разбираюсь в кино и совершенно не знаю, что делать, когда по тебе прицельно лупит снайпер»?
Мысль Тимофея совершила очередной загиб, высветив новую проблему.
«Так ли это важно? — рассуждал попаданец в историю, — Скорее всего, я аналитик какого-нибудь сайта о кино. „Кинопоиск“ или „Фильм точка ру“. Отбираю кандидатов на кинофестивали или номинантов на премии года. А может, просчитываю успех или провал фильмов на стриминговых платформах. Или, скажем, блогер, типа мегапопулярного Евгения Баженова, известного в сети под ником BadComedian. Впрочем, это, пожалуй, перебор. Максимум матершинник Анатолий Сушко из „Грубых новостей“.
Чёрт! Как же путаются мысли»...
— Прилепи ему бактерицидный пластырь, — распорядился Ломов, избавляясь от очередных перчаток и утилизируя в мусорное ведро использованные упаковки от одноразовых хирургических инструментов, — Я пока чайник поставлю.
— Может ему повязку наложить? — спросила Мария, разглядывая зашитую рану на ягодице Тима.
— Как ты это себе представляешь? — удивился самозваный доктор Хаус, — Жопа не голова — полотенце не намотаешь. А если он после наркоза пипи захочет? Или, не приведи господь, обдрищется? Клизму мы ему не ставили, хотя положено. Жопа — такое место...
— В больницах же как-то накладывают повязки. Даже гипс!
— Что ты от меня хочешь, Манюня? Я не врач. У меня другой профиль. Очнётся, тогда решим.
— Прямо так на столе и будет лежать?
— Зачем? Перенесём в комнату. У меня клеёнка где-то есть. Сверху простынь постелем и пусть спит. По-хорошему, ему в больничку надо...
— Мы уже обсуждали этот вопрос. Нельзя нам в больницу. Мерки там быстро достанут.
— А эти? — Дим Димыч кивнул в сторону гостиной, — Менты будут действовать строго по протоколу, их твои сказки не вдохновят.
— А ты? Тоже не веришь мне?
— Я в отставке, — уклончиво ответил здоровяк, распуская узел фартука и заталкивая его под мойку, — Я вижу, что это ты. И шрам у тебя на месте. И для чего тебя готовил, помню. А учитывая последний факт, предполагаю, что ты действительно выполняешь какое-то здание. Только не пойму, почему без прикрытия?
— Мне каким-то образом стёрли память, — вздохнула Мария, — Я вспомнила тебя, но не представлю, как связаться с куратором. Даже не помню в каком подразделении служу.
— Тут ничем помочь не могу, — признался отставник, — Меня и прежде никто в известность не ставил. Только позывной и план подготовки. Могу сказать, что готовил тебя к работе в городских условиях. Даже не представлю, чем это поможет в Михалях. Антураж не тот. Ладно. Пойду лёжку раненому подготовлю. За чайником следи.
Подготовив место на угловом диване, хозяин дома укоризненно посмотрел на гостей.
— Чего сидим как лососи в ожидании нереста? Особая команда нужна? Метнулись на кухню и принесли сюда товарища. Нечего ему на голых досках лежать. Чай не морг.
— У меня это... рука, — попытался отказаться Гизмо.
— Царапина! — непреклонно заявил Ломов, — Хватит ныть! Или вы думали, что попали в хоспис святых госпитальерок, где за вами будут дерьмо убирать и с ложечки кормить? Встали и пошли!
Транспортировка тела прошла успешно. Тимофея уложили на живот, прикрыли срам относительно чистым покрывалом.
— Хватит обнюхивать парня, — строго прикрикнул Ломов, присаживаясь рядом и пододвигая к себе низкий журнальный столик, — Сейчас Манюня чайку сообразит и будем решать, что дальше делать.
— Он постоянно что-то бормочет, — объяснил своё любопытство Черов, — И зрачки под веками из стороны в сторону мечутся. Так не бывает при наркозе.
— Всяко бывает, — предположил хозяин, успокаиваясь, — Можешь разобрать, что говорит?
— Что-то про реку, в которую нельзя войти дважды. И что вторая попытка нарушила течение игры.
— Для инфекции рано. Значит просто бредит, переживая случившиеся. Представьтесь, гости дорогие.
— Я — Гизмо, — поспешил назваться Мельников, порываясь протянуть здоровую руку за стаканом, — Просто водитель. Мою тачку расстреляли в хлам! Батя убьёт!
— Очень информативно, — разочарованно сказал Ломов и перевёл взгляд на напарника.
— Черов Денис Алексеевич, оперуполномоченный третьего отдела розыска при региональном управлении МВД Отрадного.
— Весомо, — кивнул хозяин, — Моё имя вы уже пробили, так что перейду сразу ко второму вопросу. Что вы здесь делаете?
— А не хотите просветить на счёт знакомства с гражданкой Сафоновой? — попытался вернуть преимущество Черов.
— Нет, — равнодушно покачал головой Ломов, — Вопросы будешь задавать, когда доставишь меня на допрос в управление. Сейчас банкую я.
— Я вынужден буду арестовать вас!
— Слово «вынужден» подразумевает некую неуверенность в способности выполнить обещание. Сначала верни своё оружие.
— С минуты на минуту сюда прибудет наряд местный милиции. От меня будет зависеть, оденут ли на вас наручники или позволять поговорить в спокойной обстановке.
— Хорошо, — улыбнулся здоровяк, достал пистолет и перевёл предохранитель в боевой режим, — Хочешь меряться писюнами — пусть будет, по-твоему. Ждём доблестное пэпээс.
За следующие десять минут никто не проронил ни слова. Мария успела сервировать стол принадлежностями для чаепития, которые сложно назвать органичным сервизом. Разномастные кружки покупались по случаю в разное время, а размер заварочного чайника говорил о несколько ином его предназначении.
Наконец, дверь с веранды открылась и в прихожую вошли двое. Долгов проскользнул вперёд и, предварительно козырнув, представил сопровождающего:
— Капитан Дядьков, командир двадцать восьмого экипажа.
— Мы за вами, — перебил офицер и не тратя лишних слов распорядился, — Следуйте за нами. У меня приказ доставить вас в третий отдел РОВД.
— Почему в третий? — не понял Черов, сверяясь с загруженной на смартфон картой, — Ближайший шестой.
— А не всё равно? — пожал плечами капитан, — Третий на выезде из Михалей. Как раз туда прибудет конвой из Отрадного. Передадим вас
