– Рабы пепла никогда не используют инструменты.
– Эти используют.
– Нет, мальчик, все куда проще. Они не нуждаются в инструментах, у пепельников есть зубы, которыми они в считаные мгновения могут обглодать твою ногу до костей, и есть ногти, способные будто простую бумагу рассекать легкий доспех.
– У них обычные ногти, я видел.
– И когда ты это видел?
– В самый первый день, когда сразу три пепельника вырвались из трюма и убили двоих наших.
– Вы в тот раз легко отделались, и знаешь почему?
– Почему?
– Потому что вы новорожденные рашмеры, а они зародыши рабов пепла. Вы можете применять инструменты и оружие, а им это уже не дано. И к тому же они свежие, изменения еще не зашли слишком далеко. У них на тот момент лишь чуть усилился челюстной аппарат, но зубам еще предстоит стать по-настоящему опасными, а ногти остались прежними, такими непросто нанести опасную рану. Но со временем изменения нарастают, и там, за этой переборкой, стоял пепельник, чьи ногти достигли той остроты и крепости, которая позволяет справляться с прочным деревом. Не сразу, потребуется время, но если ему не мешать, он проделает ход. Здесь самое удобное место, не надо висеть на потолке, пытаясь разделаться с досками палубы. Тут все можно делать стоя или сидя, и доски не такие толстые, как обшивка бортов. По-твоему, сколько их здесь было?
– Вроде бы один.
– Если так – хорошо. Одиночке придется немало попотеть. Но когда до этой стадии изменения дойдут другие, они возьмутся за работу всей гурьбой. Уж поверьте, надолго дощатая стена их не задержит, эти ребятки упрямые.
– Можно снять доски и брусья, которые остались от настила, и заколачивать места, где они попытаются пролезть. Но на это потребуется много гвоздей. Хотя я знаю, где их взять: можно разобрать корму, там, где каюты. Они подняты над корпусом, не врезаны в трюмную палубу, в том месте пепельники вряд ли пролезут.
– Если они дойдут до опасных изменений, никакими досками мы их не удержим. Корабль слишком большой, везде не уследим.
– А сколько их там?
– Не знаю. Обычно в таких плаваниях перерождается около трех процентов.
– Три процента?!
– Да. Тебя смущает такая цифра?
– То есть из шести сотен восемнадцать должны превратиться в чудовищ? Еще как смущает. Меня куда больше устроит ноль или что-то очень к нему близкое.
– Мне тоже это не нравится, но должен отметить, что церковь работает над проблемой. Ее ученые научились выделять в толпе тех, кто менее других склонен к перерождению. С такими начинают проводить беседы, выявляя полезных кандидатов, а неисправимых социопатов и всех прочих отбраковывают без разговоров.
– И все равно остаются три процента.
– Раньше эта цифра была куда больше даже с учетом отбора, но алхимики не бьют баклуши, постоянно работают над совершенствованием эликсиров. Однако не уверен, что в нашем случае можно рассчитывать на те же цифры, что и всегда. Вы слишком долго пребывали в заморозке и выходили из нее без специальной помощи, этот процент мог вырасти в полтора раза, а то и в два.
– То есть в трюме могло появиться тридцать шесть рабов пепла?
– Ты и правда хорошо считаешь. Тогда считай дальше: троих вы убили в первый день, тогда же я прикончил семерых.
– Неплохо, – одобрительно произнес Бвонг.
– Они были слишком слабы, новорожденные. Еще одного я крепко покалечил. Не знаю, выжил он или нет, но боец из него никудышный, после такого даже пепельники восстанавливаются нескоро.
– Значит, их может быть двадцать шесть или двадцать пять.
– Это всего лишь мое предположение. Но скажу тебе, что даже если десяток подросших пепельников окажется на палубе, мы вряд ли их осилим. Пожалуй, я крупно сглупил…
– В чем?
– Надо было подумать об этом раньше. Ведь не заметь ты этот шум, мы бы ничего не знали, и эти твари могли вырваться неожиданно.
– Нет, это моя вина, я думал, что трюм надежно запечатан.
– Ты всего лишь рашмер по названию, свежеиспеченный, а я опытный рыцарь церкви, так что не надо возводить на себя напраслину. Пойдем, прямо сейчас надо собрать остальных, бросить всякую работу. Придется подготовиться к нападению пепельников, ведь, если не отобьемся, смерть на рифах Чечевицы нам не грозит.
Глава 13
Посвящение
Выжившие собрались на корме, выстроившись в неровную прерывистую линию. Все, кроме увлеченного жеванием акульего мяса Бвонга, уставились на задумчиво стоявшего сэра Транниллерса и ждали, что же он скажет. Даже Трой понятия не имел, что именно взбрело в голову рыцарю церкви.
Сэр Транниллерс облокотился спиной о дверь, которая вела в каюты. Похоже, стоять ему очень нелегко, умаялся за день, раны дают о себе знать. Но держится, и это заставляет уважать его еще больше.
Хотя и без таких моментов его уважают все без исключения. И дело здесь вовсе не в том, что в первый день узники трюма спаслись именно благодаря ему. Да, это тоже сыграло свою роль, но главное вовсе не в смелом поступке. Просто у человека могучая аура, к такому невольно относишься с почтением.
– Я называю вас рашмерами, но это не совсем правильно. Полное право так называться вы можете заслужить лишь после посвящения. Это не слишком зрелищный, но по-своему торжественный ритуал, он должен проводиться в определенный срок лишь после прохождения предварительного обучения. Я не уполномочен его проводить, но в любом правиле, в любых традициях возможны исключения. Если людям угрожает опасность со стороны сил тьмы, если без спешки никак, если враг на расстоянии вытянутой руки, это многое меняет. Там, под нами, два с половиной десятка рабов пепла. Может, чуть меньше, но это не имеет значения, ведь хватит даже половины, чтобы прикончить здесь всех до единого. Это уже не те никуда не годные беспомощные уродцы, которые выскочили из трюма в первый день. Прошло время, они подросли, питаясь телами умерших, стали куда опаснее, а вы пока что все те же, прежние. И эти твари вот-вот могут оказаться на верхней палубе.
– Да они даже в двери перестали ломиться, – не удержался Бвонг. – Притихли, смирно сидят, поняли, что им не выбраться.
– Не надо принижать интеллектуальные способности противника, это может сыграть с вами дурную шутку. Да, пепельники далеко не гении, но у них хватило ума, чтобы понять – через двери им не прорваться. В данный момент они нашли как минимум один альтернативный путь – пытаются разломать переборку кубрика. То есть полностью или частично представляют устройство корабля и планируют свои действия, исходя из этого.
– Тогда чего мы тут стоим?! – вскинулся Бвонг. – Надо быстро заколотить там стены толстыми досками!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
