Читаем без скачивания Меч королей - Рик Янси

– Он подумает, что я его кинул. А ты видел, что он делает с теми, кто его кидает.

Я немного подумал и произнес:

– Ладно.

После чего достал пистолет и со всей силы ударил Майка рукояткой по голове.

Майк сразу упал. Я сунул пистолет обратно в карман, перешагнул через тело и последние сто ярдов прошел один.

48

Я стоял у входа в пещеру такую огромную, что стены и сводчатый потолок терялись в темноте. Пол, гладкий и темный, напоминал поверхность замерзшего пруда. Я медленно пошел вперед, и мои шаги отражались эхом от невидимых стен. Больше ни звука и ни души. Я выставил меч перед собой и думал, что, может быть, где-то есть еще один ход и я зря так рано вырубил Майка. А потом я услышал голос Могара. Казалось, он идет ниоткуда и одновременно отовсюду.

– Мистер Кропп. Вы не перестаете меня удивлять.

Я остановился и левой рукой достал пистолет. Но я вынул его больше спокойствия ради, чем для чего-то еще, а потому не стал никуда целиться и просто опустил руку.

– Где Наталия? – Мой голос был тонок и тих, как у ребенка.

– Здесь.

Казалось, он говорит прямо мне в ухо. Я резко повернулся кругом и увидел, что они идут ко мне. Наталия шла первой, а Могар прятался позади. Левой рукой он держал Наталию за шею, а в правой сжимал кинжал.

Они остановились футах в двадцати, и Могар улыбнулся.

– Рад, что ты уже успел позаботиться о мистере Арнольде, – похвалил он и кивнул на пистолет. – Этот тип никогда мне не нравился.

Глаза Наталии были сухие, но красные – наверняка от слез. Спутанные темные волосы падали на лицо, а на лбу виднелся кровоподтек.

– Бедная, – сказал я. – Ты в порядке?

Наталия кивнула.

– Я принес меч, мистер Могар. Отпустите ее.

– Сначала пистолет, согласен? Он ни к чему, мистер Кропп, а ты рискуешь совершить непоправимую ошибку. Ты можешь попасть не в того человека.

Я поразмыслил. Если откажусь, он может заколоть Наталию до того, как я выстрелю, да еще и промахнусь. Но меч был у меня, и Могар понимал, что, если убьет Наталию, у меня больше не будет причины оставить его в живых. Правда, без Наталии это не имело для меня никакого значения.

Я отшвырнул пистолет, и он заскользил по черному полу во мрак.

– Молодец, – сказал Могар. – А теперь, пожалуйста, меч.

– Сначала отпустите ее.

Могар рассмеялся:

– О боги, какими мы стали смелыми! Но смелость, мистер Кропп, никогда не заменит ум.

Он приставил острие кинжала к боку Наталии. Она округлила глаза и крикнула:

– Кропп!

– Решай, мистер Кропп, – сказал Могар. – Или бросаешь меч, или она умрет.

Наталия была просто человеком, и, как сказал Майк, чего стоила ее жизнь, когда на кону весь мир? Если я не отдам меч, Могар убьет Наталию. Если отдам, то он, скорее всего, опять же ее убьет, а я нарушу клятву – единственную клятву в моей жизни.

Я понимал, что любое решение наверняка будет ошибкой, как все, которые я принимал с начала этой истории. Я постоянно косячил, а потом возвращался, чтобы налажать еще больше. Чтобы исправиться, мне, может быть, надо сначала решить, а после сделать наоборот.

Глядя на Могара, я понял одну простую вещь: моим главным врагом был вовсе не Могар. Им был пятнадцатилетний лох с Мечом Королей.

– Выбирай, Кропп, – спокойно повторил Могар.

И я выбрал.

Я бросил ему меч. Тот упал примерно на полпути между нами. Я ожидал, что Могар отпустит Наталию и бросится за мечом, но он не шелохнулся. Он смотрел мне в глаза, а у меня возникло мерзкое предчувствие, как тогда в квартире дяди Фаррела за секунду до того, как Могар погрузил меч в его грудь.

– Не надо, мистер Могар, – взмолился я. – Теперь-то зачем? Пожалуйста, не трогайте ее.

– О мистер Кропп, – ответил Могар, – неужели после всего, что произошло, ты так ничему и не научился?

И с этими словами он вонзил кинжал в бок Наталии.

49

Наталия упала, даже не вскрикнув. Я смотрел, как она падает, и на секунду оцепенел, а потом рванулся к мечу, но было поздно. Могар опередил меня. Я бросился на него, он откатился в сторону.

Вскочив на ноги, я выхватил из-за ремня черный меч и собрался переложить его в правую руку, но Могар двигался слишком быстро. Меч Королей со свистом опускался на мою голову.

Я едва успел поднять свой и заорал во всю глотку. Удар Экскалибура был таким мощным, что у меня чуть не сломалось запястье. Я отступил и замахнулся мечом, а Могар улыбался и явно был доволен собой.

Он атаковал почти с ленцой, приговаривая:

– Хорошо, мистер Кропп! Великолепно! Прекрасно парируете удар, сэр! Теперь на носок, легче шаг и выше клинок!

Могар наступал, я пятился. Он заходил то справа, то слева, потом снова справа и в итоге так отбил мою руку, что хрустнул плечевой сустав.

Могар вцепился мне в правую кисть. Рука у него была холодная, а хватка очень крепкая. Я ощутил под челюстью острие Экскалибура. Могар подступил ближе, и теперь мы стояли буквально нос к носу.

– Есть в тебе что-то, чего я никак не пойму, Альфред Кропп, – прошипел он. – Почему ты никак не угомонишься? Я убил твоего дядю, а ты связался с Беннасио. Я убил Беннасио, ты остался один, но все равно полез на рожон.

Я убил Наталию, а ты продолжаешь драться. Так объясни мне, мальчишечка, почему ты никак не уймешься?

– Я… я дал клятву, – срывающимся голосом ответил я.

Могар чуть запрокинул голову, его рот начал расплываться в улыбке, глаза заблестели.

– Дал клятву! Альфред Кропп дал клятву! – Он хрипло рассмеялся. – Не сомневаюсь, что лорду Беннасио.

– Нет, – сказал я. – Небесам.

И в ту же секунду со всей силы двинул ему коленом между ног. Потом я высвободил руку с мечом и отступил, а Могар упал на каменный пол пещеры. Вот оно! Давай, Кропп, пока он не поднялся, вонзи в него меч! Но что-то помешало мне это сделать. Вместо того чтобы убить Могара, я просто стоял, переводил дух и ждал, когда он поднимется.

– Он вам не принадлежит, мистер Могар. Неужели не понимаете? Он ничей.

Могар встал, и лицо его исказилось от боли и чего-то еще вроде злобы, но не чистой, а с примесью грусти. Так кривится маленький мальчик, когда понимает, что не получит любимую конфету.

– Кто ты такой? – спросил он, хватая ртом воздух. – Кто ты, Альфред Кропп? Почему я всюду на тебя натыкаюсь? Ты, жирный, будто булыжник, который вечно попадается под ноги.

С каждой репликой Могар делал шаг вперед, а я – назад.

– Почему после гибели Сэмсона Беннасио пришел именно к тебе? – Шаг. – Зачем он притащил тебя сюда? – Шаг. – Почему он взял с тебя клятву? – Шаг. – Кто ты, Альфред Кропп?

– Я – сын Бернарда Сэмсона и наследник Ланселота.

Могар застыл на месте. Вид у него был такой, будто я влепил ему пощечину. Затем боль и печаль испарились, осталась одна злоба.

Он дико взревел и бросился на меня. Я поднял свой черный клинок и отразил удар Экскалибура. От звона стали у меня заложило уши. Глаза Могара сверкали от бешенства, и он с такой скоростью размахивал мечом, что тот превратился в размытое серебряное пятно.

Могар наступал, а я пятился, пока не уперся в стену. Теперь мне оставалось либо дать отпор, либо сдаться и умереть.

Я держал меч двумя руками и двигался только благодаря инстинктам. А Могар нырял то в одну сторону, то в другую, нагибался, отклонялся и поворачивался кругом. Клинки пронзительно скрежетали. Я почувствовал сквозь плащ, как в спину впились острые камни.

И тогда я громко, как только мог, выкрикнул имя Беннасио. Это окончательно взбесило Могара. Он ударил меня кулаком в плечо, и я выронил меч.

Могар придавил мне шею предплечьем, я начал задыхаться и понял, что бой закончен.

– Наследник Сэмсона! – прошипел он мне в лицо.

Острие Экскалибура уперлось мне в живот, прокололо плащ и начало медленно вспарывать рубашку.

– Наследник Ланселота! Причина моего изгнания! Вот круг и замкнулся, Альфред Кропп!

– Пожалуйста, – прошептал я. – Пожалуйста, мистер Могар…

Я сам не понимал, о чем просил – не то что-то сделать, не то чего-то не делать.

– А благородный Беннасио рассказывал тебе, как встретил смерть твой отец? Кто-нибудь говорил тебе, Альфред Кропп, как умер папуля?

Я почувствовал, как клинок проткнул мне кожу и теплая кровь потекла по животу.

– Пожалуйста, – твердил я. – Пожалуйста.

– Я истязал его. Я исполосовал его всего, пока он не начал умолять на коленях, чтобы я его прикончил. Вот именно так, как ты умоляешь сейчас.

Его рука сделала движение вперед. Клинок вошел глубже – может, на четыре или пять дюймов, и я ощутил привкус крови.

– А когда у него не осталось сил умолять, я отрубил его жалкую голову.

Он снова шевельнул рукой, на этот раз резко, и мой рот наполнился кровью.

Лицо Могара поплыло у меня перед глазами, голос звучал все тише.