вздохнул. Похоже пора заводить книжечку, в которой записывать все причины по которым меня могут запереть в тёмном подвале и никогда не выпускать, пытая на предмет страшных тайн. Небольшую, обтянутую чёрной кожей, и с тиснением в виде скелета за решёткой. Ну знаете, такое скорбное лицо, и руки обхватили прутья решётки. Как у скелета может быть скорбное лицо я не знаю, но обязательно придумаю, как увеличивать резерв без зелий и аномалий я же придумал. Как обычно бывало, я понимал. что кроме меня об этой страшной тайне никто не знает, а значит и бояться смысла нет. Раз уж меня никто не трогал, я решил потренироваться. Впитывать «тяжёлые» частицы магии было сложно, но не сильно сложнее чем когда-то управлять огоньками. Помнится в начале мне и один двигать было сложно. Сейчас, после нескольких лет практики, я мог ими создавать простенькие «голограммы». Так что, лиха беда начала.
Через примерно полчаса дверь тихонько отворилась, и я увидел в дверях высокий тёмный силуэт. Ну да, в режиме магического зрения было легче пополнять резерв, даже учитывая что на само такое зрение мана тратилась.
— Ты проснулся? — обрадовался Китаф, и вышел.
Через минуту в комнату торопливо зашёл Огль, зажёг огонёк, и обеспокоенно оглядел меня. Следом за ним неторопливо прошла Лень, вопросительно ткнулась носом в брата, и получив невнятный рык, легла рядом.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Огль, почему-то на русском, сев на рядом стоящий стул.
— Как обычно после магического истощения, — я решил что тоже стоит перейти на русский, раз Огль так захотел, — жрать хочу только сильно.
Огль скривился, он не любил когда я выражался так грубо, но я хотел именно что жрать, а не есть или тем более кушать.
— Не удивительно, ты провалялся в коме больше двух суток. Впрочем, это даже хорошо.
— Почему? — не понял я.
— Вытащить незаметно бессознательного человека из школы моего друга, мастера Укапа, почти невозможно. А вот вывести ослабленного, просто очень сложно. Китаф, вот тебе кошель, беги в порт, и договаривайся на любые деньги с тем, кто готов перевезти нас на тот берег как можно раньше, — кинул он длинному звякнувший мешочек.
— С чего такая срочность? — не понял я.
— Помнишь я тебя просил не показывать что ты сильный маг?
Я тяжело выдохнул, и упал на постель. Тёмные культы. Этого ещё не хватало.
— Да-да, — прокомментировал Огль мою реакцию, — В общем еды я сейчас попрошу, отъедайся, и будь готов.
Он вышел, послав сигнал Лени, видимо попросил остаться тут, чтобы следить за мной. Кажется количество причин держать меня в подвале прибавилось ещё на одну, раньше я всплески магии так чётко не ощущал. Через минут десять ко мне в комнату зашёл, судя по одежде, слуга. Принёс лепёшки с рыбой и какими-то овощами. Негусто, но на безрыбье и бычий хвост верёвка. И вообще, дарёному коню — дарёная вставная челюсть. Ей и поработаем. Своею конечно, а не вставной, и не дарёной. Хотя-а-а. Тело-то не совсем моё, так что и челюсть у меня в какой-то мере дарёная. Пустой поднос я оставил на столе у двери, и почувствовал другие потребности организма. Под кроватью нашлось ведро с крышкой характерной формы и даже на отдельной палочке чистые тряпочки. С другой стороны была палочка для грязных. Амбре конечно будет, но это был вариант ночного горшка, и предполагается что утром его уберут. Из кувшина с водой, контролируя её магией, я помыл руки, отправив грязную воду туда же в ведро. Чуть не расплескал содержимое. Странно, вроде струю толкнул слабо, а ударилась она сильно. Я открыл второе окно, и приёмом отработанным ещё в подвале бандитов, где мы познакомились с Тартой, я попробовал направить струйку воздуха в окно, но промазал. Далеко не с первой попытки мне это удалось, и запах стал выветриваться, а я продолжил поглощать «тяжёлую» магию по крупицам наращивая резерв, и параллельно пополняя его запас «лёгкой». Кстати «лёгкая» поддавалась манипуляциям чуть проще чем обычно. Хотя, возможно это было самовнушением. Ну или на контрасте с «тяжелой». А вода и воздух при этом наоборот, вели себя не как обычно, и это мне точно не казалось, я проветривал помещения в которых спал часто, и даже во сне. Да и руки так мою не в первый раз. Не знаю как объяснить, ощущения напоминали курсор слишком чувствительной мышки.
Внезапно меня разбудил звук открывающейся двери. Оказывается я уснул. В воздухе пованивало, значит поток воздуха во сне я не удержал, странно.
— Сеньор изволил уснуть? — усмехнулся Огль, — вставай, кони осёдланы.
Такое ощущение что ему нравилось то, что на нас охотятся. Точнее на меня. Я вообще давно заметил что он адреналиновый наркоман. Когда возникала возможность откинуть копыта, он становился каким-то более живым. Огль молча дождался когда я оденусь, и мы пошли по тихому коридору. Он вывел нас в небольшой зал, где сидел колоритный старик. Пшеничные волосы были распущены, борода того же цвета закрывала большую часть лица, а зелёный балахон с трудом скрывал могучие плечи.
— Хо-хо-хо, какой бодрый у тебя ученик, мастер Огль, — улыбнулся старик, и отпил что-то очень горячее из глиняного стакана. Похоже очередной аналог чая.
— Мастер Укап? — поклонился я, припомнив слова Огля.
— Ещё и учтивый. Жаль что мне не придётся лично наблюдать его бой с моим Ичеком. Ноксагская школа довольно интересна, раз даже мадам Ругис признала её превосходство.
— Но бой с ней я проиграл.
— Хо-хо-хо. Мастер Огль, вы проиграли бой мадам Ругис, но не проиграли её школе. Она сама пишет что если бы вы были на её уровне мастерства, у неё не
