сделано без сигнала, разве только что турки откроют огонь, тогда те корабли и суда должны быть истреблены немедленно…»
Из воспоминаний современника: "…В то время, когда начали строиться в колонны, ближе всех к входу в Наварин находился французский начальник со своим фрегатом, но эскадра его была под ветром к стороне островов Сфактерия и Продано. За англичанами в самом близком расстоянии следовал русский адмирал, а за ним в боевом строю и надлежащем порядке его эскадра. Почти в полдень Кодрингтон, следуя с частью первой и второй колоннами, сделал сигнал французским кораблям поворотить оверштаг последовательно, но чтобы им скорее войти в кильватер английских кораблей, то российская эскадра должна была их пропустить, а как главнокомандующий не дал русским и французам общих или лучше сказать полных сигналов, то он посему и послал на шлюпке своего флаг-офицера к нашему адмиралу, с просьбою, лечь в дрейф, чтобы пропустить французов вперед, и сам после сего, сделав сигнал, приготовился к бою; спустился в 1 час пополудни с правою колонною в сей порт. Его сиятельство граф Гейден, к крайнему прискорбию своему, должен был исполнить волю вице-адмирала, а потому и приказал на корабле "Азов", положить грот-марсель на стеньгу, и счет за нужное еще уменьшить в колонне расстояние, сделал сигнал задним прибавить парусов. По спущении сигнала граф, обуреваемый нетерпением, двинулся с кораблем "Азов" вперед, а за ним остальные его корабли и фрегаты".
Особого выбора, в общем-то, для маневра у союзников не было. Путь между берегом и островом был только один – через узкий извилистый пролив. Затем корабли сразу попадали под огонь всего турецко-египетского флота, ждавшего их, стоя на якорях. Здесь тоже выбирать было не с чего. Путь между берегом и линией неприятельских кораблей был невозможен из-за мелководья и подводных камней. Выход был только один – атаковать неприятеля, войдя вовнутрь его боевых линий, т. е. по существу, заранее обрекая себя на перекрестный огонь всего турецко-египетского флота. Решиться же на такое можно было, обладая не только мужеством и хладнокровием, но и великой верой в правоту и благородство своего дела.
Вскоре в подзорные трубы можно было уже разглядеть расположение флота Ибрагим-паши. Он стоял на якорях в глубине бухты, расположенный в несколько вогнутых линий. При этом линейные корабли и тяжелые фрегаты стояли ближе к выходу, борта их были обращены к центру бухты. Мелкие суда расположены между большими и ближе к берегу. Транспорта укрылись на мелководье и прикрывались береговыми батареями. На флангах боевой позиции затаились начиненные порохом брандеры. расположен турецкоегипетский флот был превосходно. Опытному глазу это было ясно с первого взгляда…
Английский фрегат «Азия»
На флагманском турецком корабле подняли сигнал "Не ходить далее". Над "Азией" появился немедленно ответ Кодрингтона: "Иду давать приказания". Море было достаточно спокойным, ветер же попутным и тихим. Боевой порядок был оставлен тот же, что и на подходе к бухте: англичане с французами в левой колонне, русские в правой.
Над мачтами трепетали кроваво-красные турецкие флаги, пестрели всевозможные значки и вымпела.
Едва шедший передовым "Дортмунд" поравнялся с пушками бастионов Сфактерии, оттуда грохнул холостой выстрел, пока предупреждающий. Его проигнорировали. Корабли один за другим проходили мимо батарей, пугая турок орудийными жерлами в распахнутых портах.
Едва шедшая головной "Азия", вышла на траверз Сфактерии, к ее борту подошла шлюпка. Чернобородый турок в атласных шальварах передал Кодрингтону послание Ибрагим-паши. В ожидании ответа туркам разрешили встать на бакштов.
Облокотясь на перила шканцев, Кодрингтон надорвал конверт и пробежал глазами текст письма. На плохом английском драгоман Ибрагима излагал требования паши немедленно повернуть обратно.
– Где ваш командующий? – прокричал Кодрингтон на шлюпку.
– Славнейший и досточтимый Ибрагим-паша, да продлятся его благодатные годы, изволил уехать из Наварина в срединные провинции! – с поклоном ответил турок-толмач.
– Оставил ли он какие-нибудь распоряжения? – уже теряя терпение, задал вопрос вице-адмирал.
– Увы! – улыбаясь, развел руками турок. – Ничего не оставил!
– Пишите ответ, велел вице-адмирал адъютанту. – Я пришел сюда не для того, чтобы получать приказания, а для того, чтобы их отдавать. Если же по союзникам будет открыт огонь, то турецкий флот будет немедленно уничтожен!
Схема Наваринского сражения
Из воспоминаний очевидца: "Английский адмирал перед входом в гавань встречен был турецким офицером, который объявил, что якобы находящийся в отсутствии Ибрагим-паша не оставил приказаний касательно дозволения входа союзных эскадр в сей порт, а потому он требует, чтобы не ходя дальше, поворотили в море – на что Кодрингтон ответил: что он пришел сюда не получать, но давать приказания и что после вероломного нарушения слова данного Ибрагимом, он истребит весь флот их, ежели, хотя один выстрел сделан будет по союзникам, – с сим ответом офицер отпущен обратно".
Турок, путаясь в атласных шальварах, убыл ни с чем, а корабли продолжили движение. Около двух часов пополудни вначале английские, а за ними и французские корабли прошли мимо прикрывавших вход батарей. Миновав узкость, они тут же расходились, чтобы занять установленные диспозицией места. орудийная прислуга, сжимая в руках банники, цепенела в ожидании почти неизбежного…
Над "Азией" взметнулись флаги. Командующий обозначал постановку на якорь фертоинг. Рядом положила якорь "Генуя". Против британских кораблей борт в борт стояли два турецких линкора. «Альбион» встал несколько ближе к центру турецкой «подковы» между третьим турецким линкором и 56-пушечным фрегатом. Корвет «Тальбот» перешел на западный фланг неприятельской позиции. Успели занять свое место и суда особого противобрандерного отряда во главе с фрегатом «Дартмунд». Они расположились против своих вероятных противников – брандеров.
Французский фрегат «Сирена» под флагом де Риньи положил якорь подле египетского фрегата «Энины», неподалеку от «Дартмута». Шедшему следом за «Сиреной» французскому линкору «Сципион» не повезло. Следуя на предписанное ему место, он столкнулся с брандером, вследствие чего бушприт корабля запутался в вантах неприятельского судна. Кляня все на свете, французы пытались избавиться от опасных объятий. Турки, наоборот, торопились надежней зацепиться крюками за свою потенциальную жертву.
Схема Наваринского сражения
Началась отчаянная рукопашная драка, однако до пушек дело все еще не дошло.
Вдали белела парусами русская эскадра, только еще входившая в бухту.
Если бы можно было глянуть на расположение вошедших в бухту эскадр, то оно выглядело бы следующим образом: справа фрегат и два брига под британским флагом затем два французских корабля с фрегатом. Ближе к центру английские линейные корабли и один французский. Между ними пустота – место для еще не подошедшей русской эскадры. На левом фланге
