– Лили! Назад! – рявкнул Иоганн, но красавица и сама вдруг почувствовала, что происходит что-то неладное.
Её явно затягивало в песок.
– Все назад! Назад! – закричал Мигель, и сам отскакивая от образующейся ямы.
– Лили! Прыгай!
Лилии показалось, что это очень неплохое предложение. Особенно если учесть, что прямо под ней стремительно росла воронка, в которую засасывало и девушку, и всё вокруг. С трудом развернувшись к спутникам, Лилия попыталась освободить ноги. И убедившись, что это бесполезно, прыгнула как есть. Само собой, никуда она не полетела, а просто растянулась плашмя на стенке воронки.
На краю образующейся ямы Иоганн тянул к ней ружьё прикладом вперёд. Видимо, за него нужно было хвататься, но Лилия никак не дотягивалась. Сзади раздался какой-то шорох. Девушка обернулась и уставилась на огромную суставчатую конечность, которая заканчивалась острым шипом. Эта самая конечность вылезла из песка и теперь рыскала из стороны в сторону…
– Лили! – голос Иоганн вывел девушку из ступора. – Тянись и хватайся за ружьё!
Сказать было легче, чем сделать. Песок сыпался по краям ямы, и девушка то и дело сползала вниз, пытаясь взобраться. А неизвестная зверюга, видимо, на движения и реагировала: совсем рядом с девушкой вонзился шип, вздыбив песок. Лилия, как испуганная птица, замерла на миг и снова сползла ещё ниже.
Сверху раздались выстрелы. Это Мигель, Леопольд и Бенедикт стреляли по конечности, стараясь перебить суставы.
– Лили! – рявкнул Иоганн, в который раз выводя девушку из ступора.
Она рванулась вперёд так отчаянно, что наконец-то дотянулась до приклада. И теперь её пальцы могла разжать только смерть. Но именно от неё-то Лилия и спасалась… Иоганн потянул вверх винтовку, вытаскивая девушку – и чуть сам не рухнул вниз. К счастью, Леопольд хорошо следил за вверенным ему «стадом»… Он успел схватить Иоганна раньше, чем тот окончательно потерял равновесие.
Наконец, общими усилиями Лилия была извлечена из ямы. Люди как можно быстрее отбежали подальше и сели на твёрдую землю, переводя дух. А заодно наблюдая, как напавшая на них тварь восстанавливает свою смертельную ловушку. Из песка высунулись ещё конечности. Одни плевались паутиной, восстанавливая купол, который, как оказалось, раньше поддерживал грунт, а другие заботливо сгребали на ловушку песок.
– С-спасибо! – отдышавшись, заговорила девушка. – Эта тварь меня бы сожрала, да?..
На самом деле, Лилия вовсе не хотела знать ответ на этот вопрос. Просто она ещё не привыкла, что касадоры – люди прямые. И если могут ответить на вопрос – обязательно отвечают. Вот и сейчас молчание надолго не затянулось…
– Зачем ей тебя жрать? – удивился Мигель. – Проткнула бы тебя, засадила бы в живот личинок и прикопала в песочек. Вот личинки бы тебя и сожрали постепенно…
– Бр-р-р-р! – Лилия обхватила руками плечи и поёжилась.
– Да, песочные пауки – они такие! – кивнул Иоганн. – Но ты не переживай… Обычно, если человеку живот протыкают, он слишком долго не живёт. Как тебя кушают изнутри, ты бы уже, наверно, не почувствовала…
– Замолчи! – мрачно попросила его Лилия.
– Как скажешь, – миролюбиво ответил Иоганн.
– Ладно… Чего расселись?! – Мигель вскочил на ноги. – Пошли к воллам. Возвращаемся! Не забыли, сколько мимо роллфельдов пронесло?!
– Как вы можете сейчас думать о роллфельдах? – возмутилась Лилия.
– Мы всегда о них думаем! – наставительно сказал Иоганн, поднимаясь на ноги. И протянул руку Лилии, которая совершенно невовремя задумалась и забыла проявить самостоятельность. – И тебе бы стоило!..
Он произнёс это строго, глядя прямо в лицо девушке, и заставил ту густо покраснеть. Лилия-то всё ещё считала, что самое важное для касадора – метко стрелять. И старательно этому училась. Но чем дальше, тем больше понимала, что жизнь касадоров гораздо сложнее и многограннее, чем ей казалось. Возможно, помимо умения стрелять, ей пригодится ещё и обязательный навык «думания о роллфельдах»…
Каньон До Краёв, к северо-западу от Кастиелло де Романо, 5 декабря 1936 года М.Х.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Если кто-то назвал место До Краёв, то будьте уверены, однажды это случилось. А поскольку так далеко на востоке название могли придумать только касадоры, то и определить, что именно До Краёв – было несложно. Вот если бы такое название выдумали обычные жители городов, тогда вариантов было бы много.
Каньон мог до краёв заполняться водой, а мог быть засыпан песком. В конце концов, там кто-то просто мог обожраться так, что был едой заполнен до краёв – что и сохранила избирательная народная память. Но если касадор называет каньон «до краёв», будьте уверены: когда-то он видел, как это место доверху заполнили роллфельды.
Если бы кто-то из светлых умов Старого Эдема взялся за изучение местной розы ветров и путей миграции ценных растений, то вскоре открыл бы закономерность, благодаря которой роллфельды раз в несколько лет заносит в каньон. Однако светлые умы предпочитали светлые высокие кабинеты, сумрачные архивы и библиотеки – и вовсе не стремились зажариться под яростным марчельским солнышком.
И потому никто не знал, как и почему в каньон загоняет так много полезных растений. В любом случае, факт подобного изобилия был отмечен в названии. И к каньону частенько стремились все сборщики окрестностей, мечтая быстро разбогатеть…
И на сей раз вадсомады самфуна, созданного в Кастиелло де Романо, оказались здесь первыми. Сначала на край каньона вывалился вадсомад Старган. Двадцать шесть фургонов, почти три десятка бойцов – грозная сила… А если учесть, что вскоре прибыли ещё три вадсомада из того же самфуна, то окно возможностей для конкурентов начало закрываться.
К началу декабря самфун Кастиелло де Романо уже насчитывал десять групп. И пусть вадсомад Старган был самым крупным из них, а большинство не набирало и двух десятков бойцов, но процесс привлечения новых членов продолжался. И не прерывался, даже когда большая часть людей была занята сбором ресурсов.
– Дан, мы просто работяги! – Стив смотрел на грозного (и уже прославленного) молодого касадора с лёгким страхом. – Мы готовы работать на вас за привычную долю…
– Я работаю на город, и он тоже имеет свою долю! – прервал его Дан. – А значит, и ваши доли будут соответственно урезаны.
– Разве так можно?! – крикнул кто-то из сборщиков Стива.
– Можно вообще не собирать! – рявкнул в ответ Иоганн, ошивавшийся возле Дана с «томасом» в руках. На случай, если придётся остудить особо буйные головы на важных переговорах.
– В самом деле, метены! – согласился старик Джон. – Сейчас не стоит вопрос, где ваша выгода. Сейчас стоит вопрос: будет ли она у вас вообще.
– Но мы же не помешаем вам!.. – в отчаянии воскликнул Стив, который хотел с друзьями собрать как можно больше специй, и лишь потом искать номад, куда можно будет пристроиться.
– С чего ты решил, что не помешаете? – спокойно поинтересовался Дан. – К тому же, кто вас будет прикрывать?
– Да вы же сами свалите, когда придут номады! – возмутился Стив. – Вас тут всего сотни полторы!
– Зато все, кто есть – меткие стрелки! – отрезал Дан. – А вот что будете делать вы, когда появятся номады?
– Стив, парни, заканчивайте ломать комедию! – старик Джон сплюнул вязкую слюну в пыль. – Вы слышали наши условия!.. Либо присоединяетесь как наши сборщики и получаете свою долю… Либо катитесь отсюда туда, где нет конкурентов!
Стив, глава сборщиков, всерьёз задумался. С одной стороны, когда ты уже предвкушаешь вкус лёгких денег, неприятно отказываться от части дохода… А именно так и случилось с ним и его друзьями. Двигаясь на запад, они столкнулись с этим огромным стадом роллфельдов и уже считали его почти своим.
С другой стороны, о том, что в окрестностях Кастиелло де Романо появился самфун вадсомадов, который возглавляет молодой Дан Старган, знали многие. В том числе, Стив и его друзья. И когда, прибыв к каньону, они обнаружили этот самый самфун, оставался лишь один выход: развернуться и несолоно хлебавши отправиться восвояси.
