месяц после «наезда» в «Совраске» (на съемках фильма «Хозяин тайги» в Красноярском крае) рождает на свет две свои протестные «нетлен-ки»: песни «Охота на волков» и «Банька по-белому». Обе являли собой душераздирающие вещи. Так, в первой песне повествовалось о том, как безжалостная власть охотится на волков, загоняя их в пространство между флажками (под волками, естественно, подразумевались либералы-интеллигенты), но один волк, от лица которого и ведется рассказ, все-таки находит в себе силы вырваться за флажки, после чего «остались ни с чем егеря».
По сути, это был такой же манифест «замученного либерала», как и песня «Спасите наши души!». Тот же надрыв, та же чрезмерная драматизация, должная вызвать у слушателя невольное чувство ненависти по адресу охотников, которые так безжалостно уничтожают невинных волков. Хотя любой егерь знает, какое зло приносят людям голодные стаи этих хищников, нападающие на деревни. Но Высоцкий ведет речь не о волкам, а о своем брате-либерале. Хотя и здесь та же ловкая манипуляция: «безжалостные охотники» из ЦК КПСС месяц назад только клацнули зубами со страниц «Советской России» в отношении «волка» - Высоцкого, но «стрелять» насмерть в него не стали. Хотя могли бы. Но он, видимо, посчитал, что в этом есть его собственная заслуга: дескать, вырвался за флажки, оставив «егерей» в дураках.
Кстати, в дураках оставил «егерей» и Юрий Любимов. Тем же летом 1968 года дёржавники предприняли попытку не только снять его с режиссерства в «Таганке», но и выгнать из партии. Но обе попытки провалились. Причем поначалу все шло для державников как нельзя лучше: Любимова исключили из КПСС и должны были лишить «прописки» в «Таганке». Но либералы во власти быстро вернули ситуацию в исходную позицию: режиссеру вернули партбилет и оставили в театре. А все потому, что «таганский кружок» до зарезу был необходим либералам как легальный «кружок» системной оппозиции. Разгони его, и тут же встала бы проблема о создании нового «кружка», куда надо будет заманивать разбежавшихся, как тараканы в разные стороны, оппозиционеров. На такое расточительство советская верхушка, двигавшаяся в русле мелкобуржуазной конвергенции, пойти не могла. В итоге Любимов отделался… выговором по партийной линии.
На основе этих событий Высоцкий родил на свет песню «Еще не вечер». И опять это было произведение с подтекстом: речь в нем шла о морских пиратах, однако люди сведущие прекрасно поняли ее второй, и основной, смысл. Речь в песне шла о корсаре (пиратское судно), под которым ясно угадывалась «Таганка» (она, как и корсар из песни, «рыскала в море» уже четыре года).
Вообще это было удачное сравнение — «Таганки» с пиратским судном. Ее коллектив и в самом деле пиратствовал в советской культуре, разрушая ее символы. Именно разрушал, а не реформировал, поскольку в основе личных чувств к советской власти многих таганковцев (особенно у ведущих актеров) лежала ненависть. Как верно написал сам Высоцкий:
…Удача — миф, но эту веру сами Мы создали, поднявши черный флаг!
Флаг у таганковцев и в самом деле был черный, как контрапункт советскому красному флагу. А прикрывали этих пиратов такие же пираты во власти, которые помогали «Таганке» безбоязненно бороздить просторы советского океана. По словам того же Высоцкого: «Ведь океан-то с нами заодно».
В песне «Банька по-белому» речь шла о любимой «игрушке» либералов: теме сталинских репрессий. Главный герой песни — невинно осужденный то ли коммунист-сталинец, то ли троцкист — с подлинным надрывом живописует свои лагерные мытарства. По сути, это была первая антисталинская песня Высоцкого, который, начав свое поэтическое творчество со стихов во славу отошедшего в мир иной вождя, спустя полтора десятка лет родил на свет произведение диаметрально противоположное — про «наследие мрачных времен».
Тема сталинских репрессий впервые стала средством для массовой манипуляции на Западе, а оттуда уже перекочевала в среду советских либералов, став ее «коньком» в атаках на режим. С этой темой они манипулировали особенно изощренно (впрочем, манипулируют до сих пор). Причем главный упор делался на манипуляцию самим этим понятием, когда стиралась разница между тем, кого по-, ставили к стенке, и тем, кому не дали большой премии. И все для того, чтобы представить СССР жестоким тоталитарным государством, где чуть ли не главным фоном жизни были «репрессии». По мнению все того же С. Кара-Мурзы:
«Непрерывное повторение этого тезиса привело к такому отуплению публики, что под понятие репрессированных стали подверстывать все более широкие категории обиженных. А дальше включается ассоциативное мышление — раз репрессированный, значит, погиб в ГУЛАГе…»
Как уже говорилось выше, обе песни Высоцкий написал вдали от Москвы — на съемках фильма «Хозяин тайги». В нем бард сыграл главного отрицательного героя — бригадира сплавщиков Рябого, человека с уголовными замашками, этакого «таежного диктатора». Отметим, что в основу фильма была положена повесть Бориса Можаева «Власть тайги», которая впервые была опубликована в 1955 году. По словам писателя, в ней «исследовались причины и природа неписаных законов насилия и власти на самом низу, в среде сплавщиков». За экранизацию повести в начале 60-х дважды брались на «Мосфильме» разные режиссеры, но всякий раз против выступало Госкино.
Наконец в третий раз, в 1968-м, либералам удалось запустить фильм в производство. Правда, под другим (смягченным) названием — «Хозяин тайги». Снимать ленту должен был либерал из разряда молодых радикалов — Андрей Смирнов. Сын известного писателя-фронтовика из державного лагеря, он прославился тем, что пошел «супротив» отца (как и Высоцкий) — снял в 67-м антисоветскую короткометражку «Ангел», которая была немедленно положена на полку. Однако из кинематографа его не выкинули, оставив в штате главной киностудии страны. Более того, доверили снимать «Хозяина тайги». Но руководство Госкино это дело быстро пресекло. Как заявил его зампред В. Баскаков: «Дозволить снимать такой сценарий Смирнову — это одно и то же, что посадить ребенка с коробкой спичек на пороховую бочку». Как покажет будущее, это была пророческая реплика. Когда в конце 80-х именно этого «ребенка со спичками» изберут в руководители Союза кинематографистов СССР, Союз будет элементарно взорван, как пороховая бочка. Но вернемся к «Хозяину тайги».
В апреле 68-го новым режиссером фильма был утвержден вполне благонадежный Владимир Назаров. Изменив многие острые моменты повести, он создал вполне лояльный власти сценарий, который и был запущен в производство. В свою очередь, за эту уступчивость власть разрешила Назарову пригласить в свою картину двух актеров «Таганки»: Владимира Высоцкого и Валерия Золотухина (участковый милиционер Сережкин).
Именно во время съемок в «Хозяине тайги» Высоцкого застала новость о вводе войск Варшавского Договора в Чехословакию (21 августа). Как напишет много позже сам
