шахты на полтора километра вглубь. Понятно, что присоединить эти территории к будущей империи я планировал в приоритетном порядке.
А потом отправились строго на юг, на расстоянии пятисот километров от нашей долины обнаружили месторождение нефти. Какого она качества и состава, без проб не понять, но место зафиксировали. Ну конечно, обследовали устье Волги – стратегический плацдарм для создания морских коммуникаций.
Получается, империю нужно начинать строить севернее левого берега Волги – до больших равнин. Вплоть до берега еще одной большой реки, чуть меньше Волги, но не так, чтобы уж намного. Километров восемь в самом широком месте, три с половиной – в узких местах. Между реками был кусок суши, ширина которого – полторы тысячи километров, с востока – море, с запада – высокогорный массив типа Кавказских гор. От моря до гор – две с половиной тысячи километров. Итого: около четырех миллионов квадратных километров Родины. Это ж больше Индии! Теперь у нас с Алисой планов – громадье!
Глава 14. Война богов
– Блин! Алиса, не мешай мне! – я пытался срезать верхушку одного из горных пиков. Ну, не совсем срезать, а, скорее, разровнять площадку под базу. И не совсем верхушку, а самый низкий пик у тройной вершины. Гору мы выбрали самую удобную для наших целей, всего восемьсот километров над уровнем моря. Другие, более высокие, не подходили – выше кучковались облака и была повышенная влажность. Жить в облаке – сомнительное удовольствие, а почти все остальные вершины хребта были высокими, около двух километров, и, значит, собирали всю влагу в округе. Индейские боги Южной Америки жили на высоте шесть тысяч метров, выше облаков, но там другая беда – разреженный воздух. Да и настолько высоких гор тут не было.
Вот и получалось, что единственный вариант для базы – горы ниже восьмисот метров, под облаками. Абы какие не подходили, например, пологие, на которые можно зайти пешком. А я выбирал базу в горах, прежде всего, по соображениям безопасности. Для создания базы нам подходили только гребни – скалы с отвесными стенами. Там можно не бояться незваных гостей, так как у местной цивилизации еще долго не будет авиации. Вот такой гребень я сейчас и ровнял лазерным резаком. Алиса, конечно же, ехидничала! Ну, а я матерился.
– Алиса, закрой уши! Я сейчас опять буду «пилить» эту гребанную породу! – предупредил я, наводя резак на скалу.
Разумеется, Алиса считала себя взрослой. Но, несмотря на то, что нарисована она была как девушка лет восемнадцати, её психологический возраст, на мой взгляд, тянул лет на четырнадцать от силы.
Я сначала сдерживал свои матерные хитросплетения. Но забывался и выдавал такое, что уши в трубочку сворачивались. Разумеется, до Виталия Палыча мне было далеко. Но все равно! Алиса послушно прикрывала свои нарисованные виртуальные уши такими же нарисованными ладошками, но втихаря, уверен, подслушивала. Да что там Алиса! Все горы с их обитателями подслушивали. Кречет, братишка, кружил над нами уже пару часов. Я даже помахал ему рукой и, как мне показалось, он тоже махнул крыльями. Он жил тут же, где-то на этом пике, и я мысленно извинился перед ним за шум. Ничего, вот расчищу эту гребанную площадку и буду хорошим соседом. Уж не знаю почему, но я был рад соседству с этой грозной птицей.
Со словами: «Лазеры-шмазеры, понапридумывают херни», – я с усердием продолжил свой сизифов труд. Промаялся до вечера, но кое-как расчистил площадку под базу. Правда, поверхность была похожа на стиральную доску, ни одного идеально плоского участка. Ручной лазер для такой работы был не приспособлен. Он сделан, чтобы резать металл, например, корпуса при спасении экипажа корабля или для проникновения за стальную дверь. Там толщина материала небольшая, а тут – сплошной массив камня.
Спать я оправился в пещеру, которая начиналась на несколько метров ниже моей площадки. Это, кстати, было еще одним фактором для выбора этого гребня. На площадке я планировал построить себе жилье, а в пещере – организовать склад.
Жить бы в пещере не рискнул, потому что было непонятно её происхождение. Если она возникла в результате какого-то процесса внутри хребта, то никто не даст гарантии, что он не начнется вновь. Еще в пещере может случиться выход газов, и тогда есть шанс вообще не проснуться. Переночевать я там решил единственный раз – сегодня, да и то выставив на скафандре режим тревоги. При ухудшении моего состояния во время сна скаф закроет колпак шлема и начнет меня будить.
Вход в пещеру был совсем узкий – не шире стандартной межкомнатной двери и скорее напоминал разлом в камне. Высота разлома была больше шести метров и к верхнему краю сужалась. А вот внутри были большие залы, соединенные широкими проломами, уровень пола даже в рамках одного зала прыгал по высоте, на стенах было множество выступов и ниш. Поверхности внутри были неровные и покрытые выщербинами, как будто кто-то каждый сантиметр раздолбил кайлом. Но так как внутри не было ни одной геометрически правильной формы, да и добраться до пещеры можно было только по воздуху, я отрицал возможность ее рукотворного происхождения.
В первом же зале я нашел себе нишу на высоте обычной кровати и, привычно завернувшись в ткань «Хама», сразу уснул, размышляя, что вроде технологий море, а я выкладываюсь тут изо дня в день как раб на галерах.
Утром Алиса мне радостно сообщила, что для финального выравнивания площадки лучше использовать РВАДа, а мы можем и дальше заниматься геологоразведкой. Было видно, что ей понравились наши вылазки, она даже наряд себе сменила – вместо флотского кителя красовалась в рабочем комбинезоне со множеством карманов и шахтерской каске с фонариком. За день мы нашли медную руду – неглубоко от поверхности, золотоносные пески, составили карту гранитов, пригодных для строительства.
– Продумай логистику, Алиса, – попросил я ее, – и обязательно – транспорт. «Геомантом» мы ничего возить не сможем, он быстрый, но с очень маленькой грузоподъёмностью. Уже на ближайшие пять лет нам нужна стратегия развития технологий с перспективой строительства железных дорог.
– Черная металлургия, листовой прокат, пресс по металлу, отливка в формы, – начала бормотать Алиса, наморщив лоб и залихватски сдвинув каску на бок.
– Трубы, Алиса, трубы! – напомнил я ей. – Это ключевая технология для паровозов и котлов. Клепаные – это фигня, задержка в развитии. Нам нужен стан для отлива труб разных диаметров, технологически это самое сложное.
Довольный, что
