Читаем без скачивания Меч королей - Рик Янси

– Что это? – спросил я, но сам догадался еще до того, как услышал ответ.

Я потянул за край ткани, под нею оказался черный клинок.

– Меч Беннасио, – пояснила Абигейл. – Мы нашли его в Стоунхендже и подумали, что ты, возможно, захочешь оставить его себе.

Я уставился на меч и шепнул:

– Спасибо.

– И еще, Альфред. Перед уходом я должна сообщить, что руководство Конторы находится под большим впечатлением.

– От чего?

– От тебя. Это экстраординарно, иначе не назовешь.

– Что именно?

– То, что ты не только остался жив, пройдя через такое испытание, но и выполнил то, чего мы не добились со всеми своими ресурсами.

– Ну, – сказал я, – все началось из-за меня, мне пришлось и заканчивать.

– Не будь так строг к себе. Ты еще очень молод. Ты понятия не имеешь, какая это редкость.

– Молодость?

– Способность поступать правильно. Не только совершать правильные поступки, но и понимать, что правильно, а что нет.

– О, – подхватил я, – это точно.

Хотя я не очень-то понимал, к чему она клонит и почему вдруг у нас пошла философская беседа.

– Мы будем присматривать за тобой, Альфред Кропп, – пообещала Абигейл.

– Да?

Звучало это не очень.

– Мы заинтересованы в твоем… развитии.

Я похолодел.

– Послушайте, Эбби… Абигейл… мэм… у меня нет никакого желания снова ввязаться в какую-нибудь историю вроде этой, с мечом, и если вы беспокоитесь, что…

Она подняла руку, давая понять, что мне пора заткнуться.

– Мы совершенно не беспокоимся. Я лишь хочу вручить тебе вот это на случай, если ты захочешь поближе познакомиться с нашей Конторой. Мы всегда ищем свежие таланты… к экстраординарному, если угодно.

Абигейл бросила мне на колени визитку, резко поднялась, кивнула мужчине с лицом бассета, и они оставили меня одного.

Я взял визитку, на ней было написано:

АГЕНТСТВО МЕЖПРОСТРАНСТВЕННЫХ ПАРАДОКСОВ и НЕИЗУЧЕННЫХ АНОМАЛИЙ (АМПНА)

Абигейл Смит,

доктор медицины, доктор философии, доктор юридических наук, магистр делового администрирования.

Специальный ответственный агент.

Отдел полевых операций.

Вашингтон • Лондон • Париж • Токио • Брюссель • Рим • Москва • Сидней

54

На следующий день за мной приехали мои приемные родители, Таттлы. Я их вовсе не ждал. Они просто возникли на пороге палаты, и Хорас заорал:

– Альфред Кропп, ты головастая заноза в заднице! Какого черта ты делаешь в Лондоне?

– Если ты еще раз так удерешь, нам придется тебя отдать, Альфред, – слезливо посулила Бетти Таттл.

– И без того можем отдать! – пропыхтел Хорас. – Тебе многое придется объяснить, молодой человек!

– Вообще-то, – сказал я им, – я спас мир от полного уничтожения.

– Ну конечно! – воскликнул Хорас. – А я Тарзан, король обезьян!

– Перестань, Хорас, – попросила Бетти. – Ты же помнишь, что нам сказал социальный работник: Альфред – проблемный подросток.

– У всех проблемы, – буркнул Хорас.

– Я уверена, что Альфред намерен вернуться в школу, выучиться, стать достойным гражданином и честным налогоплательщиком. – Бетти похлопала меня по руке. – Верно, дорогой?

– Верно, – сказал я. – Можете не сомневаться.

– Что ж, я перелетел через Атлантику в эту забытую богом Англию не для того, чтобы заниматься болтовней. Где твои вещи, Альфред? Мы уезжаем.

– У меня нет вещей, – сказал я, – только вот это.

И показал черный меч Беннасио. Хорас попытался его схватить, но я предупредил, чтобы он не трогал, потому что лезвие очень острое. А еще я не хотел, чтобы он к нему прикасался, потому что мне становилось дурно от одной мысли, что Хорас Таттл дотронется до клинка Последнего Рыцаря Ордена Священного Меча.

– Его не пропустят через таможню, – сказал он.

– Тогда я никуда не полечу. Я не уеду без этого меча.

И я без него не уехал. Я запихнул меч в сумку Хораса, а когда на досмотре подняли шум, показал визитку инспектора Абигейл Смит. Один звонок – и через пять минут мы уже прошли таможенный контроль.

55

Вот так после спасения мира со всем его населением, включая Таттлов, я снова очутился в Ноксвилле, штат Теннесси.

Еще через неделю я вернулся в школу. Мою фотографию, сделанную после инцидента в Стоунхендже, уже успели показать по телевидению во всех странах мира, и я стал своего рода знаменитостью. Не знаю, кто кому позвонил и что сказал, но я приступил к занятиям, словно ничего не произошло. Прошел слух, будто я международный террорист, потому что меня так назвали по телевидению, но некоторые люди, наверно, не в состоянии уловить нюансы.

В первый же день Эми Пушар отвела меня после математики в сторонку. Она так и перемалывала жвачку, чем напомнила мне Майка Арнольда, и вдруг оказалось, что Эми Пушар нравится мне не так сильно, как я считал.

– Ты исчез, взорвал что-то, а теперь вернулся, – сказала она.

– Я ничего не взрывал, хотя кое-кого убил.

Эми вытаращила глаза.

– Врешь!

– Ну, он вроде как сам напросился.

– Террорист?

– Нет, но его можно назвать агентом тьмы.

– Ух ты! Вот это круто! – Эми прикоснулась к моей руке. Ее пальцы были очень холодными, и я подумал, что у нее, наверно, проблемы с кровообращением. – Ты его застрелил?

– Я его обезглавил.

Эми приоткрыла рот, так что я разглядел ярко-зеленый комочек жвачки между языком и зубами.

– Кропп! Эй! Кропп!

Это Барри Ланкастер, расталкивая учеников, шел ко мне по коридору.

– Ты все еще с ним? – спросил я у Эми Пушар.

– Типа да. То есть нет. Он же никого не обезглавливал и ничего такого не делал. Хочешь, дам тебе мой номер?

Тут Барри дошел до нас.

Он сильно толкнул меня в плечо и осведомился:

– Что ты здесь делаешь, Кропп? Разве ты не должен сидеть в тюрьме или где-то еще?

– Вообще-то, на обществоведении, – ответил я.

– Но вместо этого разговариваешь с моей телкой. Очень глупо с твоей стороны, Кропп.

– Она не твоя телка, Барри.

– Ты-то откуда знаешь?

И он снова меня толкнул.

– Не толкайся, Барри.

– Да? А кто мне помешает, Кропп?

И он опять толкнул.

– Барри, – вмешалась Эми Пушар, – прекрати.

К этому времени вокруг нас уже собралась толпа. Прозвенел звонок, но никто не обратил на него внимания.

– Наверно, мне пора предупредить, что последний тип, который вот так меня толкал, остался без головы, – сказал я Барри.

– Эк ты раздухарился, – прорычал он и бросился на меня.

У него и правда не было шансов. Я шагнул вправо и, когда он пролетал мимо, засветил ему по белокурой башке. Барри растянулся на полу. Будь я такой же, как он, – наподдал бы ему по ребрам. Но я не Барри Ланкастер. Я – Альфред Кропп и, хоть не обязан соблюдать кодекс рыцарства, все же являюсь потомком величайшего рыцаря на свете. Да и после того, как посмотришь в глаза смерти, начинаешь лучше понимать, ради чего стоит драться.

Я протянул Барри руку:

– Не дури, нас же обоих исключат.

– Тебе повезло, просто удачный удар, – оттолкнул мою руку Барри.

– Все говорит об обратном, – возразил я. – Мне никогда особенно не везло.

Я рывком поднял его на ноги.

– Ты урод, – зло сказал Барри.

Но больше он никогда не толкал меня и даже не пытался задеть. И после этого случая никто уже не дразнил меня из-за моих габаритов и не подшучивал над моим ай-кью. Меня оставили в покое. Даже учителя сохраняли дистанцию и тщательно избегали меня критиковать. О том, что я признался в каком-то убийстве, узнала, понятное дело, вся школа, и слухи, будто я террорист, не прекращались.

Днем после школы я бесцельно бродил по Старому городу или сидел в кофейне «Йе Олде», где мы познакомились с Беннасио. Я всегда садился на табурет в самом конце стойки, заказывал латте и разглядывал проходивших мимо большого окна людей. Иногда вынимал из кармана визитку, которую дала мне в Лондоне Абигейл, и подолгу ее рассматривал. Хотя большую часть времени я просто смотрел в окно. И мне всегда отчаянно не хотелось возвращаться к Таттлам.

Сидя в кофейне, я чувствовал близость Беннасио, роднее которого был для меня только отец. Иногда в голове звучал его голос. Он говорил: «Не терзайся мыслями о своей вине и потерях, Альфред. Ни одна победа не была одержана, и ни один великий поступок не был совершен тем, кто погружен в скорбь и чувство вины».

Постепенно я начал понимать, что предъявил в пещере Мерлина права на нечто большее, чем меч. Я заявил о праве на нечто более мощное и страшное.

На самого себя.

Однажды, допив кофе, я посмотрел на часы и понял: уже почти шесть вечера. К тому времени, когда приду к Таттлам, все уже поужинают, Бетти разворчится и пристанет с расспросами, где я болтался целый день вместо того, чтобы делать дома уроки, как хороший мальчик. Хорас начнет топать ногами и орать так, что задрожат тонкие стенки дома. Я съем остатки ужина и поднимусь в конурку, которую делю с Лекстером и Декстером. Утром пойду в школу. И такой будет жизнь Альфреда Кроппа, наследника Ланселота, сына Священного ордена, Хозяина Меча Королей и Экстраординарного Искателя Приключений.