этот момент не своим телом, а своим мыслительным процессом. Зато сильно повышает самоконтроль, и… это помогало не изменять «давление» на магию. Я в такие моменты был настолько поглощён вот этим управлением своими мыслями и эмоциями, что на то, чтобы «менять настройки» управления магией, не хватало внимания. Это как панда По, когда он сосредотачивался на кунг-фу, получалась фигня, а вот когда думал о еде — всё получалось само собой. А потом появлялась привычка нормально управлять магией, в одном отработанном действии. Выработать такую привычку в каждом действии — и вот ты крутой маг. Фигня, я уже это один раз прошёл. Всего-то за три местных года.
Через пару часов я рискнул, и направил потоки магии в области мозга, которые, по моим наблюдениям, помогали с контролем магии. Всё прошло успешно и стало немного проще. Магия всё же не может напрямую навредить своему носителю. Я например навредил себе тем, что неравномерно усилил мышцы. То есть к одной кости прикреплены две мышцы, и обычно они уравновешивают друг друга. А тут с одной стороны напряжения небыло почти, а с другой очень сильное, вот и получил растяжение. К вечеру я мог сносно управлять магией внутри себя. К ночи мы добрались до трактира, где и заночевали. Столичный тракт из Нодола, а именно так назывался город на этом берегу Анса, был оживлённым, и поэтому достаточно безопасным. Это вам не северо-восток южного континента, где даже в трактире стоило оставлять кого-то сторожить. Меня просто выключило как только я коснулся подушки головой. Снился мне орущий мужик держащийся руками за обрубок ноги, из которой не прекращая хлестала кровь. Он скакал за мной, и орал что не хочет быть Сильвером, даже не смотря на то, что его станет бояться сам Флинт. Проснулся я с криком и в поту. По привычке попробовал притянуть к себе кувшин с водой, но только разбил его об стену, пришлось успокаивать друзей, просить Огля просушить одежду и тюфяк, и хромать вниз, за новым кувшином. Заодно и мочевой пузырь опустошил. Второй сон был более спокойным, и проснулся я хоть и не слишком бодрым, но вполне дееспособным. Нога ещё болела, но сегодня я уже был уверен в своих навыках контроля. Да и резерв пополнился, хотя по ощущениям не до конца. Вчера именно малый остаток маны не позволил мне одновременно помогать регенерировать ноге, и «прокачивать контроль».
Ещё через два дня к обеду, мы проезжали мимо небольшого озера, и я попросил остановиться пораньше, чтобы провести кое-какие тесты. К тому времени я окончательно удостоверился что «чувствительность к контролю» у моей магии повысилась, и даже смог привыкнуть к этому в самых простых вещах. Спутники приступили к готовке, а я почти не хромая добрался до берега. Мана была полна, не считая того, что я тратил постоянно, и так же постоянно восполнял через дыхание. Отдельного резерва у магии не было, она более-менее равномерно заполняла всё тело. Ещё пару лет назад, когда мой контроль достиг определённого уровня, я придумал вот какой способ измерения. Опустить кисть в воду, выпустить всю ману из запястья с целью заморозить воду, нагреть воду вокруг руки, чтобы её вытащить, поднять получившийся кусок льда с лункой от ладони. Первый раз когда у маня так получилось сделать, я смог заморозить шарик сантиметров двадцать в диаметре. Когда делал это последний раз, в Толпо — замораживал половину бочки литров под двести. Сто литров воды, это меньше чем вы думаете. Метр на метр на десять сантиметров — вот вам и сто литров. Кубометр, это тысяча литров. Двести литров, это чуть больше полуметра диаметр, и чуть меньше метра в высоту. Кстати да, в первый раз я руку до волдырей переморозил. Я говорил вам что магия прекрасно помогает регенерации? Тарта тоже так делала по моей просьбе, промораживала литров шестьдесят-семьдесят. Зависело от температуры воды, её солёности и ещё какого-то фактора, который я не мог вычислить. Огль с Ротодом для этого приёма нужного уровня контроля не достигли, чему Огль сильно огорчался. Я на основе этого вёл статистику магического резерва, сравнивая с тем, что вижу в магическом зрении.
Привычным усилием я опустошил весь резерв из ладони, и тут же нагрел вокруг неё лёд, не давая обжечь холодом руку. Подняв четвертьсферу с радиусом в полметра в воздух, я плюхнулся задницей на траву. Почти половина кубометра льда, это примерно в пять раз больше чем раньше. Чёрному блокнотику быть. Так его и назову: «Тысяча и одна причина держать меня в подвале». И скелетик с грустной мордой за решёткой.
Интерлюдия 2
Тарта сияла как начищенный самовар. Она не знала что такое самовар, но когда она была так рада, Тёмка так её дразнил. Она вздохнула. Без брата было скучно, он всегда мог рассказать что-то новое. Впрочем, она молодец. Когда-то брат рассказал ей про какого-то Цукубурга, который придумал какую-то сеть для общения. Главное было не в этом. Он перед этим придумал как можно найти самую красивую девушку в городе. Нужно просто суметь спросить всех какая из двух более красива много-много раз. Та на которую будут указывать чаще всего, и есть самая красивая. А брат постоянно жаловался что не может понять какое задание для ходунов будет тяжёлым, какое простым, и какую награду назначать. Поэтому она придумала — спросить у самих ходунов как можно больше. И для этого подошла та удивительная деревяная ткань, которую придумали в мире брата. Она сначала попросила Кира опросить всех своих знакомых, и записала вообще все возможные задания, которые их просили делать. И кстати, поймать здорового потрошителя действительно могли попросить. Обрубка так и вовсе когда-то просили сопроводить одного чудака из султаната, на неделю пути в аномалию. Он в том путешествии не получил ни царапины, зато потерял половину собранной команды. После этого как раз и женился, денег хватило на покупку небольшого домика в черте города. Тарта отвлеклась от перебора карточек которые она наделала, и раздавала посетителям с просьбой указать какое задание сложнее, и за какую сумму они готовы за него взяться. Интересно, а какой у неё будет дом? Тёма говорил что у них есть
