Читаем без скачивания Карим. Против воли (СИ) - Бонд Юлия

Пухленькие губки впились в мужской рот. Сомкнув на шее тоненькие пальцы, Люба притянула Карима к себе поближе и принялась ласкать его глубоким поцелуем, сминая и кусая за нижнюю губу.

Глава 41

Мы поженились во второй раз, правда свадьба была ненастоящей, всего лишь красивая инсценировка, но всё же. Великолепная яхта в открытом море, свадебная арка из живых цветов, музыканты, белоснежное платье до самого пола и это всё сделал он — мужчина, которому я готова была сказать "да" хоть тысячу раз.

Во время церемонии я дрожала похлеще, чем при подписании брачного договора. Карим, замечая моё беспокойство, держал за руки и слегка сжимал пальцы. Его чёрные глаза светились неким блеском, а губы всё время растягивались в широкой улыбке. Да я и сама светилась от счастья, неожиданно открыв своё сердце для светлых чувств. Я смотрела на мужа снизу сверх и ощущала волнительный трепет, который передавался через взгляд, тяжёлое дыхание и прикосновения наших тел — кожа к коже.

— Люблю тебя, — шептал низкий голос, когда мы танцевали наш первый свадебный танец.

Поднявши на руки, Карим кружил меня вокруг своей оси, наслаждаясь звонким смехом, который лился из моей груди подобно музыке. Я крепко держалась за сильные плечи и всё время улыбалась. Букет эмоций, накативший мощной волной, сделал нас двоих какими-то сумасшедшими. Мы добрались до каюты и только успели захлопнуть за собой дверь, как принялись жадно целоваться. Горячий язык скользнул по моим губам, а затем, очертив их контур, забрался внутрь и стал таранить ротик. Со всей страстью я ответила на поцелуй, притянув мужа за шею. Ловкие пальцы расшнуровали на моей спине тугой корсет и юркнули под одежду, а когда Карим провёл извилистую линию от лопаток и до самой поясницы, — по моим позвонкам побежали мелкие мурашки. Внизу живота приятно заныло и я, сгорая от возбуждения, выдала вперемешку с рваным дыханием:

— Хочу тебя.

— Уверена? Живот не болит? — спросил муж, всматриваясь в овал моего лица.

— Нет, ничего не болит. Трахни меня, Карим.

Я отрицательно мотнула головой и, в доказательство своих слов, потянулась к ширинке на мужских брюках. Ухватившись за язычок, расстегнула молнию. Забралась под тонкий слой боксёров и обхватила пальцами эрегированный член.

— Как ты хочешь, чтобы я тебя трухнул? — раздался сиплый голос. — Я должен быть нежным или жёстким?

Карим прикусил зубами чувствительное место за ушком, и я тихо вскрикнула, выдыхая в мужское плечо:

— Я люблю тебя любым.

Больше мы не говорили. В спешке стащили друг с друга одежду и рухнули на кровать. Я обхватила ногами крепкий торс и стала извиваться под тяжестью мужского тела. Мои пальцы вырисовывали затейливые узоры на широкой спине, а губы — блуждали по сильному предплечью. Я слегка сжимала и царапала кожу, наблюдая, как муж распаляется всё больше и больше.

Перевернув меня на живот, Карим заставил стать на четвереньки. Я упёрлась ладонями о кровать и выгнула спину, как кошка. Расставила ноги широко в сторону, призывно вильнув ягодицами. На промежность опустилась горячая ладонь. Карим пару раз очертил контур дырочки, а затем проник внутрь одним пальцем. Я издала стон и, закусив губу, принялась покачивать бёдрами, точно повторяя ритм, с которым муж таранил мою дырочку. Сладкие спазмы пробежали по всему телу. Ощутив в складках обильную влагу, я обернулась через плечо и посмотрела на Карима томным взглядом:

— Дразнишь меня?

— Угу, — кивнул головой мужчина и, хитро улыбнувшись, добавил ещё один палец.

Я не сдерживала своих всхлипываний и даже громко вскрикнула, когда нежных губок коснулся кончик язык. Ухватившись ладонями за бёдра, Карим притянул моё тело поближе к себе и принялся ласкать мои складочки своими губами. Он вбирал кожу, слегка посасывал, а затем и вовсе погружал в дырочку язык, заставляя меня растворяться на волнах экстаза. Я сжимала пальцами простынь и едва стояла на коленях, ощущая, как мою плоть пронзают знакомые спазмы.

Когда Карим втянул в рот горошину клитора, я взорвалась в ярком оргазме. В голову ударил повышенный градус, а по телу прошёлся крышесносный разряд импульсов. Обессиленная, но счастливая, я рухнула на живот, но не успела перевести дух, как муж снова поставил меня на колени и, особо не церемонясь, ворвался в лоно одним мощным толчком. Проникновения его члена были глубокими, а толчки — жёсткими и достаточно быстрыми. Я слышала, как Карим тяжело дышал; чувствовала, как мужской таз трётся о мои ягодицы с характерными для этого звуками. Сейчас муж по-настоящему меня трахал, а не занимался любовью. Его руки сжимали полушария моих ягодиц до болезненного отклика, но я смиренно терпела, ощущая новую волну возбуждения.

Карим сделал финальный толчок и, достав из дырочки трепещущий ствол, излился на мою поясницу. Ещё какое-то время муж стоял позади меня, прижимая головку члена к моей коже, а затем, отдышавшись, Карим упал на спину и громко выдохнул:

— Ты куда? — бросил в мою сторону обеспокоенный взгляд.

— В душ.

— Давай немного полежим, — улыбнулся Карим и поманил меня пальцем. — Иди сюда, моя красивая.

— Не-а, — мотнула головой. — Ты кончил мне прямо на спину, разве я могу с "этим" лежать?

— Просто. Иди. Сюда.

Я сдалась и с разбегу плюхнулась на Карима. Распласталась сверху и, положив ладони на его грудь, принялась пропускать между пальцев завитки темных волос. Карим наблюдал за мной со стороны, мило улыбаясь. Гладил мою голову, заправлял за ухо одинокие пряди и ласкал изгиб шеи.

— Можно я у тебя кое-что спрошу? — я подняла взгляд вверх и обомлела, примечая радость на мужском лице.

— Спрашивай, — улыбнулся на одну сторону.

— Как давно ты понял, что любишь меня?

— Я не знаю, моя душа.

— Разве так бывает? — удивилась я, а затем поддавшись немного вперёд, очертила пальцем контур мужских губ. — Мне кажется, что такие важные события должны храниться в памяти.

— Так они и хранятся, — Карим приблизился к моему уху и прошептал. — Я люблю тебя с первой встречи. Сначала это были платонические чувства, как к младшей сестре, но ты взрослела, и мои чувства — тоже. Когда тебе исполнилось восемнадцать, я впервые задумался обо всём.

— Удивительно. Почему ты не подошёл ко мне раньше? Почему не попытался построить отношения? Я же боялась тебя, Карим. Я видела твой тяжёлый взгляд и не знала, куда себя деть. Возможно, если бы ты сделал первый шаг ещё тогда, мы бы не потеряли столько времени.

— А ты готова была к моим шагам? — спросил муж, слегка сощурившись. — Ты же убегала от меня, как от огня, или нет?

— Убегала, потому что считала, не нравлюсь тебе. И к тому же, ты всегда мне казался таким взрослым, сухим и, — немного замялась, тщательно подбирая подходящие слова. — Жёстким. Ты выглядел слишком опасным, Карим.

— А сейчас? Не опасный?

— Очень опасный, — ответила я и, проглотив в горле ком, добавила. — Для моего сердца.

***

До конца путешествия мы не вылезали с Каримом из постели. Какой там отпуск, какие экскурсии, если нас нестерпимо тянуло друг к другу, где бы мы не находились. Да нас даже однажды накрыло в одном ресторане, а затем — в пустыне. Пришлось отбиться от группы туристов и утолить свой голод прямо посреди белого дня. Я сходила с ума, балансируя на грани пропасти. Муж кружил мне голову похлеще, чем любой другой мужчина, который у меня когда-либо был. И, если быть честной перед самой собой, то мне до жути нравились эти новые ощущения и чувства, которые я воспринимала, как страсть. Возможно, всё заключалось в нашем нереальном сексе, а, может быть, я просто влюблялась.

Через две недели мы вернулись домой: замученные, уставшие, но такие счастливые. Карим шёл рядом, держа за руку, когда в аэропорту меня пронзила неожиданная боль. Низ живота резануло будто ножом. Не стерпев, я рухнула на пол и скрутилась в клубок, подгибая ноги в коленях. Холодный пот покрыл весь лоб, а перед глазами всё поплыло. Из-за внезапного шума в голове, я не услышала, что сказал мне Карим. Только увидела его перепуганный взгляд и дрожащие руки, которыми он пытался оторвать моё тело от пола. А затем — пустота. Я провалилась в неописуемое забытьё и вдруг стало так свободно, легко и всё равно.