Он попытался обнять меня, но наткнулся на вытянутую вперед руку. На моих пальцах слегка мерцали чарами перстни. За последние месяцы я неплохо улучшила личную защиту. Ситуация перестала казаться забавной, и что-то мне подсказывало, что одним щелчком по носу тут уже не отделаешься.
— Не уверена, что после активизации всех моих чар от вас хоть что-то останется, — сказала я мягко.
— Понял, — ответил Танас, улыбаясь странноватой кривой улыбкой, но вместо того чтобы отодвинуться, коснулся моей ладони, едва не задевая перстни.
— В последний раз предупреждаю, мастер.
Шварц отступил за мгновение до того, как я разрядила в него один из своих артефактов.
— Я не собирался целовать вас против вашей воли, София. Мне показалось, что вам понравилось…
— Сами же говорите, что показалось, — ответила сухо. — Думаю, раз мы все выяснили, вам стоит уйти. У меня есть еще дела.
— Прошу прощения за назойливость, — покаянно склонил голову Шварц, хотя в глазах его не было и тени раскаяния. — Но хочу вас предупредить, что я не собираюсь отступать. Так что увидимся в ближайшее время, Софи…
Когда он вышел, я рухнула в кресло. Возмущение и злость смешивались с восхищением. Вот же нахал! Но при этом нахал, неплохо чувствующий границу, за которой я бы его уже не простила.
Он все же что-то затронул во мне. Кто же знал тогда, больше десяти лет назад, что когда-нибудь тощий рыжеволосый мальчишка, встретившийся в саду деда, предложит мне выйти за него замуж? Так легкомысленно, так простодушно он это сделал, что мне на мгновение тоже захотелось стать такой же. Ввязаться в авантюру, полностью поменять свою судьбу… Зная, что не буду одна, я могла бы на это решиться. Работать с ним вместе, идти по жизни плечом к плечу…
Только Танас Шварц предложил мне совсем не это. Защиту, но не партнерство. И он так и не ответил на вопрос, как он собирается прикрывать меня от министерства. Едва ли он так глуп и безрассуден, если думает, что статус замужней дамы станет для меня иммунитетом. Хотя, возможно, я недооценивала его влияние в министерстве. Нужно попросить Петера поспрашивать о репутации мастера…
От мыслей меня отвлекло покашливание в дверях.
— Выпейте чай с малиной и молоком, Джис, — рассеянно сказала я, все так же глядя в потолок.
— Тут поможет только что покрепче, — мрачно ответил маг. — Вы неосторожны, фрейлейн, и совершенно неразборчивы в знакомствах. Преподаватель ваш тот еще паскуда.
Я нахмурилась.
— Как вы можете так говорить, не зная, зачем он приходил?
— Тут несложно догадаться. Смотрел на вас, будто кот на сметану, едва ли не облизывался. Тьфу! Паскуда и есть.
— Он, между прочим, честно меня замуж звал, — обиженно сказала я и вдруг поняла, кому я это рассказала. — Джис! Не говорите никому!
— Хорошо, не скажу.
Голубые глаза были наивны и честны, но я уже успела понять, как обманчива эта простота.
— Если я узнаю, что о моих личных делах вы докладываете Шефнеру, господин Джис, то буду вынуждена отказаться от ваших услуг, — жестко сказала я.
Мне не хотелось обижать мага, который хорошо ко мне относился, но и забыть, кому он служил в первую очередь, я не могла.
Мужчина сжал губы в тонкую полоску.
— Вот до чего вы, артефакторы, неуживчивый народ, — наконец сказал он.
Я фыркнула, немного расслабившись. Джис явно не намеревался со мной ссориться или уходить.
— Кто бы говорил.
Мартин прикрепил последний отчет боевого мага к делу Софии Вернер и убрал папку в стол. На лице его была задумчивость.
Обычно читать отчеты Джиса было одно удовольствие. Тот не относился к своей задаче формально и дополнял сухие отчеты короткими заметками о выживании рядом с молодым артефактором.
«Завтрак в доме Гревениц начинается в двенадцатом часу. Прошу обеспечить меня армейским пайком или оказать давление на кухарку, не пускающую меня на кухню».
«Решил угоститься сигареткой у хозяйки. Все равно ей курить вредно. Это нормально, что портсигар пытался отгрызть мне пальцы?»
«Обнаружил, что руль в автомобиле заменили какой-то корягой. Золотые руки у вашего племянника… оторвать бы их».
«Побывал в доме Вернеров. Пока Петер и София чародейничали (страстно обнимались со стенами), решил прогуляться по этажам. Зашел попудрить носик и едва не умер от страха, когда фарфоровый друг за моей спиной начал призывно журчать и стучать крышкой. Если у меня начнутся кошмары, вам придется выплатить мне компенсацию».
«Что-то взорвалось в подвале. Не набрался смелости проверить. Артефакторы живы и, самое странное, довольны».
«От конфет, которые вы присылаете фрейлейн Вернер, у меня скоро начнется диатез. София не любит есть шоколад в одиночестве. P.S. Мы обожаем зефир».
«Получил ваши указания. Больше никаких вечерних чаепитий с фрейлейн Вернер! Я уверен, что в мое отсутствие молодой Петер будет говорить с фрейлейн Вернер только о работе. Он очень увлечен… артефакторикой».
Последний отчет отличался от остальных своей сухостью и лаконичностью.
«Танас Шварц, военный артефактор и преподаватель Софии. Пробыл в доме около часа. Обещал зайти в гости еще раз».
Шварц, один из лучших артефакторов министерства. Мартин нахмурился и поднял трубку телефона.
— Соедините меня с Гайне.
Тот ответил минут через десять.
— Мартин, что-то срочное? — промурлыкали в трубку.
— Добрый вечер, господин Гайне, — подчеркнуто официально обратился Шефнер. — Разве Танас Шварц не решил покинуть университет?
— Именно так. Его повинность закончена, и как бы ни важна была задача воспитывать новое поколение магических дарований, пока Танас больше нужен Родине.
— Тогда что он забыл в доме бывшей ученицы? — холодно спросил Мартин.
— Кого именно?
— Вы сами отлично знаете.
— Ах, ты про свою подопечную. Полагаю, это его собственная инициатива. Я его ни о чем не просил. Но разве во внимании Шварца к фрейлейн Вернер есть что-то странное? София симпатичная молодая девушка, к тому же абсолютно свободная. Или она все же ответила на ухаживания твоего племянника?
— Мой племянник, судя по всему, решил строить карьеру в министерстве и не торопится с женитьбой.
— Если бы ты в свое время пошел на меня работать, то сейчас уже стал бы министром. Я несколько подустал от этой работы.
Мартин хмыкнул. Гайне находился еще в расцвете сил, но любил жаловаться на свой возраст и усталость от дел. Невысокого, чуть хромающего господина, почти всегда одетого в штатское, многие недооценивали. Но именно он стоял за многими решениями императора за последние годы и едва ли был готов на самом деле уступить свое место.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
