— Жан Поль, это моя подруга Миа из Америки, я говорил тебе о ней по телефону.
Жан Поль взял мою руку.
— Bonjour, Миа. Bienvenue (прим. пер. фр. — Здравствуй, Миа. Добро пожаловать). Он поцеловал обе мои щеки и улыбнулся, обнажив идеально белые зубы. Он, правда, был очень привлекательным для своих лет, я полагала, ему было около шестидесяти.
Я улыбнулась в ответ.
— Спасибо.
— Все уже здесь? — спросил Лукас.
— Да, твоя семья приехала вчера. Мы не были уверены, во сколько пребывает твой поезд, поэтому обедали все в разное время, но сегодня в девять мы будем ужинать все вместе. — Жан Поль очень хорошо говорил по-английски, почти без акцента.
— Генри готовит? — спросил Лукас, перекинув свою сумку через плечо и поднимая мой чемодан.
— Прикуси язык. Как будто я позволю ему, на моей кухне.
— Готовит всегда Жан Поль, — объяснил мне Лукас. — Он изумителен, в течение многих лет работал в изысканных ресторанах Парижа.
— И также некоторое время в Нью-Йорке. — Жан Поль посмотрел на меня. — Ты ведь из Нью-Йорка, Миа? Лукас не рассказывал, где вы познакомились.
— Нет, на самом деле из Детройта. Мы... мы познакомились в Париже. — Я следовала за ними по ступенькам к дому и через окрашенными синим двери, понимая, что это может быть странно, что я познакомились с Лукасом на этой неделе и счастливая колесила с ним по Франции. Иногда без трусиков.
— Ну, рад, что ты смогла посетить нас. — Жан Поль закрыл дверь за нами, пока я с открытым ртом пялилась на великолепный интерьер. В огромной комнате был большой каменный камин, и каменные полы делали комнату холодной и просторной, но роскошные холсты на стенах и гобелены дарили пространству тепло и свет.
— Лукас, твой брат и Лизетта используют гостевой домик для всех своих друзей, поэтому вам с Миа я отдам комнату здесь наверху. Хорошо?
— Конечно, какая комната?
— В конце коридора в западном крыле.
— Идеально, Жан Поль. Спасибо. Я покажу Миа дом и затем собираюсь провести ей небольшой тур по окрестностям. Ты хочешь присоединиться к нам?
Пожилой мужчина поднял руки и покачал головой.
— Нет-нет. Прекрасный день, но у меня есть кое-что, что нужно приготовить к завтрашней вечеринке. — Он закатил глаза. — Свадьбы на дому сводят меня с ума.
— Кстати о том, что сводит тебя с ума, где моя мама?
Жан Поль ухмыльнулся.
— Наверное она у бассейна. Все где-то снаружи. — Он отогнал нас к широкой каменной лестнице. — Идите. Распакуйте вещи, чтобы вы могли насладиться днем.
#
Вид из нашей комнаты был букетом цвета, живости и света. Переплетенные оливковые деревья. Ярко-фиолетовые и изумрудные поля лаванды. Бирюзовый отблеск большого прямоугольного бассейна, окруженного многоуровневой каменной террасой. Пышные сады, наполненные розовыми и желтыми цветами, которые окружали старый фонтан. Справа теннисный корт, с двумя мужчинами, играющими на нем, слева, за бассейном, гостевой домик и другие строения — некоторые новые, некоторые старые и обвалившиеся.
От всего этого захватывало дух.
На расстоянии, я видела ряды винограда, которые чередовали землю сияющим зеленым и золотым цветами.
— Боже, я влюблена.
— В вид или в меня?
Обожемой! Какого черта? На самом деле, какого черта?
Сердце стучало отбойным молотком, а я продолжала смотреть в окно, но мне безумно хотелось развернуться и увидеть его лицо — он дразнил меня? Он был серьезен? Как я должна справиться с этим? ЧЕРТ! Я была полностью застигнута врасплох. Мои глаза бегали из стороны в сторону, пока я ломала голову над ответом, чтобы не испугать или не задеть его.
Флирт. Флирт может сработать.
Посмотрев через плечо и подарив ему уклончивый взгляд, я сказала:
— А ты как думаешь?
Уголки его рта слегка приподнялись, когда он поднял свою сумку на кресло и сфокусировался на расстегивании замка.
— Я просто дразнюсь. Я знаю, что ты говорила о виде. — Он взял пару брюк, бледно-голубую рубашку и темно-синий пиджак. Затем прочистил свое горло. — У тебя есть что-то, что нужно повесить?
Боже, как он мог отмахнуться от этого момента, как будто это было ничего. Мой пульс ревел в голове. Я не могла нормально дышать. И что-то в его ответе приводило меня в растерянность: он не встретился со мной взглядом. Он на самом деле просто подразнивал? Или он задавался вопросом о том, что я чувствую?
Черт побери, Лукас. Если ты хочешь знать, что я чувствую, просто спроси меня!
Не то чтобы я была уверена, что чувствую. Мои эмоции были запутаны, и я боялась их обдумывать.
— Миа? — Лукас посмотрел на меня вопросительно, и я вспомнила что он задал мне вопрос об одежде, которую нужно повесить.
— Ох. Да, спасибо, что напомнил мне. — Я упаковала в свой маленький ручной чемодан только несколько нарядов, включая платье без бретелек, которое я надевала в свой первый вечер в Париже и несколько изящных вещиц, из которых можно что-нибудь выбрать для завтрашней вечеринки. Я повесила их в шкаф рядом с брюками Лукаса, рубашкой и пиджаком и испытала странное ощущение в груди, при виде нашей одежды, висящей рядом. Это было так интимно: посетить дом его семьи, присутствовать на семейной вечеринке по случаю помолвки, делить спальню и ванную... Ощущалось так, как будто мы были парой. Настоящей парой.
Я должна была успокоиться.
Настало время столкнуться с этим лицом к лицу — я чувствовала что-то большее, чем физическое влечение к Лукасу.
То, что заставляло бабочек трепетать в моем животе, подкашивало мои колени и заставляло меня улыбаться, просто думая о нем. Он чувствовал что-то подобное ко мне? Или он был в состоянии полностью держать свои эмоции под контролем? Может, для парней это было по-другому, или, может, они использовали умопомрачительный секс, и от этого легче держать свои чувства подальше. Совершила ли я ошибку, так сильно поддавшись влечению? Прикусив губу, я наблюдала, как он вытащил несколько вещей из сумки и бросил их на кровать.
Ох, я упоминала кровать?
Это была огромного размера, покрытая белоснежным постельным бельем, кровать, высокое изголовье которой было сделано в том же стиле, что и те ворота в начале подъездной дорожки. Когда мы впервые вошли в комнату, Лукас подошел ко мне сзади и низко прошептал на ухо:
— Это изголовье подсказало мне несколько идей, включающих тебя и галстук, который я привез. Я думаю, что могу найти применение ему получше.
Он хочет связать меня.
Кости превратились в желе. Зрение стало расплывчатым.
