*
Я впервые нацепил доспех, приготовившись к бою. Толстые кожаные листы, грубо сшитые ремешками. Сверху пудовая кольчуга. На голову водрузил кастрюлю. Тяжёлую. Щит, правда – небольшой, круглый. Пистолет Макарова, заряженный, к нему запасной магазин. ППС с запасным рожком.
Пришла пора проверить главное оружие. А также выяснить, насколько выросли его ТТХ[9].
– Биб! Ты в курсе плана. Лезем на стену. В нас готовы палить лучники и арбалетчики.
– Большая опасность, хозяин.
– Давай прикинем, кого ты сможешь перемножить на ноль.
– Не понял, хозяин?
– Забудь. Лучше скажи – у десятерых душу выпьешь?
– Десять… Нет. Я же должен буду работать на удалении от хозяина. Сил меньше. С лестницы – у троих. За минуту.
За эту минуту и превращусь в ёжика с иголками из арбалетных болтов. Думаем дальше.
– Биб, количество людей, у кого сотрёшь память, зависит от того – на год подчищаешь или до самого младенчества?
– Не зависит, хозяин. Только от расстояния.
– Хорошо. Допустим, мы доносим лестницу до подножия стены. Там ты начинаешь. Сколько? Стена в три моих роста.
Он примолк. Похоже – задумался. На него не похоже.
– Десять на стене – сразу.
– Отлично! До башен дотянешься?
– Дотянусь… Но хуже.
– Значит – надо дотянуться. Потом заскакиваем на стену. Кого ты не вогнал в детство – я упокою. Сколько времени тебе надо, чтобы… Не знаю как сказать… Перезарядиться?
– Восстановиться. Чтобы быстрее – нужна душа. И минуты полторы, чтоб она усвоилась.
Иначе у верьи случится запор? Откровенно говоря, это самое неприятное – отдавать призраку команду на убийство. Но если защитников так или иначе покрошат каросские наёмники, велика ли разница? И я никуда не денусь, не увернусь от боя, проклятая клятва… Но всё равно – противно.
Раньше, в России, я никогда не думал, куда отправляется душа после смерти. Ходил несколько раз в храм, ставил свечки. А всё услышанное про бессмертие души и воскрешение благодаря Христу-Спасителю, каюсь, пропускал мимо ушей. Не то, чтобы не верил, мне было всё равно. И, честно говоря, атеистический червячок сомнения откровенно рулил. Никто не вернулся с того света. Никто не рассказал, каково там душе, правда ли, что она бессмертная или рассеивается как дым, когда сердце остановилось. Я молод, мне рано думать о конце. А если в лоб влетит арбалетный болт, вообще пофиг: загнусь раньше, чем успею сообразить.
Здесь – боги. Натуральные. Пусть не такие всемогущие, вездесущие и всеведущие, как описаны в священных книгах Земли. Зато их присутствие смешно отрицать. Если наличие души в моём прежнем мире – предмет споров, тут до одури просто: душа – это предмет охоты для невидимого вампира, живущего во мне.
И вот что не даёт покоя. Раз есть боги, душа, где-то существует загробный мир, верно? А теперь вопрос: одинаково ли туда попадает душа, если тело обезглавить или её выпил верья? Может, павшим от меча уготовано совсем иное посмертие, чем жертвам Биба?
Веруна спрашивал. Тот с необычной прямотой отрезал: понятия не имею. Местные боги не только не всеведущие, но и не стесняются признаться в этом.
– Биб! Перед выходом в поход молились о покровительстве Моуи. Хоть что-нибудь это даёт?
– Конечно! Король – помазанник Моуи. Из летящих в тебя стрел одна из двух точно пролетит мимо или ударит так, что не причинит вреда.
Что-то подобное видел в компьютерных играх. Понижение удачи у противника? Никогда ими не увлекался. Да и здесь ни разу не игра. Не засейвишься.
Будущее поле боя я осматривал с опушки леса, откуда по плану начнётся бросок кароссцев и моих воинов. Латы не снимал, привыкая двигаться в них. Неудобно! Движения сковывают. Палить из «Макарова» или ППС перед собой – куда ни шло. Но мечом размахивать… Ни за что.
На августовском солнце доспехи разогрелись немилосердно. Пот насквозь пропитал рубашку. Каково же цельнометаллическим рыцарям в чернёных доспехах!
– Биб! Помнишь, как против степного вождя действовали? Когда в шатре ты омолодил память его сыну? На сколько шагов ты смог от меня отлететь? А здесь?
Мозг моего бесплотного спутника перегрузился, думаю, от стольких вопросов одновременно. Ответил он кратко:
– Здесь не дальше.
– Хорошо. Дуй в крепость. Скажи – скольких ты обратишь во младенчество.
Ощущение контакта с боевым призраком… как это передать, чтоб понятно было… истончилось. Конечно, это далеко не предел дальности. На разведку он отлетает на меру-две. Но только без активных действий. Сейчас же мне требовался бестелесный убийца в тылу противника.
– Двух-трёх, – отрапортовал он, вернувшись. – Потом нужен отдых. Но если перекусить…
– То нужно восстановиться несколько минут. Или вернуться ко мне подпитаться моей силой. Молодец! Скоро нажрёшься на год вперёд.
– Я не умею впрок, хозяин.
– Шутка юмора. Не бери до головы, или что у тебя там вместо. Но что напьёшься – гарантирую.
– Спасибо, хозяин. Вот только не всех смогу выпить или лишить памяти. У некоторых амулеты защиты. Сильные. Больно даже подлететь к ним.
– Моуи?
– Нет, господин. Здесь свои боги.
То есть тотальной дистанционной зачистки не сделать… Чёрт! И известие о новых богах не порадовало. Думал, «наш» Моуи – всепланетный.
Я присел на пенёк и начал думу думать. А надумав, принялся действовать.
Осуществление моего плана носило довольно неприятный характер. Брезгливым лучше не видеть. С запасным кхаром и на пару с Нирагом мы отправились в ближайшую деревеньку. Естественно, «освобождённую» так же, как немцы «освобождали» нашу Брянщину в сорок первом. Зачем поехали? Мне нужен был труп. Желательно не смердящий.
Село после зондеркоманды короля Каруха выглядело соответствующе. Стояла тишина. Ни мычания, ни хрюканья, ни квохтанья. Ни звуков хозяйственных хлопот. Только мерное гудение. Это стаи мух кружили над телами жителей.
Раздувшиеся на солнце мне не годились. Начали искать, затыкая носы. Нираг поглядывал косо, но даже вопросов не задавал. Привык к моим нестандартным вывертам.
Потом раздался стон. Его издал мужик, лежавший в кустах. Явно из местных сельских – в домотканых портах и поршнях, сверху голый по пояс. На руке глубокая рана, почерневшая и загноившаяся. Чернота поползла вверх. Не жилец.
Я спрыгнул с Бурёнки и бросил Бибу «фас». Когда глаза несчастного закатились, ткнул его ножом в горло, чтоб Нираг не догадался о применении призрака.
Кровь вытекла и остановилась. Тело мы завернули в мешковину. На ней проступило пятно. Запасной кхар нервно мотнул головой, получивши труп поперёк спины.
Так и поехали в центр лагеря.
Король пребывал в полуденной дрёме. У его ног дрыхла симпатичная хрымка. Что ещё она делала у его ног часом ранее, не моё дело.
