Рано утром, ещё когда до рассвета было далеко, пришла Эка и заранее принесла девочкам завтрак. Хотя, конечно, ни у одной из них кусок в горло не лез. Экономка всплакнула с ними, но успокоила тем, что пороть чёрную ведьму будет сам достопочтенный феран.
Чем это было лучше Милена никак не могла понять — по ней это было ещё ужаснее.
— Она точно выживет, — кивнула им женщина. — Крепитесь. Завтра великий и двор уедут. Потерпим ещё чуть-чуть.
После этого убежала, а Милена заметила, что Эка оставила в суете свой плащ. И уж сама не поняла откуда нашла в себе сил, но белая решилась на отчаянный и, как понимала, весьма безумный шаг.
Серые стали одеваться, потому что им нужно было присутствовать на наказании, в отличии от Милены, которую распорядились оставить в доме одну, дабы видимо не сломать видом экзекуции.
Внутри девушки билось желание действий, она так хотела спасти Хэлу. Ей правда верилось, что можно помочь, сказав, что женщина беременна — разве можно её пороть? И разве у ферана поднимется рука на неё в таком состоянии?
Выскользнув из дома, пока никто не видел, Мила осторожно пошла в сторону площади перед кортами и в сторону к воротам замка. Тяжело вздохнув, она постояла у загона с тоорами, пытаясь прикинуть пустят ли её стражники, которые были сейчас на воротах, хотя обычно там никто не стоял. Или остановят? И решила, что разберётся по ходу дела, в конце концов прикинется дурочкой.
Но не успела сделать и двух шагов, как её выхватили с улицы и затянули внутрь ограждения с харагами, прижали к стене. Она задрала голову и наткнулась на нахмуренное озадаченное лицо с яркими бирюзовыми глазами, которые сейчас смотрели с нескрываемым раздражением.
— Ты что творишь? — прошипел парень прикрывая её собой.
— Брок, — выдохнула Милена и покосилась на заинтересованный взгляд одного из хищников Хэлы. — Я… мне надо…
— Ты ошалела? — зло рыкнул парень. — Одной ведьмы у столба мало? Нужна вторая?
— Прости, — пискнула она, но Брок быстро зажал ей рот.
— Тшш! Знаешь как с башен сейчас всё слышно?
Милена кивнула в знак того, что понимает.
— Мне очень надо в дом, понимаешь? — сказала она едва слышным шёпотом, когда он убрал руку.
— Забудь, — отрезал юноша так же тихо. — Завтра, если наши молитвы услышат, туда попадёшь.
— Брок, пожалуйста, отпусти, — взмолилась девушка. — Я тебя очень прошу. Это важно. Это для Хэлы. Я не знаю, но мне туда надо.
— Зачем? — недоумевал сын ферана.
— Я хочу поговорить с Роаром, — но на самом деле внутри было это понимание, что ничего не изменить, что всё это бестолку, но Милену отчаянно тянуло внутрь, словно невидимой силой, которой она не могла сопротивляться.
Брок с сомнением всмотрелся в её лицо.
— Пожалуйста, Брок, — прошептала Милена, вцепившись в его куртку. — Это очень важно!
Он фыркнул.
— И что ты думала зайти через главный вход?
— Я не знаю, — обречённо ответила белая ведьма.
— Милена, — он наверное взвыл бы, такое было у него выражение лица, но было нельзя и он сдержался.
Девушка замерла. Прижатая его телом к стенке, чувствовала себя странно, но сама не желая того потянула в себя эту его внутреннюю силу, уверенность, осознанность. Стало легче.
— Ладно, — сдался он, спустя кажется несколько бесконечных минут.
— Правда? — она слишком громко возрадовалась, потому что встретилась с угрозой его всё-такие потрясающего цвета глаз.
— Так, — Брок посмотрел на сторожевые башни. — На двух сейчас люди эла, на одной наши, и они все нас плохо, но видят. Хорошо, что со стороны это выглядит очень однозначно.
— А? — нахмурилась Милена, когда он приподнял бровь, сказав это и посмотрев на неё.
Потом девушка представила, как они выглядят со стороны. Он прижимает её к стене, поддерживая рукой за талию…
— О, — вырвалось у неё.
Брок ухмыльнулся.
— Я в восторге. Это всё? Вот такие звуки можно и громче, — нагнувшись, прошептал юноша в ухо ведьме.
И Милена покраснела, как это обычно с ней бывало, и хорошо, что сумерки, да и капюшон плаща можно натянуть хоть на подбородок, а то, божечки…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Пошли, — сказал ей Брок. — Они подумают, что я домашнюю зажал. Только старайся идти так, чтобы из-под плаща не было видно твоего платья серого. Потому что на башнях они видят не так много, как те, что стоят на дверях.
— Ага, — согласно кивнула ведьма, пытаясь понять, что вообще он сейчас сказал. Так… он её зажал?
Брок фыркнул, конечно же видя её замешательство.
— Иди сюда, — и Милена была подхвачена за талию и прижата к юноше вплотную. Они стояли прямо посреди площади.
Он нагнулся к ней, и, скорее всего, видевшие их в предрассветной серости, подумали, что это просто парень и девушка обнимаются и целуются. Но на деле Брок осмотрелся.
— Через главный вход идти опасно, поэтому пойдём по стенке и через боковой, через задние башни, — пояснил юноша.
Милена снова кивнула, хотя понятия не имела о каких боковых и задних башнях он говорит.
Брок взял её за талию и потянул за собой, обратно в сторону дома, где были серые. Они двигались вдоль замковой стены, в сторону дальних башен замка, что были, как понимала Милена, там, в стороне, где была вся эта красивая гостевая часть дома.
— А там есть проход? — девушка видела лишь стену.
— Есть, — кивнул юноша, потом внезапно приподнял её, развернул и она снова оказалась прижатой его телом на этот раз стене замка.
Рука Брока поддела её под задницу и Милена даже не успела понять, как оказалась сидящей на его руке. Ноги пришлось расставить и от этого стало совсем не по себе.
— Кажется ты стала ещё легче, — хмыкнул сын ферана замечание, посмотрев на неё сверху вниз, что бы это ни значило. Ему вообще судя по всему было наплевать на происходящее. — Короче, делаем так. Ты домашняя, я тебя обжимал там в кормовой, ты не попала в дом вовремя, теперь надо попасть незаметно, ясно?
— Ага, — ответила белая ведьма, а на деле чувствовала себя полной идиоткой.
— Милена? Эй, ты где вообще? — этот его наклон головы удивлённого хищника.
— Я тут, — выдохнула девушка.
— Уверена?
— Да. Как мне себя вести?
— Молчать и не поднимать головы, стараться, чтобы не видели платья, — ответил Брок. — Капюшон посильнее натянуть. Я зайду с тобой, но тебе надо будет подняться по той лестнице в коридоре наверх сразу.
— Стой, а где мы зайдём? — спросила она.
— Мы зайдём со стороны комнат командиров, митара, бронара. Ты же была там, — парень был в недоумении. А Мила кажется начала страдать топографическим кретинизмом.
— А, — понимающе отозвалась она. — Правда? А мне не надо в большую залу и там подняться? Не безопаснее? Если я поднимусь с этой лестницы, то там же весь этот двор и…
— Хочешь спрятать — прячь на видном месте, — прервал её невнятные доводы Брок. — На девицу в плаще домашних вообще никто не обратит внимания. Поверь мне. Не говори ни с кем. Роар скорее всего будет в галерее.
Милена понимающе кивнула.
“Как китайский болванчик, господи!” — всплыла у неё беспомощная и беспощадная одновременно мысль.
— Если не получится с ним поговорить, или он не сможет тебя вывести, то возвращайся обратно тем же путём, — проговорил сын ферана. — Только перед этим зайди в первую попавшуюся комнату, они все будут пустые, возьми под кроватью ночной горшок и на выход. Ясно?
— Ночной горшок? — она не удержалась и хихикнула.
— Никто не будет лезть к девице с ночным горшком в руках, — пояснил Брок, улыбаясь. — Выходи сюда и, если меня не найдёшь, дуй в дом, где серые. Хорошо?
— Да.
— Только меня не ищи специально.
— Я поняла, — ответила Милена. — Я никогда не додумалась бы про горшок.
— Я этому научен, глупая, — пожал плечами Брок. — Как выбраться из тысячи и ещё сотни передряг.
Девушка хихикнула.
— Так. Всё. Давай пошли. Лицо в землю, — приказал парень, отпуская её. — И выгляди счастливой, что ли — погладь моё самолюбие, а?
