Она задумалась. Мне снова показалось, что за этим всем кроется нечто большее. Если она сейчас откажется, то надо копать. Возможно, что-то не так…
“Он вытащил меня из воды”.
— Да, это так.
“Тогда я не против. Пусть он присматривает за мной”.
Я кивнула, принимая ответ, передала пост Ирону, приставила на всякий случай одну из многочисленных девочек-на-побегушках и ушла к себе.
Мне определённо нужно было отдохнуть.
*
— Ну привет, — сказала я принцу-лягушке. Следуя моему распоряжению, его усадили в аквариум и устроили в кабинете, так что ничто не мешало налаживать контакт со, скажем так, венценосным братом.
— Ква, — ответил он лаконично.
— Ты понимаешь меня? — уточнила я осторожно.
— Ква.
Очень информативно.
— Кивни, если да.
Фиолетовый лягушонок медленно моргнул и кивнул.
Та-ак… Уже кое-что.
— Не уверена, что тебе там очень удобно, но придётся немного подождать. Сейчас, к сожалению, нет возможности создать нормальную среду для тебя.
— Ква-ква.
— Ладно. Знаешь, мы с тобой проведём некоторое время вместе, и нам нужно разработать систему условных сигналов. Ты ведь не можешь воспроизводить человеческую речь?
Жаб нахохлился и покачал головой.
Он всё же вполне разумен. Интересно, неужели действительно может стать человеком при определённых обстоятельствах?
— Ясно. Предлагаю начать с простого. Покажешь мне мой идеал?
Принц-лягушка посмотрел с сомнением.
— Заодно подкормишься. И я понаблюдаю, по какому принципу ты работаешь. Интересно же!
— Квы, — жаб мотнул головой, подзывая меня к себе. Я послушалась, подключив магическое и ментальное зрение.
Как только я приблизилась достаточно близко, воздух замерцал, и передо мной вполне предсказуемо возник Деррен. Правда, длинноволосый, одетый по драконьей моде, в полной трансформации, с кружащими вокруг чёрными перьями, вытянувшимся лицом и вишнёво-алыми глазами.
— Полетели со мной, принцесса, — сказал он с дерзкой усмешкой. — Там нас не найдёт никто. Там нет долгов, семьи, статуса. Только крылья, только свобода, только мы… Подумай об этом. Я — твоя свобода… Мне плевать на приказы твоего отца. Для меня ничего не значит твоя страна. Я всегда буду на твоей, только на твоей стороне. И верну тебе твои крылья…
Я качнула головой и отвернулась, взмахом руки развеяв иллюзию. Лоза зашевелилась под кожей, раня шипами; во рту появился мерзко-горький привкус.
Что же, этого следовало ожидать.
— Да, так я и думала, — я с улыбкой повернулась к принцу-лягушке. — В магии, и не только в ней, есть закономерность: хищники зачастую очень притягательны внешне. Закон жизни гласит, что идеальная картинка почти наверняка окажется приманкой. Слишком хорошо, чтобы быть правдой… Именно так говорят люди. Мне нравится.
Я протянула руку и осторожно провела пальцами по спине жаба, слегка напитывая его силой и любуясь переливами цвета. Даже безо всяких дурацких иллюзий это было очень красивое существо…
— Ты умеешь показывать людям и прочим разумным то, что они хотят видеть, верно? При условии, что жертва интересуется мужским полом. А если женским, то в игру вступают принцессы-лягушки. Пока верно?
Жаб, разомлевший под моими прикосновениями, кивнул.
— Почему шкатулка? — размышляла я. — Для удобства транспортировки, очевидно. Аквариум — сложная штука. Но ещё, видимо, владельцам не надо, чтобы ты видел их постоянно. То есть, чтобы ты мог создать “идеал” только тогда, когда они хотят. А значит, ты можешь очаровать только тех, кто стоит рядом и кого ты видишь.
Жаб подумал, кивнул, а потом покачал головой.
— Близко, но немного не так? Значит, либо магическая изоляция, либо что-то в воздухе…
Кивок.
— Понятно. Далее. Ты работаешь по принципу проецирования желаний. Твои иллюзии — это не идеал, разумеется. Ты строишь внешность, выхватывая последние образы, отпечатавшиеся в мозгу. Текст же составляется так, чтобы напрямую воздействовать на комплексы, страхи и блоки. Идеала не существует, разумеется; но наш ум склонен считать идеальным то, чего ему не хватает в данный момент. Будь то удовольствие, или нежная забота, или свобода… Что же, занимательно. А теперь скажи: ты действительно спасал Ирлину?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Кивок.
— Значит, она понравилась тебе?
Кивок.
— А твой поцелуй ей не поможет?
Ответное “ква” прозвучало грустно. Жаб энергично покачал головой.
— Ладно, — ответила я задумчиво. — Ещё такой вопрос. Ты ведь видел, что там произошло, правда? Или слышал хотя бы?
Кивок.
— Скажи мне, рассказал ли Ирон всю правду о случившемся?
Жаб внимательно посмотрел мне в глаза и покачал головой.
23
Ирлина
*
“И что ты делаешь?”
Ирон, который с сосредоточенным видом намешивал что-то в самогреющемся котелке, бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не ответил.
Нет, правда, что ли?
“Не притворяйся, будто не слышишь меня. Уже поздно делать вид, что твоя магия заблокирована, верно? Тем более передо мной”.
Ирон вздохнул, быстро запустил какую-то диагностику и, видимо, удовлетворившись результатом, вслух ответил:
— Частично заблокирована, на самом деле. Та, что по материнской линии. Силу Дома Блуждающих Огней заблокировать почти невозможно. Как и ощутить. Сила уходит и возвращается по нашему желанию. Болотные огни неуловимы, как и мы; только некоторые провидцы и Жрецы способны нас опознать.
Я изумлённо посмотрела на него.
“Та самая магия-призрак? Я думала, это легенда”.
— Страшная сказка, — подтвердил он с усмешкой. — Как и я сам, впрочем. Один из Домов На Тёмной Стороне Луны, что уж.
“Дома Тёмной Стороны Луны?..”
— Изначально эльфийские королевские Дома делятся на несколько типов, представители которых живут и здравствуют в разных мирах. Там много кровавых и мрачных событий — сама понимаешь, история фей, — но основных определяющих вех было две: война Сторон Луны и разделение. Во время первой противостояли друг другу Свет Звезды со своими союзниками, Домом Цветов Аконита, и Цветы Бездны, на чьей стороне выступали Болотные Огни. Первая коалиция победила, и дома Тёмной Стороны были изгнаны или уничтожены. Только иногда появляются их полукровные потомки вроде меня, в которых пробуждается древняя кровь. Так что да, я — старая сказка. Но важно сейчас не это; важнее, что я — самый настоящий принц фей. Мой поцелуй точно может тебя спасти.
Он что, издевается?
“Ты не любишь меня, Ирон”.
— Я не умею любить, — отмахнулся он раздражённо. — Особенно мифической “истинной любовью”. Чтоб этой тупой моли икнулось!.. Но это поправимо. Видишь зелье? Оно должно помочь! Я выпью его и полюблю тебя. Ненадолго, зато качественно. С гарантией!
Я почувствовала, как по коже бегут мурашки. Он же не имеет в виду…
“Что это значит? Что это за дрянь?”
— Эльфийки такое мужьям перед первой брачной ночью обычно готовят, — рассеянно пояснил он, отмеряя какой-то ингредиент. — Эффект сногсшибательный! Поверь мне. Меня от тебя оторвать будет невозможно!
Я помимо воли вжалась в подушку. Боги, да я даже убежать не смогу! А позволит ли его магия закричать?..
— Не надо. Пожалуйста! — забывшись, я выдохнула это вслух, и горло тут же наполнилось невидимым и несуществующим, но очень даже ощутимым стеклом. От боли слёзы брызнули из глаз, я обхватила ладонью горло и сжалась в комок…
Поверх моей руки легла другая, прохладная. Боль отступила тут же, и я, подняв взгляд, встретилась с очень серьёзными зелёными глазами. В их глубине мне чудилось мерцание, а ещё — почти испуг.
— Ты о чём сейчас подумала вообще? — уточнил Ирон тихо. — И чем я вообще подобные предположения заслужил?
Ну да. И правда, что на меня нашло? Уж за мной-то точно не будут в очередь выстраиваться прекрасные принцы!
“А что я должна была подумать? — огрызнулась я. — Да ещё после заявлений об эльфийской брачной ночи?”
