Если, конечно, тот подвал, в котором я снимал кабинет рядом с жэком, можно было так назвать. Но указывать адрес квартиры было бы совсем непрофессионально.
— Мама тоже очень много работает, — печально выдыхает Малинка. — Потому что все вокруг стоит денег. Даже вода, представляешь? Даже вода в кране!
Яра прыскает от смеха, уж больно комично Малинка рукоплескает и возмущается ценам на коммунальные услуги, а вот мне совсем не до смеха. Потому что я тоже думаю о ценах. Не только на воду из крана. Но и на жилье, игрушки, одежду, секции, сад… Ярославе было всего девятнадцать, когда она родила дочь. Как она справлялась? Еще и ипотека эта! Льготная, да… Но сколько там оставалось от ее зарплаты после вычета долга?
— Твоя мама большая молодец, — искренне произношу. — Она так сильно старается для тебя. Тебе очень повезло, Алина.
— Я знаю, — без тени сомнения произносит она. — Мне повезло с ней, а ей со мной. Мы команда, да мам?
— Лучшая, — улыбается Птенчик.
— Я бы тоже хотел быть в вашей команде. Можно?
Жду, что ее глаза по привычке загорятся азартным блеском и она на ходу начнет строить планы о том, чем наша команда может сегодня заняться, но вместо этого Малинка начинает жевать нижнюю губу и неуверенно бормочет:
— Я не знаю.
После этого малышка бросает вопросительный взгляд на маму, но несмотря на то, что Яра ей ободряюще кивает, блеска в глазах так и не появляется.
— Как насчет того, чтобы поехать в сафари парк?
Придаю голосу как можно больше бодрости и энтузиазма, стараясь не показать как сильно меня задевает такая реакция. Я ни в коем случае не виню Алину, тут проблема скорее в моих завышенных ожиданиях.
Только сейчас я понимаю насколько глупо было ждать, что ребенок бросится ко мне на шею после торжественного сообщения, что я ее папа.
Для нее это просто слова. У нее есть мама — ее мир, ее вселенная. Мама, которая была с ней с самого рождения. Заботилась о ней, воспитывала, делала счастливой.
О папах она, несомненно, тоже знает. Что есть вот такие дяди, которые живут дома у ее друзей. Но вряд ли она хорошо представляет какой должна быть роль отца в ее жизни. По крайней мере, я в ее возрасте не представлял. Иногда завидовал пацанам во дворе, которых отцы учили играть в футбол или что-то мастерить. Но никогда по-настоящему не задумывался о том, что отец может быть альтернативой матери. Такой же родитель.
В моем представлении, они скорее были как богатое дополнение. У кого-то дома есть приставка, у кого-то компьютер. А у кого-то папа. У меня ничего из этого не было. И поэтому к отсутствию отца я относился примерно с той же тоской, что и к отсутствию последней модели робота. Да, было бы классно, если бы он у меня был. Но и без него есть чем заняться…
— Мы в сафари вчера были. На мой день рождения.
И пусть я прекрасно понимаю, что ребенок не способен на жестокость, вкупе с позой “руки в боки”, ее слова звучат, как укор.
— Можно к бедуинам на экскурсию, — предлагаю взамен.
— Ездили мы к ним, — отмахивается Алина.
— Эм… аквапарк?
— Мы же там уже были, — безапелляционно напоминает она. — С тобой!
— Как насчет океанариума? — приходит на помощь Ярослава. — Я видела фото, там очень красиво.
— Красивее, чем дома?
— В Москве вы уже были? — уточняю, лишь бы что-то спросить.
— Конечно, — Малинка кокетливо ведет плечиком. — Аж два раза!
— Вот у тебя и будет возможность сравнить, — предлагает Ярослава. — Как мы можем знать, где красивее, если мы еще не были в местном аквариуме?
Наша дочь согласно кивает, а я облегченно выдыхаю.
— Ну что, решено? — едва ли в ладоши не хлопаю от того, что мы наконец определились с планами. — Едем в океанариум?
— Как насчет завтрака для начала? — напоминает Яра с улыбкой.
— Завтрак! Точно! Ты права, конечно.
Господи, остались еще какие-то способы налажать или я сегодня потратил их все? Сам не могу до конца понять что со мной происходит. Вряд ли дело в недосыпе и усталости. К такому состоянию я вполне привык. А вот новости о том, что у меня, оказывается, есть ребенок, случаются не каждый день.
У меня была всего одна ночь, чтобы это переварить. Одна ночь, чтобы свыкнуться с мыслью, что ты пропустил шесть лет жизни своего ребенка.
Одна ночь… Семь лет назад этого времени нам хватило для того, чтобы зачать ребенка. Но это невероятно мало. Тогда мне этого было мало. И сейчас ничего не изменилось. Одна ночь… Нет, я хочу всю жизнь!
И пусть сейчас я с трудом представляю как это осуществить, эта мысль плотно засела в моем сознании. Я безумно хочу этого. Этих девчонок в своей жизни!
За завтраком я задаю, наверное, пару тысяч вопросов. Меня интересует абсолютно все. Я хочу узнать как можно больше всего о своей дочери! Но если пару дней назад Малинка с готовностью поддерживала со мной беседу и рассказывала кучу смешных историй не только о себе, но и о своей маме, сейчас она отвечает неохотно. Скорее из вежливости.
Я всячески пытаюсь оживить беседу. Даже Яра искренне помогает. Но как мы ни стараемся, Алина выглядит скорее задумчивой, чем увлеченной.
Будто с открытием того, что я ее отец, между нами пропала вся легкость. Почему-то я был уверен, что если она обожала меня в роли друга, то с легкостью примет и в роли отца. Что ж… это не первая моя ошибка насчет этих девочек. Далеко не первая.
Глава 46
Глава 46
Максим старается. Я вижу это. Ценю. Местами восхищаюсь. Особенно, когда он продолжает “держать лицо” несмотря на то, что Алина явно не в настроении.
Я искренне хочу ему помочь, честно. Сейчас во мне нет ни капли материнской ревности. Понимаю, что чем быстрее Малинка его примет, тем легче нам всем будет. Но в то же время я бескомпромиссно выбираю ее сторону. Не пытаюсь на нее давить.
Возможно Горский и хотел бы от меня чуть больше поддержки, но уверена, когда он узнает ее поближе, поймет почему я не помогаю ему ее развеселить. На мою малышку свалилось слишком много информации. Зря Максим думает, что дотошные вопросы достались только ему. Уверена, стоит нам с ней остаться наедине, я тоже удостоюсь беспощадного: почему ты сразу мне не сказала?
