преодолели звуковой барьер. Со всеми вытекающими последствиями – хлопок от нашего набора скорости был просто оглушительный, Алиса зажала ушки ручонками и показала картинку с внешних камер «Геоманта»: люди падали как кегли, а домашние животные, обезумев от ужаса, сносили ограды своих вольеров и разбегались по окрестностям.
Блин, сейчас местные с тушением пожара напляшутся, а потом еще до утра будут скот ловить, чтобы хищники не сожрали.
– Алиса, а нас точно местные видели? Может, скажем, что это плохие боги натворили?
– Тебя точно видели! – утвердительно закивала Алиса. – И узнали, ты же без шлема был.
Да уж, изумительно слетали. Про посадку говорить вообще ничего не хочется. Ну как посадка… не совсем посадка получилась… Если быть откровенным, то мы просто упали на ровный участок – плато среди горного массива в пятнадцати километрах от базы. Я сломал у бота три стойки из четырех, и он сейчас гордо стоял наперекосяк, полностью обесточенный и с запертыми дверями.
– Ну, ничего, дело-то житейское! – успокаивала меня Алиса. – Люди пилотированию таких кораблей в академиях учатся. А у тебя сразу вон как получилось. Не убились же и это отлично!
Моя самооценка как пилота серьезно пострадала, я теперь уже не был так уверен, что летал на всем, что поднимается в воздух.
Возвращались на базу мы молча. Когда прилетели, то увидели, что Нума уже дрыхнет. Будить не стали: зачем тревожить ребенка? Достал еще одну койку из инвентаря и улегся спать в скафандре с закрытым шлемом – я ожидал нападения. Кто знает, сработал ли в действительности запрет на воскрешение?
Алиса осталась сторожить и разрабатывать план обустройства базы: нам нужна была крепость, способная выдержать удар оружия боевых скафандров. Наша палатка не то что от ракеты, от арбалетной стрелы не защитит!
Утро началось почти как всегда, с приключений.
– Тревога! – кричала Алиса. – К нам приближается летательный аппарат!
Блин, полшестого утра, солнце еще только показалось над горизонтом… Ну что за дурацкая привычка у врагов – нападать с утра пораньше! Нет бы, дождаться обеда. Я вскочил с кровати, устанавливая на плечевые разъемы «Аргумент» и «Радугу». Уже запрыгивая в «Геомант», подумал, что, наверное, зря Нуму не вернули в деревню. Первый же удар из любого оружия по базе убьет её. Значит, надо опередить атаку противника.
– Алиса, я веду тарелку, пока не сблизимся, – торопливо начал объяснять свой план, – потом ты перехватываешь управление, а я вылезу из люка и буду стрелять с плеч.
Надо отдать должное: ассистент была собрана и спокойна, не как в прошлый раз, когда в начале конфликта пропала и не отвечала. Испугалась, наверное. Но сейчас она бодренькая и сосредоточенная, какой и должна быть.
– Не сбрось меня неосторожным маневром, двигайся по сложной траектории. Если собьют, то постарайся уронить дисколет в месте, удобном для его дальнейшего восстановления. Все понятно?
– Так точно!
Я повел тарелку на перехват – понятно было, что это недружественная цель. Друзей у нас тут нет. Врагов навалом, богов этих недоделанных. Треугольник вражеского истребителя мы обнаружили уже через несколько минут после взлета.
– Дорогой друг! – сказал мужской голос на галактическом-3. – Не стреляй, мы хотим только поговорить.
Да знаю, как вы «поговорить», всегда обманывали этими своими «переговорами». Интуиция заставила меня буквально выпрыгнуть из «Геоманта» и врубить ракетный ранец. В мой дисколет ударил луч импульсного лазера, прошил обшивку, вспыхнули внутренности, и он начал быстро снижаться, а треугольный истребитель устремился за ним. Меня враг не видел: то ли я был слишком маленькой целью, то ли керамическая броня на его радаре «не отсвечивала».
С максимальным ускорением я кинулся за своей падающей тарелкой и вышел на позицию как раз под аппаратом врага. Восемь ракет с кумулятивными зарядами выпустил почти в упор в его днище. Попали все. Вдруг треугольник сбросил скорость, а потом полностью остановился – завис на высоте около пятисот метров. Как в замедленной съемке он начал неспешно опускаться вниз, пока не коснулся земли. Я стремительно направился к нему и обнаружил, что горючее у ранца закончилось. Я падал с высоты двухсот метров. Да что ж это такое, тотальное невезение! Хоть бы предупреждение сделали, что осталось мало топлива… Бум! Мир свернулся в точку, и я потерял сознание.
Очнулся я от резкой боли в ногах. Первая мысль была понятно какая: «Шо опять?». Но, открыв глаза, я увидел, что мои ноги целы, но их по очереди – то левую, то правую – грызет какая-то рептилия типа ящерицы. Правда, эта «ящерица» была размером с гигантского крокодила. Прокусить металлокерамику она не могла, но сдавливала ноги челюстями, как тисками из мастерской МТО. Всадил прямо в её мерзкую рожу две иглы из «Дикобраза». Вторая не прошла насквозь, как первая, а развернулась в черепе и, вылетая, вырвала этому варану полбашки. Так я узнал, что игломет – не такое уж и безобидное оружие, каким кажется. Это вам не дротики!
Ноги, к моему счастью, оказались целы, медблок показал множественные ушибы, но без переломов и серьезных травм. Скафандру повезло меньше: экзоскелет, принявший главный удар об землю, разрушился в двухсотпятнадцати местах. Всё, теперь я больше не смогу таскать тяжести и прыгать на пять метров. Хотя, надеюсь, что РВАД починит.
Алиса! Где Алиса? Эта мысль тревожно ворвалась в сознание. Я, хромая, «кинулся» к тарелке, до которой было метров шестьсот.
«Геоманта» раскурочило знатно, обшивка в месте попадания была почерневшей от высокой температуры вражеского заряда, внутренности – сгорели. Двигатель уничтожен полностью, но реактор был цел и все еще работал. Кабина тоже пострадала, но не критично. Заглянув в кабину, никого там не обнаружил. Ой, дурень! Алиса же нарисованная! Интерфейс показывал, что она активна.
– Алиса! Ты тут?
– Тут, – ассистент появилась рядом со мной, зареванная, с растрепанными волосами.
– Жива! – я был рад, что она не пострадала.
– Меня сбили, – начала сбивчиво объяснять она. – Ты выпрыгнул, я начала маневр и меня сбили. Даже ничего не успела. Почему он выстрелил, ведь хотел поговорить?
– Эх, Алиса, – я погладил её по голове, даже сам не понял, как у меня получилось, – люди коварны, нельзя им верить на слово. Саксы не раз били в спину, исподтишка. Я, как услышал про «поговорить», сразу и выскочил.
Алиса вздохнула и начала приводить себя в порядок. Платочком вытерла личико, расчесала волосы изящным гребешком.
– Алиса, сколько раз меня сбивали?
