— Мы должны. — Я положила свою голову на руку. — Мы не можем трахаться как кролики в замке графа или где бы там ни было. — Я выбросила руку в воздух. — Это грубо!
Лукас рассмеялся.
— Иди сюда. Я обещаю, — сказал он, когда я прижалась к нему, — что дом очень большой, и к нему прилегает огромный парк. Мы найдем способ побыть одни. Поэтому не нужно будет делать паузу.
Я поцеловала его, прежде чем перекатилась, прижав спину к его груди, и он обвил руку вокруг моей талии. Это ощущалось нелепо комфортно и почти чуждо мне. Такер не был любителем объятий. И не относился к повторит-сразу-после-первого-раза типу парней. И из-за его отвращения к телесным выделениям после секса, мы почти никогда не делали это без презерватива.
И даже тогда, это не ощущалось так, как с Лукасом в душе.
Никогда.
Я хотела сделать это снова. Я закусила нижнюю губу.
Ну, ты не сможешь сделать это снова. Это заставляет думать тебя о сумасшедших вещах.
Но это безумно? Может, обычные люди делают это все время, и я просто не знала это. Я имею в виду, я слышала о сексуальных каникулах с почти незнакомцами, о курортных романах, когда люди никогда не слышали ничего друг о друге снова, только жаркая случайная связь на одну ночь любви... Я никогда не позволяла себе такого. Мне было интересно, было ли подобное у Лукаса.
Я зажала обе губы между зубами, чтобы помешать себе задать вопрос. Я на самом деле хотела знать? Я разрывалась — что если я не была особенной?
Не спрашивай, не спрашивай, не спрашивай.
Но я спросила. Конечно же, я это сделала.
— Лукас?
— Хмм? — его голос уже был сонный.
— У тебя когда-нибудь было такое прежде?
— Что такое было прежде?
— Ну... — я замешкалась, — безостановочный секс весь день напролет.
Он рассмеялся.
— Нет. Я имею в виду, не могу сказать, что никогда не уходил с кем-то домой, но безостановочный секс — это в новинку для меня.
— И для меня. — Облегчение нахлынуло на меня как дождь, ведь я не была одной из вереницы девушек, кричащей его имя в его квартире. Неоднократно.
Затем я затихла на минуту, на самом деле пытаясь посчитать количество оргазмов, которые я получила с Лукасом. Святое дерьмо, это количество превышало десять? Вероятно, это было больше, чем у меня было с Такером за год.
И мы никогда не разделяли оргазм вместе. Внезапно я захотела, чтобы Лукас узнал об этом. Чтобы почувствовал себя особенным.
— Лукас?
— Да?
Улыбка коснулась моих губ.
— Я думала, что одновременный оргазм — просто миф.
— Тогда мы квиты.
Я моргнула.
— Как так?
— Я думал, что великолепная девушка, делающая мне этот крышесносный минет на кухне была плодом моего воображения. Затем она снова сделала это в душе, поэтому я начал думать, что она может быть настоящей.
Я улыбнулась, позволив моим уставшим глазам закрыться.
— Она настоящая.
Но была ли она? Лежа в его объятиях, я задавалась вопросом, было ли это правдой. Была ли эта девушка реальной мной? Или я вела себя как какая-то воображаемая версия самой себя, предаваясь похоти, действуя импульсивно? Было ли это реакцией на то, что десять дней назад оказалось, что моя жизнь не была такой, какой я ее считала? На то, что я не могла быть той, кем думала, я являюсь? Может, я использовала эту сказку, чтобы избежать столкновения лицом к лицу с правдой: я должна начать с нуля.
Или было что-то большее? Может, эта девушка была внутри меня все время и была подавлена идеей того, кем я предположительно должна быть? Подавлена страхом признать, что я могу совершить ошибку? Узнать, что я не идеальна? Испытала ли я облегчение, что Такер отменил свадьбу? Безусловно, ведь эта девушка, здесь в Париже, чувствовала больше, чем я чувствовала на протяжении долгого времени.
Но это все еще не было реальной жизнью.
Нахмурившись, я сильнее прижалась к телу Лукаса. Мне было плевать, если это не было реальной жизнью.
Все было слишком хорошо, чтобы беспокоиться.
Глава 15
После завтрака, состоящего из кофе, фруктов и блинчиков, которые приготовил Лукас, я вернулась в отель, чтобы упаковать сумку для поездки в Воклюз. Я убедила Лукаса, что в состоянии сама добраться назад на метро, и даже несмотря на то, что несколько минут я изучала карту, я чувствовала себя вполне довольной, когда вышла на улицу со станции Ф. Рузвельта.
Я даже не чувствовала смущения, что вошла в отель во вчерашней одежде. Мои каблуки едва касались пола, когда я плыла по вестибюлю, напевая. Прошло двенадцать часов, с тех пор как я была здесь, но по ощущениям прошло гораздо дольше. Мой номер был такой же просторный и красивый, но я не чувствовала себя здесь так же комфортно и зачарованно, как в квартире Лукаса.
Оповещения о сообщениях мигали на моем телефоне, и я поморщилась, вообразив, что все пять были от моей матери, разглагольствующей о том, что я не перезвонила ей днем, как обещала.
Конечно, первые три сообщения были от нее, в которых она перечисляла все те ужасные вещи, которые могут случиться с молодой женщиной, путешествующей одной. Она требовала, чтобы я перезвонила ей, и она знала, что я разговаривала с Коко, потому что она звонила и ей. «Если у тебя нашлось время для нее, ты можешь выделить пять минут, чтобы позвонить мне», — сказала она сердито. — «Я твоя мать. Я беспокоюсь о тебе».
— Ладно-ладно, — проворчала я, снимая туфли. — Я перезвоню тебе.
Следующее сообщение было от Эрин, которая уже поговорила с Коко, но просто хотела услышать детали от меня.
— Я не могу переварить это — это так круто! — сообщила она. — Я хочу все подробности, поэтому позвони мне как сможешь. Люблю тебя!
И последнее сообщение было... от Такера.
— Привет, Миа.
Далее последовала длинная пауза, за время которой мое сердце ухнуло в желудок.
— Я просто хотел позвонить тебе и... убедиться, что ты в порядке. Убедиться, что в отеле у тебя есть все, что тебе нужно. — Длинный вздох. — Я чувствую себя... паршиво по поводу того, что все так закончилось. Я имею в виду, Господи, я даже не знаю закончилось ли. Во всяком случае, полностью.
Еще одна долгая пауза. Моя рука взлетела ко рту. Он, черт побери, серьезно?
Он снова вздохнул.
— Я все время думаю о тебе. И я надеялся услышать твой голос. Я не знаю, где ты можешь быть в шесть утра... может, ты спишь. Или, может, встала пораньше и пошла прогуляться. Мне интересно, понравилось ли тебе увидеть Эйфелеву башню, о которой ты мечтала так долго. Я бы хотел иметь возможность увидеть, как осветилось твое лицо. Я помню, как мы говорили о шопинге в «Фобур», о том, чтобы выпить в «Ритц»... Мне интересно, сделала ли ты это уже одна. Не ненавидь меня, но... но я бы хотел быть там.
