склоны остались позади, и дорога перестала петлять по серпантинам. Я выдохнула. Минус одна опасность. Остановившись на повороте безлюдной дороги, Рид вышел из машины и принюхался. Я тоже открыла дверь со своей стороны и сделала то же самое. Наверное, зря…
Потому что в следующее мгновенье мою шею пронзила дикая боль. Рид зашипел, уворачиваясь от чего-то, прошившего приборную доску насквозь. Перед моими глазами всё расплылось, но я увидела, как молниеносным движением тот вернулся в машину, и мы рванули с места. Ну а что я говорила? Застали врасплох.
Тяжело дыша, я схватилась за раненую шею и выдернула тонкую стрелу с иглой — дротик. Пустой. А вот это уже нехорошо. Я поймала на себе быстрый взгляд и поняла, что меняюсь против воли. Так вот оно что…та самая сыворотка. Стужев догадался? Или всего лишь проверял? Мои волосы стремительно меняли цвет на исходный, а дыхание вырывалось из груди с большим усилием.
Борясь с навалившейся дремотой, я сползла по сиденью вниз, чтобы не быть заметной. Обочина слилась в одно сплошное пятно. Хорошо, что оборотни не могут бежать со скоростью двести километров в час. Наверное, только это нас и спасло.
Машина въехала в город, оставив преследователей далеко позади. Но это не значило, что те бросили погоню. Наверняка отследят все наши передвижения по камерам, чтобы напасть чуть позже. Если уже не отслеживают…
При желании шерстяные могут найти и иголку в стоге сена, не то, что пару человек в принадлежащем им городе, утыканном камерами видеонаблюдения, как ёж — иголками. Вот только у нас с Ридом было небольшое преимущество — простыми людьми мы не были.
Я дернулась, и сцепила зубы от боли. От авто неплохо бы избавиться в ближайшее же время, ибо чревато. Только как я пойду? Меня едва не скручивало в узел от непередаваемых ощущений во всём теле…
Но Риду было лучше знать. Вытащив меня с переднего сиденья, он метнулся по улице со скоростью пули, а в следующий миг машина полыхнула за спиной, на долю секунды удлинив тени и ярко осветив уличный полумрак. Чуть позже нас достиг и звук. Я зажмурилась, не в силах поднять руки, чтобы зажать уши. Громыхнуло так, что с минуту я могла слышать только собственное сердце, да и то словно сквозь вату.
Совсем скоро здесь будет полиция. Мы убегали под удаляющийся вой десятка сигнализаций и обеспокоенные голоса проснувшихся людей. Но по-другому было просто нельзя. Иначе преследователи учуяли бы мой запах в салоне авто и поняли, что с сывороткой во всех смыслах попали в цель.
Ветер свистел в ушах, и я прижималась к прохладной груди, радуясь про себя, что коллега обладает столь полезным навыком. Одной мне бы ни за что не справиться. А тот, словно эквилибрист взбирался на стены со мной на руках, прыгал по крышам и сливался с тенью, не снижая при этом скорости.
Избегая людных и освещенных мест, Рид окольными путями стремительно двигался в один из штабов. Я не знала в какой именно, да и не могла знать. Но в городе их точно было не меньше десятка. Главное уйти от преследователей сейчас, а уже потом думать, как быть дальше. И как только нас угораздило? Или просто в очередной раз не повезло? Но кажется, у этой неудачи всё же были конкретные имя и фамилия. Лют Стужев.
Несмотря на боль во всем теле после вынужденной трансформации, в моей голове не переставали роиться тревожные мысли. Выходит, Стужев-таки не поверил в мою смерть… Или же решил удостовериться наверняка, а теперь скорее всего догадался, что был прав. Найдя Рида, он нашел и меня. Только вот как узнал где искать? Мог ли нас кто-то сдать? Хм…
Как же он мне надоел, этот Стужев, кто бы знал… Только бы убежать, а уже там я поставлю Риду ультиматум. Либо мы избавляемся от этого назойливого оборотня в ближайшее же время, либо я ухожу в свободное плавание. Мне чертовски надоело быть его навязчивой идеей, живя в страхе, и просыпаться по ночам, если покажется, что в комнате я не одна. Он стал моим кошмаром, от которого безумно хотелось избавиться. И тогда жизнь станет куда спокойнее.
Не знаю, как долго пришлось убегать. Кажется, я заснула, а может потеряла сознание. А очнулась уже в одиночестве в незнакомой комнате. Светлая и уютная, обставленная в минималистичном стиле, она очень напоминала одну из множества безликих конспиративных квартир Рида. Который, интересно, час? Как долго я была в отключке?
В воздухе плыл запах какао и ванильных эклеров, мгновенно поднявший меня с кровати. Всё тело ныло, словно это я бежала от оборотней через весь город на собственных ногах с Ридом наперевес, а сегодня мышцы горячо и болезненно благодарили меня за крайне плодотворное времяпровождение.
На плотно зашторенных окнах была приколота записка «не подходи к окнам». Ну что ж… Вместо окна я подошла к зеркалу. Оттуда на меня смотрела Лили Ольшанская собственной персоной. И почему я не любила это лицо? Наверное, отвыкла… А может оно чересчур напоминало мне о неприятных событиях двухгодичной давности. Кем бы стать на этот раз? Нужно что-то принципиально новое. Может, ребёнок?
Однако, как ни пыталась, я не могла ничего поделать. Мой талант словно бы исчез… Я напрягала мышцы, закрывала глаза, привычно сосредотачиваясь на придуманном образе, но…ничего. Организм отказывался слушаться. Проклятая сыворотка! Проклятый Стужев! И надолго мне такое счастье? И где вообще Рид?
На первый взгляд комната-студия казалась совершенно пустой. Только на кухонном столе дымился чайник и красовались эклеры в вазочке. Полувамп знал, что я не люблю неизвестность, и умело меня задабривал.
И тут мне в голову пришла гениальная идея. Настолько простая, что я изумилась, как до сих пор не могла до нее додуматься! А что помешает мне устранить белобрысого сталкера в собственном же обличье? Ведь он хочет Лили? Так пускай получит. Правда, ненадолго…Хе-хе. Надо срочно посоветоваться с Ридом. Куда он, интересно, подевался?
Со стороны входа вдруг послышался невнятный шорох, и я замерла, вся превратившись в слух. Но никто не вошел. Только из-под двери показался уголок светлого конверта, и всё затихло. Выждав для верности пару минут, я подняла его с пола. Послание оказалось без каких-либо опознавательных знаков, но внутри прощупывались плотные бумажные листы. Открыть что ли? А вдруг это Риду?
Но всё же я рискнула. И вскоре об этом пожалела, ведь письмо предназначалось именно мне.
Глава 16
