Читаем без скачивания Кончина СССР. Что это было? - Дмитрий Несветов

Организатором? Вы считаете, что он не просто был в курсе всей этой затеи, но имел прямое отношение к организации?

Имел… Организовывали другие, но с его ведома. Абсолютно.

Вернемся в последний день. Из материалов следствия… Кстати говоря, есть такая любопытная деталь: следствие 21 августа вас потеряло. Оно вроде как представляло, где кто находился, но потом выяснилось (и это следует из материалов, которые собирались уже после того, как все закончилось), что никто так и не смог установить, где находились вы 21-го числа. Так вот из материалов следствия и иных свидетельств мы знаем, что накануне, 20-го вечером, прошло последнее заседание ГКЧП, в ходе которого стало понятно, что армия в лице министра обороны и его первых заместителей, командование внутренними войсками МВД СССР и специальными силами КГБ СССР в сложившихся обстоятельствах вряд ли будут предпринимать активные действия, в том числе (и особенно!) штурм Белого дома.

Более того, вечером 20 августа руководитель оперативного штаба ГКЧП Олег Дмитриевич Бакланов сел писать заявление на имя Янаева о выходе из ГКЧП в связи с тем, что он (комитет) не справился с ситуацией. То же самое, насколько мне известно, сделал и член ГКЧП Александр Иванович Тизяков, если верить свидетельствам – по крайней мере устно. А утром, как мы с вами уже знаем, Министерство обороны и командование войсками Московского военного округа начали выводить войска из столицы.

Когда вам стало понятно, что Государственный комитет по чрезвычайному положению в СССР не может более выполнять свои задачи? Когда стало понятно, что не выходит ничего из того, что было задумано?

Уже к концу 20-го числа это было понятно. Дело в том, что поддерживать Ельцина и его команду сначала пришло несколько человек, потом тысяча, потом три тысячи, а потом собралась огромная толпа. Одни определяют, что было 100 тысяч, другие говорят, что меньше, но тем не менее нашлось достаточно москвичей, которые пришли поддержать Ельцина и его команду. Правда, небескорыстно. Людей заманивали всякими способами: деньгами, выпивкой, закуской и прочими благами. Мы это прекрасно все видели, все понимали, служба Крючкова все это отслеживала, и мы знали об этом.

Конечно, самое удивительное – мы защищали Конституцию, мы защищали государство, мы защищали решение мартовского референдума, когда подавляющее большинство советских людей сказали «быть государству». Но нас поддержать здесь, в Москве, практически никто не пришел.

А почему, как вы думаете? Вряд ли это случилось только из-за того, что хитроумное российское руководство якобы каким-то коварным образом, в том числе и корыстными стимулами, заманивало людей к Белому дому? Все-таки, наверное, что-то существенное произошло в самом обществе.

В обществе, конечно же, к этому времени происходили серьезные сдвиги, потому что разложение нашего общества шло десятилетиями. На это были затрачены огромные деньги Соединенных Штатов Америки (они сами признавались, что 2 триллиона долларов потратили на эти цели). Шел откровенный, наглый обман нашего населения, что в Соединенных Штатах Америки, других странах процветает рай на Земле, а плохо только у нас. Но если разобраться объективно, то у нас было намного лучше в смысле решения многих социальных проблем: доступность бесплатного образования, здравоохранения, детские проблемы решались на очень высоком уровне. Страна развивалась много лет семимильными шагами и могла достойно ответить самым серьезным вызовам на планете, я имею в виду военные вызовы. Но нашим руководством, безусловно, были допущены серьезные ошибки.

Дело в том, что мы в 1990 году занимали пятое место по собственному производству и потреблению основных продуктов питания. Это по оценке ООН, это не наша оценка. А такие страны, как… Франция была на 11-м месте, Англия – на 12-м месте. Но у нас создавалась иллюзия, что мы постоянно голодные, потому что не было ничего на прилавках, а все было в холодильниках.[54]

И самое удивительное, цены были настолько низкими, что иностранцы, которые приезжали к нам, просто поражались. Килограмм мяса стоил 1 рубль 70 копеек, килограмм колбасы – 1 рубль 80 копеек, ну а хлеб – 14 копеек черный и 20 копеек белый. И все это, разумеется, сметалось и не очень рационально использовалось. Ребятишки играли батонами в футбол, скармливалось огромное количество хлеба скоту. И всего этого наше руководство как бы не видело.

Что же вы думаете, это была сознательная политика руководства по развалу потребительского сектора в стране?

Я думаю, что с приходом Горбачева это была уже сознательная политика. Вместо того чтобы укреплять государство, наводить порядок в сфере экономики, торговли и в других социальных областях нашей жизни, Горбачев заливался соловьем по делу и без дела, объявлял о каких-то реформах. Но даже совершенно безграмотному человеку понятно, что реформы могут проводиться при поддержке народа – это первое условие, и второе – при жесткой, твердой государственной дисциплине. Объявляя реформы, мы раскачивали лодку, мы приводили страну в такое состояние, когда никто почти не работал, останавливались предприятия, не решались самые кричащие проблемы в экономике. Все это как снежный ком наматывалось, накручивалось и приводило страну вот к такому растерзанному состоянию.

В это время, вы помните, Прибалтика внесла свою лепту. Также Средняя Азия и Кавказ, конечно. Я помню, как наши военные, такие как Макашов[55], Сергеев[56] и многие другие, говорили: «Что мы делаем? Выводим нашу армию из Германии практически в поле, с семьями, не получив никакой финансовой поддержки со стороны Германии! И куда выводим? Не построено жилье, не решены социальные проблемы». Я хорошо помню, как с трибуны Съезда народных депутатов СССР было заявлено: «Мы уходим не как победители, а уходим как побежденные. Под улюлюканье толпы выводим наши непобедимые войска».

Михаил Горбачев «Декабрь-91. Моя позиция»

В чем тут я действительно ошибся, так это в том, что не мог предположить такой безмозглости.

Владимир Соловьев, Елена Клепикова «Борис Ельцин. Политические метаморфозы»