Сэр Транниллерс кивнул:
– Все верно, мальчик. И без лишних слов. Молодец, будь таким всегда.
Поднявшись с плетеного кресла, осторожной, неуверенной походкой приблизился к Миллиндре. Единственная, кого сэр Транниллерс освободил от занятий, повышающих гибкость суставов. Что бы он ни придумывал, у нее это получалось с такой легкостью, что остальным оставалось лишь страдать и завидовать, причем молча. Сама идея интенсивных тренировок в ее исполнении дискредитировалась, рыцарь церкви понял это достаточно быстро и объявил, что Миллиндра столь гибкая, что гибче не бывает, так что может сама заниматься своими суставами и связками по индивидуальной программе. Благо ей повезло с достойным отцом, тот многому научил, прибавить к этому почти нечего.
Так что теперь девушка сидела в сторонке и сапожным шилом протыкала парусину. Нужно было подготовить парус и навес для плота, а также палатку для высадок на сушу, это поручили ей и Айриции.
Остановившись перед Миллиндрой, сэр Транниллерс простоял несколько мгновений в тишине и неподвижности, следя за шилом в ее руках, и все так же без вопросительных интонаций громко и четко произнес:
– Рашмер Миллиндра, оставьте шило в покое. Вижу, что вы не истязаете свои суставы, подобно остальным. В таком случае ваши ответы должны быть куда четче, ведь нагрузки на тело не мешают разуму. Черный камень. Отвечать кратко, без ошибок и лишних слов.
Златовласка с облегчением отложила инструмент в сторону. Видно, что работа не для нее, очень уж неловко все получалось.
Зато отвечала четко, чеканя каждое слово, и ни разу не запнулась:
– Черный камень, также известен под названиями камень-теневик, кристалл-теневик, черный теневик и прочими в таком роде. Минерал в виде несимметричного многогранного кристалла. У рядовых камней грани обычно неясно выражены, неровные или оплавленные. Часто встречается на землях Краймора, очень редко – на более северных территориях. В основном находят в глубоких пещерах и горячих разломах, но случайно можно наткнуться в любых местах, как в монолитной скале, так и в пустотах, которые скрыты в породе. Единственный магический камень черного цвета, другие оттенки неизвестны. Применяется лишь как резервуар магической энергии для запретной магии, по этой причине обладание этим камнем является серьезным преступлением. В случае непреднамеренной находки во избежание проблем с законом настоятельно рекомендуется немедленно передать камень клирикам или хотя бы послать им весть. Все подобные находки подлежат обязательному уничтожению лицензированным алхимиком в присутствии клириков и с составлением акта.
Похоже, у нее тоже нет проблем с запоминанием пространных лекций сэра Транниллерса. Внятно ответила, не сбившись, не замямлив, не замолчав, собираясь с мыслями.
– Прекрасно, Миллиндра, более чем прекрасно! Даже не знаю, кого выделить на первое место, тебя или Троя. Оба стремительно мыслите и отлично запоминаете, чуть ли не слово в слово. Но у тебя хорошая база уже готовых знаний, а с Троем, увы, все куда сложнее. К тому же не могу нарадоваться на твою гибкость. Смущают лишь руки: они у тебя явно слабые, над этим надо работать и работать.
– Сэр Транниллерс, я хорошо владею гарвианскими луками, а без силы в руках это невозможно.
– Девочка, не надо лукавить, старого рашмера не проведешь. Я прекрасно знаю, что такое стрельба по-гарвиански, используя эту технику приходится напрягать спину, а не руки. Если тебе доведется карабкаться по отвесной скале, ты быстро поймешь, что сильные руки в нашем деле – нелишнее.
– Сэр Транниллерс, мой рост невысок, телосложение худощавое. Я легкая. Готова на что угодно поспорить, что заберусь куда выше Бвонга, а уж у него руки куда сильнее моих.
– Чуть что, так сразу Бвонг! Я у вас что, самый крайний?!
– Тише, тебе еще дадут высказаться. Миллиндра, в твоих словах есть правда. Но ты все же работай над собой. Очень рекомендую отжимание от палубы. Если этим заниматься широким хватом, упражнение к тому же пойдет на пользу для твоей груди. Уж поверь много повидавшему рыцарю церкви, на нее почти все мужчины таращатся в первую очередь, а ты пока что почти ничем не можешь порадовать их взгляды.
Сэр Транниллерс на последних словах озорно подмигнул, а Бвонг скабрезно заржал.
– Бвонг, мальчик, можно поинтересоваться, что именно тебя так сильно обрадовало?!
– Да я подумал, что Веснушке надо до седых волос отжиматься от этой палубы, чтобы вышел хоть какой-нибудь толк. На доску, которую я сейчас отесываю, смотреть куда приятнее.
– Дело вкуса, Бвонг, но должен отметить, что большинство мужчин все же предпочитают девушек, а не сосновые доски.
Слегка отмщенная Миллиндра показала язык из-за спины сэра Транниллерса, чем подпортила настроение развеселившемуся громиле. А рыцарь продолжил:
– Впрочем, кому какое дело до твоих пристрастий. Лично мне куда интереснее знания, так что, раз начали разговор, давай продолжим, тем более что ты прямо-таки рвешься поболтать. Итак, бивень плайцефата. Отвечать кратко и по существу.
Бвонг на вид самый старший из выживших. Трой иногда готов был дать ему все двадцать пять, но понимал, что это вряд ли, таким слишком рискованно вливать пепельный яд. Высокий, плечистый, массивный, с одутловатым лицом, по прыщавости почти не уступающим физиономии мелкого проныры Храннека. Такое часто бывает у зеленых подростков, но позже они это перерастают, за немногими исключениями. Всем недовольный обжора, вечно готовый устроить перепалку или даже драку по любому поводу и без него. Ни малейших попыток обзавестись близким другом или подружкой, вечно заперт в своей бронированной раковине, к которой никого не подпускает.
По всеобщему мнению – неприятный тип. И в чем-то Трой был с этим согласен. Но он хорошо помнил, что случилось в первый день, когда из трюма вырвалась троица свежих рабов пепла. Пока он отмахивался от парочки, которая грызла парней, Бвонг с голыми руками напал на покалеченного третьего. Пострадал от его зубов, тот успел цапнуть за мякоть ладони, но сумел ненадолго задержать, не позволил добраться до девочек. А ведь тварь мчалась именно к ним, выбрав самые легкие цели и полностью игнорируя прочие.
Бвонг неприятен, от него бывают проблемы, но Трой не будет против, если в бою тот прикроет его спину. Задиристость толстяка распространяется не только на слабых, при острой необходимости он влезет в самую самоубийственную схватку. Не из тех людей, которые предпочитают отсиживаться в сторонке, хоть при разговорах может проявлять такую осторожность, что это впору называть трусостью. Надо лишь постоянно держать его в ежовых рукавицах, не позволять делать все, что заблагорассудится. Он умеет подчиняться тем, кого уважает, но дай слабину, и может случиться что-то нехорошее. Как в первый день, когда из-за его выходки и поголовного ротозейства остальных из трюма вырвались рабы пепла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
