— Вперед, братья, вперед! — Орал трубным гласом отец Антоний, выскочивший во коридор в одной надето задом наперед сутане. — В атаку!
— На кого в атаку то? — Уточнил я, пристраиваясь в хвост бодрой рысью марширующей к выходу колонне святых отцов. На ходу служители культа отпускали не свойственные их саны замечания, а также пытались разобраться, уместно или нет аколитам показываться на людях в одной ночной рубашке на двоих.
— Да какая разница? — Пожал плечами прелат, дыхнув на меня ароматом кагора. Видимо на ночь глядя Антоний решил слегка успокоить свои расшатанные эксперсс — дознанием нервы. — Вобьем во прах того, из‑за кого нас подняли на ноги в два часа ночи, тогда и узнаем!
Однако исполнить свой замысел прелат так и не сумел. Главным образом потому, что злоумышленник прилагал все усилия к тому, чтобы не быть обнаруженным. Вернее, злоумышленница. Ведьма, в камеру к которой сегодня вечером закинули трех новых постояльцев, сбежала. Судя по сбивчивым разъяснениям гномов, в подвалах которых и находилась местная тюрьма, сначала она изметелила пытавшихся наехать на неё новичков, а после…После куда‑то делась. Во всяком случае, полуночный обход обнаружил лишь окончательно избитого до полусмерти полуэльфа, валяющихся в глубоком обмороке квартеронов и сломанный замок камеры. Судя по всему, хитрый портной умудрился протащить с собой в заключение отмычку. Правда, воспользовался ею уже не он.
— Интересно, почему она предпочла делать ноги в одиночку, вместо того чтобы устроить групповой побег? — Задумался я, покачиваясь с носка на пятку перед домом старосты. Люди бегали туда — сюда с факелами и заглядывали чуть ли не под каждый камень, старательно пытаясь обнаружить беглянку…Безуспешно, та как будто в воду канула. А хотя может и канула, до реки то тут недалеко. И след по текучей воде ни один охотник с собаками не возьмет. А ведь несколько отлично натасканных свор вместе со своими хозяевами уже кружат по округе, пытаясь обнаружить добычу. Правда, обитающие в ночи монстры запросто могут восхотеть сожрать неожиданно пришедший к ним в гости. Однако в сравнении с целой деревней жаждущих тебя сжечь крестьян и каким‑то хищником я бы тоже выбрал второго. — Опустим, что три колдуна могли бы доставить проблем поимщикам…Но при поимке четверых нам бы волей неволей пришлось разделить свои силы.
— Не сработалась с Лаулданом и его семейством, очевидно же. — Пожал плечами Лугель. — Сыновей торговца то уж точно никто до состояния полусмерти не избивал. Впрочем, это было ожидаемо от темной.
— Ну да… — Хмыкнул я скептически, подумав о том, что однажды такие стереотипы дорого могут обойтись моему знакомому монашку. А после развернулся и отправился обратно к храму. — Я досыпать! Все равно деревни не знаю и в поисках ничем помочь не могу!
Путь обратно выдался не таким уж и легким, поскольку охотники с собаками и присоединившейся к ним толпой добровольцев курсировали по рыночной площади туда — сюда. И на одинокого пешехода некоторые из них умудрились наткнуться аж по два раза. Одну слишком наглую псину из породы волкодовов, пытавшуюся продегустировать на вкус мою филейную часть, даже пришлось от души пнуть сапогом. А после минуты три лаяться с её хозяином, выпускавшим морально неуравновешенное зверье в погоню за беглянкой без поводка и намордника. Ладно я то, благодаря высоким физическим кондициям и не от такого отбиться смогу, а если эта впавшая в раж бестия на кого другого накинется? И пусть она даже знает всех местных жителей и в лицо, и в ягодицы. Купцов, путешественников, а также их слуг и наемников, в этом поселении более чем достаточно. И я больше чем уверен, их желание поучаствовать в столь значимом общественном событии, как травля одинокой жертвы, никто не отменял.
То, что что‑то не так, я понял, едва переступив порог храма. Лишенная замка дверь, в случае надобности изнутри запираемая на тяжеленный засов, которую крепко прикрывали мои же руки, оказалась чуть приоткрыта. Конечно, можно бы было списать это на сквозняк…Однако если легкий ветерок небрежно передвигает окованные медью доски в руки толщиной, то его следует называть ураганом немалой силы. И следов непогоды в ночном небе уж точно не имелось. Кроме того, у самого входа на регулярно отскабливаемым до блеска полу обнаружилось немного уличной грязи, складывающейся в нечеткий отпечаток ног. Маленьких. Женских. Учитывая творящийся снаружи бедлам о личности, босиком бегающей во время тревожного набата, лишний раз гадать не приходилось.
— Прятаться здесь? — Задумался я, а потом перевел взгляд на сияющий в ночи мягким белым светом алтарь. — А почему бы и нет? Ведьма это не нежить или демон, ей его присутствие может быть неприятно и налагать штрафы на творимую магию, но не более. И искать внутри храма станут в последнюю очередь. Если вообще додумаются до подобного.
Слегка поразмыслив, я аккуратно притворил за собой дверь, обнажил оружие и принялся обходить залу по кругу. Внутренние помещения могли укрыть беглянку от случайного обнаружения надежнее, но выход оттуда был только один. А тут прыгни в любое окно сквозь цветные витражи — и ты уже на улице. Правда вот шум подобного действия неизбежно привлечет внимание всех носящихся по улице людей. За самостоятельную поимку ведьмы наверняка полагалась награда, в крайнем случае опыт…И у меня еще не был выбран дневной лимит поднятий уровней. А повышение отношений с Рыбцами в будущем, возможно, поможет заполучить этот весьма любопытный населенный пункт бескровным способом. Вряд ли уговорить гарнизон сдаться получится до взятия гномьей заставы и победы над бароном. Но ради сохранения общей прибыльности данного живущего торговлей поселения вполне можно немного и потерпеть.
От размышлений меня отвлекло какое‑то несоответствие в окружающем мире. Только я не сразу сумел сообразить какое. Вроде шел вдоль второй по счету стены, внимательно всматриваясь в пустее пространство между предназначенными для верующих скамейками…И вдруг стою чуть ли не в середине алтарной залы, рассеянно пялясь на мягкие переливы белого света, испускаемого главной местной достопримечательностью. Оная исправно разгоняла ночную тьму вокруг себя, однако на роль лампы все же не годилась, поскольку глубокие тени лежали повсюду, окутывая предметы мебели мягким полумраком. Дверь наружу была все еще закрыта. И, кажется, не открывалась. Понять почему, было не сложно. Источники собачьего лая, находящиеся снаружи, кружили у самой двери в храм. Однако преследователи видимо никак не могли сообразить, куда им указывают псы, а потому обшаривали навесы и закоулки рыночной площади в поисках беглянки. Однако они найдут её, причем скорее рано, чем поздно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
